Приключения Благородного Дика. Белый конь - Елена Владимировна Крыжановская
[2] (прим. Лины) От каторги это напутствие их, к сожалению, не избавит. Через десять лет Аранд проведет в Южной каменоломне «желтой яме» полтора месяца и сбежит, вернее, его увезут в беспамятстве. В сознании он отказывался оставить брата, что бы ему самому ни грозило. Толиен останется в «яме» на три года. Как старейшина будет устраивать побеги ещё многим. Его самого освободят уже по дороге на Юго-Восток.
«Милости» закона на разбойников будут сыпаться безостановочно. Но, в самом деле, пока отряды не разрослись настолько, что их лавину по всем мирам стало уже не остановить, их хранило исключительное везение. Так сказано в школьном учебнике истории. Но это неправда. Дик говорит, «везением» такие облавы и такие потери считать нельзя. Но крестники взяли себе правило: у атамана каждого, пусть самого маленького отряда, должно быть звание рыцаря дороги. Они знали сеть переходов, умели маскироваться и проваливаться сквозь землю лучше всех в братстве. Только так и выжили.
[3] (прим. Лины) Вильнес долго правил в Хардэйле. Наверное, это в самом деле его призвание. Он был в братстве, как «тот, кто ждет» с теми же обязанностями, как трактирщики. Хардэйский замок стал гостиницей братства. Хотя знатные владельцы от этого не в восторге, грамота, подписанная тогда, ночью, не давала им и их наследникам вмешиваться.
[4](прим. Лины) Мне всегда было ужасно интересно, как настоящая фамилия братьев? Если не считать того, что Аранд наполовину Хардэй, их происхождение точно неизвестно. Отец был лесничим. Но в каком селении у подножия пика Анард, даже этого точно не знают. У разбойников, так же как у вольных бродяг, пошла традиция отказываться от родового имени, заменяя его прозвищем. Впрочем, так поступают и некоторые рыцари. Трим, например. Или… Не буду тыкать пальцем, не хочу его будить.
Сейчас уже очень поздно, Дик будет ругаться, если узнает, что я не сплю. Вернее, дело не во мне, а в том, что он будет рычать, что мы с Гошкой его доконаем, ни днем, ни ночью от нас покоя нет, и когда он наконец…? Не буду повторять всякие глупости.
В общем, все спорят, Толиен и Аранд — предкиА́рмеров или нет? Они тоже родом с Юга… Но, увы, нет. В Армерах, кроме гремучей смеси дэкайских стихий, — кровь древних королей. Зато у них действительно общая кровь с Тримом! Его дед или прадед — мо́нты, и по этой линии Армеры его родственники.
[5] (прим. Лины) Если везение заключалось в том, чтобы Аранд ушел вслед за своими друзьями, а не остался один, то ему повезло. Всё «ядро» первого отряда благородных разбойников это знаменитые рыцари братства. Они крепко держались вместе, прожили долгую очень бурную жизнь. Айгар остался в возрасте посвящения, так же как Дик. Только Серго, не дожив до ста, геройски погиб вместе со своим отрядом, в одном из мятежей. Остальные держались.
Однажды, Олова взяли в плен и должны были расстрелять на площади. По-старинному: две дюжины лучников, которые очень хорошо умеют до последнего не задевать сердце, чтобы мучения длились дольше. Аранд ничего не мог сделать. Подкупленные стражники не помогли, людей для общего восстания не хватало — закрытая военная крепость. Когда всякие надежды умерли, Аранд просто вышел туда же, на эшафот и встал рядом. И остальные. Они выходили, называя страже свои имена, бросая оружие, и сдавались. Все ведь приговорены заочно. Их арестовали, конечно, но казнь отложили. Для смерти более чем полусотни человек на площади ничего не было готово.
Только двое разбойников не вышли из толпы, и один из них — Айгар. Аранд приказал им остаться и передать по эстафете, что будет. Толиен в это время был далеко, но примчался, едва узнав, что случилось. Открытый штурм не годился, военные либо убили бы заложников сразу, либо потребовали бы сдаться остальных. Друзья хитростью проникли в крепостную тюрьму, и в тот раз всем удалось вырваться.
Но в другой раз, когда они спасали невинно осужденных по просьбе о помощи (не своих братьев), погоня была такой длительной и многочисленной, что один за другим пали все. Кто-то оставался, задержать преследователей, кто-то уводил беглецов, передавая их следующему проводнику, когда приходила его очередь принять бой. Но в погоне участвовали маги, они умеют идти по следам, даже сквозь переходы. В конце концов, осужденные все спаслись, а из наших — никто.
[6] (прим. Лины) Подумаешь, всего-то сто лет! Скоро лес станет зеленым шатром Робин Гуда и его молодцов. Шервудская вольница наконец потеснит эльфов и фей даже в легендах и песнях. Пожелание Дика исполнится хоть ненадолго. По-настоящему благородные разбойники стали хозяевами леса только сейчас, когда семьяА́рмеров впервые в истории смогла откупить у государя небольшую, но полностью независимую территорию. На ней вырос Лагерь — лесной филиал Братства Дороги. А теперь уже они стали крестными нашего «Панголина».
Как тесен мир, даже в пределах истории! Тысяча лет — как вчера! Кажется, я начинаю мыслить, как странница. Надеюсь, это доказывает мою готовность к посвящению? Что, интересно, Дик придумает, чтобы отказать в этот раз?..
[7] (прим. Лины) Последние двадцать лет это были самые страшные слова в «Приключениях». Когда они стали правдой, и действительно никто не знал, где он. Я прожила так всю жизнь, до нынешней весны. В последние пять лет часто приходили слухи, будто его встречали именно там, в Хардэйле и в Черном бору. Гошка думал, что это его призрак. А у нас все сразу понимали, если слухи из той местности, значит, неправда. Слова из «Приключений» были подсказкой. Потому что слухи распускали далеко не доброжелатели Братства Дороги, и говорили они всякие гадости. Но до сих пор ни от кого не слышала, ни в одной листовке Дины не читала, слов о Благородном Дике хуже, чем от него самого!
Глава
