Мусульмане в новой имперской истории - Коллектив авторов

что для самих казахов противопоставление адата и шариата не являлось принципиальным, и за ним не стоял некий конфликт социальных групп. Доминантная роль принадлежала именно обычному праву в силу его способности формировать комплексную сеть судебных практик, которые объединялись под общим названием адат. См.: в. Мартин. Закон и обычаи в Степи: казахи Среднего жуза и российский колониализм в XIX веке/пер. с англ. Д.М. Костина. Алматы, 2009. С. 35–36. Адат также больше соответствовал требованиям эгалитарного кочевого общества, в силу своей доступности и ясности обеспечивая поддержание социальной стабильности и достижение консенсуса. В то же время шариат играл второстепенную роль, его применение ограничивалось сферой распространения мусульманской книжной культуры (Там же. С. 74–75).

Нам представляется ошибочным само представление о существовании некоей однозначной траектории развития шариата у казахов и в целом противопоставление адата как «светского закона» шариату как «религиозному праву». Помимо приведенных выше общетеоретических соображений, к такому выводу нас подводят и эмпирические материалы из различных регионов. Например, сведения о правоприменении среди сырдарьинских казахов позволяют говорить о более широкой практике функционирования шариата. При этом Российская империя, поддерживая статус традиционных привилегированных групп (биев, аксакалов, кади), выгодно использовала их как правовых посредников для решения наиболее сложных дел по шариату. См. Paolo Sartori. The Evolution of Third-Party Mediation in Shari’a Courts in 19th – and Early 20th Century Central Asia // Journal of the Economic and the Social History of the Orient. 2011. Vol. 54. Pp. 311–352.

637

См., например, описание султана Младшего жуза Арынгазы, который с помощью шариата, по мнению В.И. Даля, добился от казахов «раболепной и безусловной покорности». В.И. Даль. Об Уральском казачьем войске. Москва, 2010. С. 143–144.

638

В этой связи показателен романтизм, с которым председатель ОПК востоковед В.В. Григорьев описывал казахов. Для него это был народ, хотя и «буйный, но добрый, восприимчивый ко всему хорошему». М.А. Батунский. Россия и ислам. Т. 2. Москва, 2003. С. 275–277.

639

См.: В.О. Бобровников. Что вышло из проекта создания инородцев? (ответ Джону Слокуму из мусульманских окраин империи) // Понятия о России: К исторической семантике имперского периода. Т. 2. Москва, 2012.

640

По мнению Марка Раева, с точки зрения Сперанского прогресс был возможен и в рамках одного инородческого состояния, при этом «лучшие» среди инородцев (отмеченные привилегиями и иными знаками политической благосклонности империи) оказывались и более русифицированными. Они могли достигать даже более высоких ступенек на пути прогресса, чем представители формально более «передовых» обществ. В этом отношении казахские кочевники-чингизиды имели больше шансов на развитие в структурах империи, чем их соседи – оседлые жители Средней Азии. Marc Raeff. Michael Speransky: Statesman of Imperial Russia (1772–1839). Hague, 1957. P. 276.

641

См.: Ж. Кадио. Лаборатория империи: Россия / СССР, 1860–1940. Москва, 2010. С. 90–91; А.Д. Градовский. Начало русского государственного права. Т. 1. Москва, 2006. С. 416; В.О. Бобровников. Что вышло из проекта создания инородцев? С. 262, 265.

642

В. Мартин. Барымта: обычай в глазах кочевников, преступление в глазах империи // Российская империя в зарубежной историографии. Москва, 2005. С. 368; Центральный государственный исторический архив Республики Башкортостан (ЦГИА РБ). Ф. И-295. Оп. 4. Д. 2978. «По рапорту имама М. Саджанова Кушмурунского уезда Тобольской губернии о противозаконных поступках киргиза Мурзалиева» 1855. Л. 5.

643

Цитируется по современному изданию: С.Б. Броневский. О казахах Средней Орды. Павлодар, 2005. С. 90–104.

644

См.: Д.Я. Самоквасов. Сборник обычного права сибирских инородцев. Варшава, 1876. С. 245–285; Материалы по казахскому обычному праву. Сборник / под ред. С.В. Юшкова. Алма-Ата, 1948.

645

Например, к пункту 67, который у С.Б. Броневского идет под номером 19, есть помета, что данное правило о наказании за убийство ходжи (каз. кожа) отменяется, и с убийцей следует поступать по российским законам. Подобные комментарии составлены практически ко всем статьям сборника, опубликованного под редакцией С.В. Юшкова. См.: Материалы по казахскому обычному праву. С. 42.

646

Прямое указание на мулл опровергает предположение о том, что материалы омского сборника не были опубликованы из-за включения в него юридических норм, предусмотренных шариатом (выдвинуто востоковедом, военным губернатором Сыр-Дарьинской области Н.И. Гродековым: Н.И. Гродеков. Киргизы и карагиргизы Сыр-Дарь-инской области. Юридический быт. Т. 1. Ташкент, 1889. С. 1–2). Кроме того, как уже отмечалось, местные чиновники имели самые общие и далеко не всегда объективные представления о различиях между адатом и шариатом. Иногда, как в случае с С. Броневским, этим различиям вообще не предавалось какого-либо существенного значения.

647

См.: С.Б. Броневскш. О казахах Средней Орды. С. 104.

648

См.: И.К. Загидуллин. Мусульманское богослужение в учреждениях Российской империи (Европейская часть России и Сибирь). Казань, 2006. С. 207–210.

649

См.: Устав о благоустройстве Сибирских киргизов//Архив Санкт-Петербургского Института истории Российской академии наук (Санкт-Петербург, ИИ РАН). Ф. 267. Он. 1. Д. 23. Л. 376, 394.

650

Материалы по истории Казахской ССР (1785–1828 гг.). С. 372.

651

Там же. С. 346.

652

В.Ф. Тимковский – один из основателей Азиатского департамента МИД, начальник ОПК в 1820-1822-е гг. Он был сторонником гуманизации казахско-русских отношений. Достичь этой цели В.Ф. Тимковский планировал путем собирания «верных известий о подлинном состоянии сего кочевого народа». Фактически МИД проявило интерес к этому делу и направило в июле 1820 г. в Оренбургский край небольшую миссию в составе В.Ф. Тимковского, А.И. Левшина, П.Д. Черкасского и П.А. Корсакова. См. И.В. Ерофеева. А.И. Левшин и его труд «Описание киргиз-кайсачьих, или киргиз-казачьих орд и степей» // А.И. Левшин. Описание киргиз-кайсачьих, или киргиз-казачьих орд и степей. Алматы, 1996. С. 549–551.

653

Материалы по истории Казахской ССР. С. 348.

654

Именно В.Ф. Тимковский был идейным наставником молодого А.И. Левшина, который подготовил наиболее полную для того времени запись «Жеті Жарғы». Работа А.И. Левшина стала эталоном для многих поколений исследователей казахской культуры и обычного права, а также получила большую популярность среди читающей российской и казахской интеллектуальной публики. (А.И. Левшин. Описание киргиз-кайсачьих,