Рассказы 35. Главное – включи солнце - Артур Файзуллин

Дождь уже разошелся и барабанил по стеклам в полную силу, когда я услышал шаги за дверью. Звук был негромким и достаточно редким: либо идущий был очень высок и легок, либо обладал непропорционально длинными ногами. Воображение тут же нарисовало вытянутую сухую фигуру фонарщика, и я уже был готов увидеть в мутном окошке двери застывшую под потолком форменную фуражку, когда по ту сторону показался силуэт кого-то, мне совсем незнакомого. Больше всего он напоминал фигуристую куколку-пастушку, вроде тех, что ставят на каминную полку в приличных домах, а такими знакомыми жизнь под Дождем меня до сих пор не радовала. Я даже убрал ноги со стола и постарался разгладить воротник рубашки, но все же дождался осторожного деликатного стука, прежде чем сказать «войдите».

Да, это одна из тех историй.

Ее волосы падали на плечи водопадом расплавленной меди, алебастровый лоб наводил на мысли о статуях древних богов, тонкий аристократичный нос отсылал к поколениям выслеживающих добычу хищников, а глаза лучились, как две до сих пор не открытые звезды, покрывающие все известные науке диапазоны излучения и абсолютную темноту разом.

Это был ужас. Прибитый к месту открывшимся зрелищем, я собрал все силы, чтобы не опустить взгляд ниже и остаться, хотя бы номинально, по эту сторону безумия. Опасаясь, что ее голос разорвет мое сознание или тело на ошметки, как старые тряпки, я постарался оттянуть момент, когда разомкнутся рубиновые, словно кровь всех ныне живущих и живших доселе, губы.

– Детективное агентство «J&J» к вашим услугам, мисс. Джек Салливан, любые разумные задачи при свете дня и любые задачи под Дождем, если, конечно, у вас найдется чем заплатить.

Голос, как ни странно, не дрожал, и я даже слегка приободрился. В конце концов, я не зеленый мальчишка, и еще неизвестно, кто чаще бывал в переделках.

– Я наслышана о вас. Говорят, что вы можете найти слезу в бурлящем водостоке. Найти и вернуть владельцу.

Голос… приятный. Просто приятный, и это тоже по-своему шокирует.

– Боюсь представить человека, который смог бы заставить вас плакать, мисс…

Мой намек она предпочла пропустить мимо очаровательно заостренных ушей.

– Присаживайтесь… Хотите чаю? У меня есть миндальное печенье и отличный вид из окна. Если просто включить обогреватель и скоротать время за приятным разговором, то можно провести ночь, даже не промочив ног.

– Стоит ли оставаться под Дождем, если не хочешь промочить ноги? – Очаровательная улыбка. – Мне нужно, чтобы вы нашли человека, который потерялся по эту сторону. Он пропал несколько часов назад, но я очень волнуюсь. Видите ли, он совсем не из тех, кому прогулка под Дождем может пойти на пользу.

На стол передо мной легла фотография упитанного розовощекого мужчины, несколько растрепанного и, очевидно, удивленного появлением фотографа. По виду – типичный клерк. Чуть помятый строгий костюм не по фигуре, слегка сползший на сторону узел галстука. На заднем плане какой-то переулок. Словно бы в противовес изображенному на нем человеку, снимок блистал отменным качеством изображения и фотобумаги.

– Не нашлось милой совместной фотографии? – Я поднял глаза на заказчицу, перебирая варианты неприятностей, которыми может грозить новое дело. Набиралось около двух десятков.

– Не думала, что вы большой любитель рассматривать чужие семейные альбомы. Я выбрала лучшую, с точки зрения дела, и правда такова, что мне бы не хотелось афишировать свою связь с этим человеком. Про вас говорят, что вы уважаете чужие тайны, Джек.

Но свое имя ты мне все равно не назвала. Ладно, на самом деле, я уже все решил. Быть детективом под Дождем – значит рисковать. Тут каждый заказ – кот в мешке, и можно быть уверенным только в том, что ни в чем нельзя быть уверенным.

– Его зовут Фрэнк Браун, последний раз его видели возле Каналов.

Каналы – паскудное место для перехода. Слишком много воды, слишком много щупалец у ее обитателей. Все может закончиться быстрее, чем я думал.

– Что мне нужно сделать после того, как я его найду?

– Позаботьтесь о том, чтобы с ним ничего не случилось, прошу вас. И как можно быстрее сообщите мне, где он. Вот мой номер телефона.

К фото присоединился прямоугольничек картона.

– Хорошо. – Я кивнул и сгреб со стола фото и визитку. – А теперь, что касается оплаты…

* * *

Я вышел под дождь и с удовольствием втянул носом холодный ночной воздух. Плана как такового еще не было, но если ищешь пропавшего человека, то первый пункт маршрута почти очевиден. Это конечный всегда разный, и гадать, каким он будет, бессмысленно, даже если ты из тех, кто умеет гадать. Я не разбирался ни во внутренностях животных, ни в кофейной гуще, а потому просто поднял воротник повыше и зашагал по направлению к Холмам.

Холмы – роскошный особняк в викторианском стиле – был вотчиной Синезубой Дженни, моей заклятой знакомой, чье чувство юмора, вкупе с незаурядными и не всегда объяснимыми способностями, делало ее одной из самых известных под Дождем особ. Что, впрочем, не значило «одной из самых популярных», так что у высоких решетчатых ворот перед палисадником очередь не толпилась. Визит вежливый, значит нужно позвонить: медная кнопка скрылась в пасти небольшой зубастой горгульи. Нажимал я ее мизинцем. На всякий случай.

Где-то внутри особняка гулко пробил колокол. Говорят, каждый раз, когда он звонит, под Дождем на кого-то падает стеклянный нож; пара мастерских даже делает специальные, усиленные кевларом зонты. Наверное, тяжеленные. Я не верю в стеклянный нож, но верю в то, что кевларовый зонтик от него не защитит.

От ярко освещенного газовыми фонарями крыльца к воротам двинулась фигура облаченной в плащ с капюшоном безымянной служанки – тонкого грациозного существа с оленьими глазами на красивом девичьем лице и с неистребимой привычкой кутаться во множество слоев одежды. Легко процокав по булыжникам дорожки, она застыла по другую сторону решетки и подняла руку с фонарем, осветив незваного гостя. Я подставил лицо под лучи зеленоватого света и улыбнулся одной из самых обаятельных своих улыбок: скупиться незачем, во власти безымянной серны не пропустить меня дальше. Несколько волнующих секунд, и решетка ворот заскрипела, пропуская меня во владения Дженни.

Внутри особняка царил уют, в теплом и на удивление сухом воздухе витал запах хвои. Служанка приняла у меня плащ и указала в сторону гостиной «для своих». Я бывал там прежде: небольшая уютная зала с камином и