На грани личности. Дневник практического психолога - Анна Ефимкина

Евгения считала, что она жертва тирана-отца. Но в ходе сессии поняла, что, во-первых, отец сам когда-то был жертвой тиранов-взрослых, во-вторых, детство прошло и в настоящей жизни травмирующие ситуации создает она сама. И если ей в детстве было неважно, почему отец ведет себя агрессивно, то и ее детские травмы тоже не оправдывают ее разрушительных тенденций.

Что помогло осознанию Жени? Поддержка участницы, имеющей подобный опыт, обмен ролями, позволивший почувствовать боль другого человека, и обратная связь психолога и участников группы, так как клиент не всегда отдает себе отчет, насколько разрушительно себя ведет. Далее Евгении удалось самой разработать альтернативную стратегию управления эмоциями: «не орать и не скандалить, а говорить с людьми».

«Все идет к черту»

Поскольку Разрушители действуют не только на эмоциональном уровне, но и в реальном физическом мире, одним из подходов в их терапии может быть работа с телом. Ниже привожу пример.

Георгий, 30 лет, проблемы в отношениях с женой, которые формулирует с трудом.

– Как ты?

– Просто ужасно. Все идет к черту.

– Давай попробуем назвать это чувство. Что конкретно происходит вокруг тебя, когда ты говоришь, что все идет к черту?

– Ничего хорошего. Все просто идет не так, как мне нужно.

– (Фокусируя внимание на теле.) Как ты это ощущаешь в теле?

– Напряжение в шее и груди. Прямо как будто что-то сжимается.

– Покажи руками, как это.

Клиент сжимает руки на уровне груди и показывает это напряжение.

– Пробуй пойти за этим напряжением. А что происходит дальше?

Клиент внезапно роняет руки.

– Я просто хочу что-то сломать или уйти.

– А какие образы или слова приходят тебе на ум в этот момент?

– Вижу, как я бью по стене. Все разлетается в разные стороны, и я просто выражаю свой гнев.

– Давай представим это в деталях. В тот момент, когда ты бьешь по стене, что ты чувствуешь?

– Гнев, освобождение. А потом ничего. Я потом чувствую себя пустым.

– Получается, твое разрушительное поведение связано с пустотой и одиночеством. Как это тебе? Какие образы или цвета возникают, когда ты это ощущаешь?

– Черный цвет. Чувство, что я внутри темного пространства.

– А что там происходит, можешь описать?

– Я слышу эхо. Но там никого и ничего нет, кроме одиночества.

– Опиши это одиночество в трехчастном высказывании: 1) Я чувствую одиночество, 2) когда происходит… 3) и для меня это означает…

– Я и так знаю. Это грусть потери. Потери того, что я уничтожаю. И остаюсь одиноким.

– На что это похоже в твоей жизни?

– Это похоже на то, как я ударил близкого человека. И я пока не готов об этом говорить.

– Хорошо, спасибо за откровенность, если хочешь остановиться, предлагаю зафиксировать момент: что полезного берешь из этой работы?

– Мне нужно побыть в этом чувстве потери. Раньше я только злился, что человек больше со мной не общается. Теперь грущу. Может быть, это поможет осознавать эмоции до того, как они достигнут точки разрушения. И попытаться найти другие способы выражения. Но пока у меня нет сил.

Клиенту с трудом дается вербализация состояний, но его тело очень красноречиво, поэтому гештальт-терапевт работает с телесными ощущениями и их связью с разрушительным поведением. Терапевт предлагает найти образ, и это удается, но клиент пока не способен доверять настолько, чтобы делиться опытом. Тем не менее ему удается выразить эмоции и осознать несостоятельность своей разрушительной стратегии.

Также в терапии при работе с Разрушителями могут быть весьма полезными физические способы выражения чувств. Некоторые из них могут помочь клиенту выражать и регулировать эмоции, а также находить конструктивные способы реагирования на стресс. Допустим, данный клиент мог бы не представлять образы разрушения стены, а дать реальный физический выход агрессии, если бы позволили условия работы (дикое место на природе, спортивный зал с боксерской грушей и т. п.). Тогда, возможно, ему удалось бы мощнее выразить чувство гнева и физически ощутить освобождение в полной мере.

Вот несколько физических стратегий, которые могут быть использованы в работе с Разрушителями для выражения эмоций:

• Упражнения глубокого дыхания (так называемое диафрагмальное дыхание).

• Физическая активность (занятия спортом, йогой или бегом).

• Экспрессивные техники (использование художественных и творческих методов, таких как пение, живопись, рисование, танец или драма).

• Работа с телесными ощущениями (массаж или самомассаж) фокусирует клиента на телесных ощущениях.

• Энергетические техники (например, цигун и тайцзицюань) способствуют балансу и гармонии в теле и уме.

• Практика медитации помогает сосредотачиваться на текущем моменте.

Если же энергии очень много, будет полезным развернуть ее в профессиональном направлении. Существуют рабочие специальности, где в буквальном смысле требуется недюжинная физическая сила. Ее требуют также спорт, различные виды актерского мастерства, танцев, активное создание предметов искусства. В психологии этот зрелый тип защитного механизма называется сублимацией: социально неприемлемые импульсы преобразуются в социально приемлемые действия.

Пример сублимации агрессивного поведения мы наблюдаем в фильме «1+1», или «Неприкасаемые». Это история о дружбе и взаимопомощи двух очень непохожих людей. Дрисс, молодой африканец без образования, с сомнительным прошлым, в том числе сидевший в тюрьме, случайно становится сиделкой богатого инвалида Филиппа. По ходу сюжета, взаимодействуя друг с другом, они удивительно меняют свои жизни. Дрисс, с его наивностью и асоциальностью, приносит в жизнь Филиппа драйв. Так, например, он в буквальном смысле тычет носом в дорожный знак соседа, занявшего частную парковку Филиппа, и заставляет громко прочесть: «Просьба не парковаться». Владелец парковки наблюдает из окна автомобиля, с одобрением приговаривая: «Доступный метод».

Филипп же открывает Дриссу духовный аспект жизни. Поклонник и коллекционер живописи, он бросает невежде вызов, заставляя того начать рисовать. Это случается в галерее перед абстракционистской картиной.

«Из Разрушителя – в Творца»

Дрисс: «Вы уже час на нее пялитесь!! Не пора переключить канал?!!»

Филипп: «Эта картина излучает странное спокойствие, хотя в ней есть и жестокость».

Галерист: «Она очень трогательная…»

Дрисс: «Красные пятна – это трогательно?!! И сколько она стоит?»

Галерист: «Кажется, 30 000. Проверю, если хотите…»

Дрисс: «Да уж, вы проверьте. По-моему, цена чуть завышена! Вы купите эту дрянь за 30 000?!! Это невозможно!»

Филипп: «Почему? Вполне возможно».

Дрисс: «У чувака кровь пошла из носа, и он просит тридцатку?!!»

Филипп: «Скажите, Дрисс, как вы думаете, почему людей тянет к искусству?»

Дрисс: «Наверное, это прибыльно…»

Филипп: «Нет… Это единственный способ оставить след на земле».

Дрисс: «Фигня