Китайцы в Уссурийском крае - Владимир Клавдиевич Арсеньев

Во время пути китайцы встают очень рано, варят себе кашицу, после еды отправляются в дорогу и идут до полудня. За это время они раза три отдыхают, курят трубки. В полдень делается большой привал. Сняв тяжелые котомки, манзы идут к источнику, моют в воде лицо и руки, а затем уже утоляют жажду. Обед варится в котелках, которые ставятся на три камня или на три кола, вбитых в землю. При сухих дровах вода в котле закипает раньше, чем подгорят сырые колья. Закусив лепешками и наскоро налившись чаю, манзы проворно укладывают свои котомки, вновь отправляются в дорогу и идут так до вечера. Они отлично знают, где в тайге находятся балаганы, и обыкновенно весь свой маршрут распределяют таким образом, чтобы не ночевать под открытым небом.

Балаганы эти делаются из кедрового корья. Постелями служат кора пробкового дерева или береста. Внутри балагана люди лежат ногами к огню. Если людей много, то ставятся два односкатные балагана, лицом друг к другу, настолько близко, чтобы между ними мог бы поместиться только один огонь. Для защиты огня от дождя на балаганы кладется покрышка таким образом, чтобы дым не шел наверх, а выходил бы по обе стороны и не давал бы комарам и мошкам проникнуть внутрь помещения.

За последнее время стали часты случаи убийств и грабежей русскими китайцев в то время, когда последние после охоты возвращаются в свои фанзы.

Китайцы теперь перестали ходить в одиночку, они собираются по несколько человек вместе, идут стороной, горами, обходят деревни, часто идут ночью, а днем отдыхают. Правда, это в конце концов принудит китайцев оставить звероловство и уйти на родину, но скверно то, что эти грабежи донельзя развращают крестьян и приучают молодежь к преступлениям.

Китайцы тоже не дают спуска и при первом случае стараются отомстить своим обидчикам. Поймав где-нибудь в тайге своего врага врасплох, китайцы поканчивают с ним самым зверским способом и труп его сжигают на костре.

Раньше зверовые фанзы стояли открыто, с земледельческими фанзами они соединялись торными тропинками. Теперь китайцы стали прятаться. К фанзам они не протаптывают уже дорожек, а идут целиной и каждый раз по новому месту. Если людей идет много, то они расходятся поодиночке, идут так одну или две версты, потом сходятся где-нибудь на заранее условленном месте, опять расходятся, опять идут и только вечером собираются вместе на биваке. Этого мало! В зверовой фанзе китайцы теперь ничего не держат. Оружие и патроны хранятся где-нибудь в стороне, в дупле дерева; запасов продовольствия тоже не видно; амбары ставятся далеко от фанз, иногда в двух или в трех верстах. Было бы ошибочно думать, что пушнина лежит на виду — для нее сделан особый навес, где-нибудь на склоне горы, за рекой или в расщелинах между камнями...

Кроме того, надо всегда иметь в виду, что наблюдательность у китайских охотников очень развита. Они отлично разбираются в следах. Они по следам уже знают, кто прошел и можно ли от этих людей ожидать какой-нибудь неприятности. Если опасность едва только намечается, китаец не думает о себе, не думает и о своей фанзе, он тут же с места бросается вперед, кружными тропами и ночными переходами старается обогнать врагов и предупредить других зверовщиков о грозящей им опасности.

Промыслы

Источниками обогащения уссурийских манз торговля, звероловство, поиски женьшеня и морские промыслы; что же касается хлебопашества, то на него они смотрели только как на средство обеспечить себя пропитанием на время охоты и соболеванья.

Перечислим по порядку важнейшие из этих промыслов и посмотрим, что именно китайцы вывозили за границу.

Начнем с оленей.

Ежегодно, тотчас после зимы, все олени сбрасывают сухие рога и некоторое время ходят безрогими. Затем, когда снега растают и появится зелень, рога снова начинают расти, и каждый год вырастает одним отростком более. Молодые рога сначала мягкие, сочные и наполнены кровью — это и есть панты (по-гольдски — «фунту», по-китайски — «юн-цзяо»). Все жизненные силы зверя идут в это время в рост его головных украшений. Олени чрезвычайно их оберегают, уходят далеко в горы и забиваются в самую чащу леса. Вот почему найти пантачей очень трудно, и охота на них считается одною из самых тяжелых. Китайцы приписывают пантам такое же целебное свойство, как и женьшеню. Самые дорогие панты дает пятнистый олень. Ценность их доходит до 1000 руб. за пару. Рога изюбря значительно дешевле. Самые дорогие из них ценятся не более 300—400 руб. Как только верхние части пантов начинают окостеневать, они быстро падают в цене. В июле с них начинает шелушиться кожа. Изюбри стараются содрать ее; тогда они нарочно бродят по чаще и треплют рогами кусты и молодые деревья. К августу рога окончательно сформировываются и становятся твердыми. Как раз в это время начинается спаривание оленей и бои самцов за обладание матками.

Китайцы бьют оленей на прииске из ружей, бьют самострелами на лесных тропах, загоняют с собаками по насту и в особенности много истребляют лудевами. Лудева — это забор, преграждающий доступ животным к водопою. Забор этот делается из буреломного леса и часто тянется на значительном протяжении. Кое-где оставляются проходы и как раз против них роются глубокие ямы, искусно прикрываемые сверху мхом и сухой травою. Ночью животные идут пить воду, встречают забор, ищут проходов и попадают в ямы. Чтобы ямы не осыпались, внутри их устраиваются срубы так, как это делают в колодцах. Глубина ямы — около восьми футов. Случается, что летом во время дождей ямы наполняются водою. Чтобы попавшее туда животное не утонуло, на глубине трех футов от поверхности земли из толстых гладко оструганных палок устраиваются поперечины. Олень, попавший в такую яму, остается в висячем положении: брюхом и грудью он лежит на поперечинах и до дна не достает ногами. Поймать живого оленя очень важно для китайцев. Они осматривают у него рога. Если панты недостаточно еще выросли и обещают быть ценными, то оленя опутывают ремнями, вытаскивают из ямы и в особых станках держат его до тех пор, пока молодые его рога не достигнут своей наибольшей стоимости.

Лудевые станки примыкают непосредственно к фанзе. Вместе с фанзой они обнесены частоколом высотою в 2 сажени на тот случай, чтобы олени не могли перепрыгнуть изгородь и уйти на волю. Панты с оленя китайцы снимают двояким образом: 1) спиливая их с живого зверя и 2) убивая животное и вырубая рога вместе с частью черепной крышки. Первый способ выгоден в том