Убийца Шарпа - Бернард Корнуэлл

Харпер, стоявший достаточно близко, чтобы слышать их разговор, спросил:

— Это значит, мы берем Салли с собой?

— Нет. Устрою ее служанкой к Люсиль. Пусть будет еще одна горничная.

— Но Люсиль останется при армии?

— Ей придется, но она найдет нас уже в Париже.

— И кто присмотрит за дамами?

— Они поедут с обозом, и будут под охраной. Там будет достаточно безопасно. — У Люсиль были два пистолета на крайний случай, да и вдовствующая графиня была женщиной не из робких. — К тому же я попрошу Гарри Прайса выделить полдюжины человек, чтобы приглядывали за ними.

Дюжина солдат устроилась на ночлег в конюшнях трактира, а Шарп поднялся наверх к Люсиль. Он взял Салли Клейтон с собой и представил ее Люсиль, которая была только рада еще одной молодой помощнице, чтобы управляться с багажом и младенцем.

— Мы будем тебе платить, Салли, — пообещал Шарп, — и до самого Парижа ты поедешь в карете.

— И вы присмотрите за Чарли, мистер Шарп?

— Я за ним пригляжу, обещаю.

На следующее утро дюжина человек построилась на дворе трактира, куда Алан Фокс привел оседланных лошадей.

— Теперь мы, мать их, кавалерия, — проворчал Батлер, карабкаясь в седло. — И как заставить эту скотину идти?

— Поддай пятками легонько, — посоветовал Веллер.

Алан Фокс восседал на рослом вороном жеребце, который, как подозревал Шарп, был из личной конюшни Герцога, в то время как сам Шарп остался на своей трофейной французской лошади, скотине смирной и покладистой. Когда все оказались в седлах, Фокс вывел отряд через арку гостиницы на площадь, где уже строились первые британские батальоны. Среди них были и Личные волонтеры Принца Уэльского, выстроившиеся перед офицером, который восседал верхом лицом к строю.

— Это еще кто? — спросил Шарп.

— Наш новый майор, сэр, — ответил Чарли Веллер. — Прибыл вчера вечером, привел с собой двадцать новобранцев.

Шарп решил, что лучше держаться от нового командира его батальона подальше, и направил коня к домам на краю площади. Но в этот момент новый майор обернулся и заметил его. Шарп осадил лошадь и уставился на него, не веря собственным глазам. Затем он пришпорил коня и направился прямо к майору.

— Ты, — выдохнул он.

— Шарп, — отозвался майор с тем же бесконечным изумлением.

— Слово, которое ты лихорадчно подыскиваешь, — произнес Шарп, — это «сэр».

Он ждал. Майор заартачился, бросил взгляд на батальон, затем снова на Шарпа.

— Сэр, — выдавил он через силу.

— Слезай с коня, майор, — прорычал Шарп, — и за мной.

Он не стал дожидаться, подчинится ли тот, спрыгнул на землю и зашагал к узкому переулку между двумя лавками. В тупике обнаружился крохотный дворик, заваленный сломанными ящиками. Там Шарп и остановился, скрытый от глаз батальона, поджидая майора.

Это был высокий мужчина в ярко-красном мундире, что еще не успел выцвести в походах. Шарп помнил его красавцем, но былую привлекательность сгубили излишества и алкоголь. Входя в тесный дворик, майор споткнулся.

— Чарльз Моррис, — Шарп произнес это имя так, словно оно оставляло во рту вкус гнили.

— Давно же мы не виделись, — сказал Моррис, — полковник.

— И Герцог назначил тебя майором в мой батальон.

— Именно так.

— Теперь я служу в его штабе, — отрезал Шарп, — и у меня есть большое желание попросить его убрать тебя отсюда к чертовой матери.

— Послушайте, Шарп...

— Сэр! — взревел Шарп. — Обращайся ко мне «сэр»! — Он выдержал паузу, но Моррис промолчал. — Я всё надеялся встретить тебя, Чарли, поганый ты ублюдок. Мечтал об этом без малого пятнадцать лет.

— Нет никакой нужды... — начал было Моррис, но, увидев лицо Шарпа, осекся.

— Ты приказал меня выпороть, Чарли, и прекрасно знал, что на это не было оснований. Ты и этот выродок Хейксвилл.

— Сержант Хейксвилл был отличным солдатом...

— Хейксвилл был куском дерьма, как и ты, и я имел удовольствие лично наблюдать, как он издыхает.

Моррис прижался к кирпичной стене. Дверь одного из домов приоткрылась, и седовласый старик выглянул наружу, желая узнать причину шума. Стоило ему бросить взгляд на лицо Шарпа, как он тут же спрятался обратно, на всякий случай задвинув засов.

— Хейксвилл был лживым куском дерьма, и тебе это было известно. — Шарп шагнул к Моррису.

— Я не... — начал Моррис, но голос его дрогнул.

— Позволь мне просветить тебя, Чарли, — сказал Шарп. — Я был ранен столько раз, что и не упомнить. Мушкетные пули, осколки гранат, сабли и штыки, но ни одна из этих ран не была такой болезненной, как та порка. И ты знал, что я ее не заслуживал.

— Я не... — снова начал Моррис и снова запнулся.

— И с тех самых пор, Чарли, я грезил о том, как найду тебя. Мечтал о возмездии.

Моррис глубоко вздохнул, пытаясь взять себя в руки.

— Возмездие? Вижу, повышение благотворно сказалось на твоем словарном запасе, Шарп.

Шарп ударил его. Он всадил кулак в жирный живот Морриса, заставив майора согнуться пополам.

— Не смей со мной разговаривать в таком покровительственном тоне, Чарли. Теперь я полковник, и ты будешь обращаться ко мне, добавляя «сэр». Пока что ты командуешь моим батальоном, а это отличный батальон. — Он подождал, пока Моррис выпрямится. — Так что позволь мне объяснить правила, Чарли. Ты меня слушаешь?

Моррис сумел кивнуть. В его глазах стояли слезы, а лицо исказила гримаса боли.

— Тогда слушай внимательно. Ты всегда любил пороть людей, потому что ты слабак. Но в моем батальоне пороть никого не будут, усек? И если до меня дойдет хоть слух, что по твоему приказу кого-то высекли, я найду тебя, раздену до пояса и спущу с твоей спины шкуру. Ты меня понял?

Моррис снова кивнул.

— Ты меня понял?! — почти прокричал Шарп.

— Да, — выдавил Моррис и после паузы добавил: — Сэр.

— Там служат достойные люди, — сказал Шарп, — и сражаются они храбро. Тебе этого никогда было не понять. Хоть одна порка, Чарли, и я оголю твои ребра.

Он отступил на шаг, и в этот момент из переулка показался Патрик Харпер.

— Мистер Шарп, — произнес Харпер, окинув взглядом