Странные звери Китая - Янь Гэ

Что за бред? Не переставая ломать голову над этой загадкой, я позвонила Чарли. Этот звонок и прояснил смысл творящегося безумия. Чарли в бешенстве заорал в трубку:

— Они забрали Жу Жу!

— А ты разве не знал? Это был заговор.

Дальше я ничего не успела объяснить: Чарли — обычно такой джентльмен — зарычал:

— Что за хрень ты несешь, тупица?! Почему ты никогда не можешь сначала подумать, а потом делать?! Доиграешься — нас всех убьют из-за тебя!

Я едва не расплакалась: не могу, когда на меня так орут.

С Чарли мы познакомились в мою бытность студенткой. Я столкнулась с ним на кафедре зоологии. Он не был ни студентом, ни преподавателем — просто чудак, который всегда сидел в заднем ряду лаборатории и наблюдал за моими экспериментами с таким видом, будто вот-вот расхохочется. Однажды, когда я вскрывала какое-то животное, Чарли подошел и начал критиковать мое искусство владения скальпелем.

«Вечно девчонки неправильно держат нож, — заявил он. — Ты же не овощи режешь. Из этого вкусного блюда не получится».

Он был высокий, широкоплечий, длинноволосый, с правильными чертами лица. Мешковатая одежда делала его похожим на рокера, а кожа в солнечном свете отливала здоровым пшеничным оттенком. Я ничего о нем не знала, но по его своеобразному акценту догадывалась, что он приехал откуда-то издалека. Мы подружились и каждый день виделись в лаборатории. Он сидел позади меня. Как ни странно, мой профессор никогда не пытался пресечь его странное поведение.

«Это занятие не для тебя, — говорил Чарли. — Лучше найди себе хорошего парня и выходи замуж».

Я только посмеивалась.

«Ты такая симпатичная, когда смеешься, и вообще ты славная девушка, только слишком уж чувствительная — тебя легко ранить».

Тут он попал в яблочко.

Когда я бросила университет и пошла топить свое горе в баре «Дельфин», Чарли составил мне компанию.

«Пей сколько хочешь, — говорил он. — Я позабочусь о том, чтобы ты благополучно добралась до дома, хорошо?»

А теперь он кричал:

— Свинья тупая! Идиотка!

А потом бросил трубку.

Я замерла на мгновение, затем попросила водителя сменить маршрут и ехать по другому адресу.

К дому Чарли.

Сердце у меня все это время бешено колотилось. Я без конца звонила Чарли, но не могла до-

звониться. Набрала номер профессора — тоже глухо. Казалось, все на свете просто исчезли, растворились в воздухе — пока не позвонила рыдающая Люсия.

— Тетечка, ты слышала?! Они убили жертвенных зверей! Всех, всех до единого! И Чин Чин тоже!

На секунду у меня оборвалось дыхание, а потом я едва выговорила:

— Как они могли! Как они могли! Они же собирались убить только самцов!..

Да, я очень отчетливо помнила слова своего профессора — только самцов. Но если он знал, что все это было заговором самок, такой хитрец, как он, никогда бы не начал с самцов.

Разумеется, когда я добралась до квартиры Чарли, та была пуста.

Ни Чарли, ни Фэй Фэя, ни тем более Жу Жу — ее ведь уже схватили.

Я снова запрыгнула в такси и дала новый адрес: лаборатории моего профессора.

Водитель усмехнулся:

— Что вы так волнуетесь, ухажера потеряли?

Если бы в моей жизни все было так просто.

* * *

В лаборатории я тоже никого не нашла. Охваченная внезапной яростью, принялась бить об пол банки с образцами, рвать бумаги, опрокидывать скамейки. Наконец появился охранник.

— Что вы делаете?! — вскричал он.

Заливаясь слезами, я выкрикнула имя своего профессора.

— Скажите ему, чтобы шел сюда! Скажите, чтобы тащил сюда свою задницу, мне нужно с ним поговорить.

Вместо профессора явился Чжун Лян и протянул мне телефон со словами:

— Тебя.

— Привет, — сказал профессор. — Говорят, ты опять разнесла мою лабораторию. — В трубке прозвучало что-то похожее на смешок.

— Что вы с ними сделали?! Вы меня обманули!

— А ты разве не знала? — беззаботным голосом отозвался он. — Это же было в сегодняшних новостях — все жертвенные звери мертвы. Теперь они вырвались из цикла жизни и возрождения и могут попасть в рай.

Я сделала глубокий вдох, затем еще один. Я была всего лишь пешкой в этой игре, безмозглой пешкой.

— А Чарли? Где он? Вы не имеете никакого права сажать его за решетку.

— С Чарли то же самое, — сказал мой профессор.

Чжун Лян протянул мне папку с документами шестилетней давности — тех времен, когда я еще училась в этом университете на зоолога, когда подружилась с Чарли. И вот он передо мной — серия фотографий «до и после», череда экспериментов, превративших его из зверя в человека. Ему зашили разрезанный язык, накачали гормонами, чтобы изменить химию мозга, переформатировали функции его организма, пока он наконец не смог жить как человек. Но он был зверем. На первом снимке кожа у него была темная, глаза голубые и прекрасные, а низко свисающие мочки ушей зазубрены по краю.

Чин Чин, Жу Жу, Фэй Фэй, Чарли… Все звери. Я их больше никогда не увижу.

Жертвенные звери.

Те, кто жертвует собой ради великого дела.

* * *

Я побрела домой как потерянная, а там рухнула на диван и уставилась в пустоту. Слезы текли не переставая. Я с силой ударила саму себя по щеке, но это не помогло. Чарли был прав, когда ругал меня. Сунулась в это дело, не подумав головой, — идиотка я, идиотка!

Жертвенные звери не хотели умирать. Их убили. Люди.

Но почему?

Я позвонила своему профессору, но сумела только выкрикнуть:

— Зачем, зачем вы их все время убивали?! Зачем?!

Профессор засмеялся.

— Жертвенных зверей было очень много, как бы мы убили их всех? Они сами убивали друг друга — самки нападали на самцов, а мы только доводили дело до конца. Я не так уж тебя и обманул.

— Все равно обманули! — отрезала я.

— Ох и упрямая же ты! Тебя только и волнует, что правильно и что неправильно, кто кого умнее, кто кого победит. Будешь слишком умничать, слишком гнаться за наградой — прозеваешь большую опасность, которая тебе грозит.

Кто-то позвонил в дверь.

Я открыла и увидела за дверью не убийцу, а курьера с посылкой для меня. На ней был обратный адрес — адрес Чарли.

Я вскрыла ее со всей быстротой, на какую была способна, но там оказалась всего лишь книга. Только печатный текст, ни единого слова от руки.

Сборник сказок. Мифов.

Там было написано:

В древности в нашем мире жили боги — они и создали человечество. Они окропили землю,