Удар в голову - Рита Буллвинкел
•
Роуз Мюллер умрет еще до того, как будет снят этот фильм о двойном убийстве с Таней Мо в главной роли. Роуз проживет всю жизнь в одном и том же месте и умрет в пределах мили от места своего рождения. Это не значит, что Роуз неспособна – не была способна – меняться. В ней есть некоторая основательность. Она может похвастаться поразительным чутьем, позволяющим ей определять, что стоит подвергать сомнению, а что принимать как есть. Например, Бог – это то, в отношении чего у Роуз Мюллер ясности нет. В Далласе, в маленьком мирке, где она живет, а потом умрет, для всех, кого она знала – включая ее семью, включая ее старинных подружек по детским играм, включая мужчину, с которым они в конечном итоге станут совладельцами сети фитнес-центров для похудения, – вера в Бога была такой же рутиной, как привычка слушать прогноз погоды. В каждой комнате, где она росла, висели распятия. Роуз Мюллер будет до старости помнить хореографию мессы. Встать, сесть, встать, сесть, преклонить колени, пропеть, встать, сесть – казалось, что действия прихожан не имеют никакого отношения к текстам песнопений, но эти заученные телодвижения запомнятся Роуз как самое истинное, самое языческое воплощение Бога. В детстве Роуз твердили, что задавать вопросы невежливо. Во время мессы она чувствовала едва ли не облегчение, потому что могла просто следовать инструкциям. Но здесь, в Рино, для семнадцатилетней девушки-боксера с коротким ежиком волос, никаких инструкций не существует. Никто не говорит Роуз Мюллер, что надо вжимать кулак в плечо Тани Мо. Никто не говорит Роуз Мюллер, что надо поднять левую руку чуть выше. И поэтому Таня Мо бьет ее. Третий раунд остается за Таней Мо, и обе соперницы садятся по разным углам.
•
Заплетать косы тоже обычно учат старшие сестры. У Тани Мо есть старшая сестра, хотя она и не поехала в Рино. Сестра научила ее заплетать косы и играть в игры с хлопками в ладоши. Она на два года старше Тани – идеальная разница в возрасте для передачи мудрости. Устроившись на большом круглом килиме, который лежал на полу их одноэтажного дома с пологой крышей в Альбукерке, сестра учила Таню Мо плести косы. Сестра брала восьмилетнюю Таню за руки и разъединяла ее пальцы. Потом показывала, как перебросить волосы через плечи с обеих сторон так, чтобы пряди были разделены ровно посередине и чтобы их можно было собрать в два пучка на затылке. “Начинать надо с хвостиков”, – говорила сестра Тани Мо. Одна из причин научить сестру заплетать волосы самостоятельно – освободить от этой обязанности себя. Обычная коса – вещь достаточно простая: три пряди, переплетенные вместе, чтобы получилась широкая плоская лента. Но помимо обычной косы есть еще косы “рыбий хвост”, и французские косы, и косы-петли, и косы-жгуты, и косы-лесенки, объясняла сестра Тани. Можно заплести все волосы, а можно – несколько отдельных прядей, объясняла сестра Тани. Cпособов превратить разрозненные пряди волос в нечто цельное беcконечно много.
•
Большой круглый килим, который лежал на полу одноэтажного дома с пологой крышей в Альбукерке, где росли Таня Мо и ее сестра, стал сценой для бесчисленных эпизодов подобной передачи мудрости. А еще он стал сценой для семейных трагедий. Именно на этом ковре родители рассказали сестрам, что один из их кузенов погиб, когда старый лифт, в котором он играл, сорвался в шахту. Именно на этом ковре сестры впервые услышали, как мать грозится уйти от отца. И именно с этого ковра сестры увидели, как открылась входная дверь, как мать повернула ручку и плюнула на пол прямо под ноги отцу. Это было зимой. Таня Мо выглянула в окно и увидела на снегу цепочку следов, ведущих в никуда. Видимо, ее ждала машина. “Давай заплетем друг другу косы”, – сказала сестра Тани Мо. Именно на этой сцене – на большом круглом килиме – Таня Мо впервые научится примерять на себя чужие лица.
•
Бокс появится в жизни Тани Мо позже. Подруга подруги приведет ее на первое занятие. Бокс – это лучше, чем сидеть дома с отцом. Школьные спектакли ставятся только два раза в семестр. К этому моменту старшая сестра тоже от нее ушла, но не навсегда, как ушла зимой их мать.
•
Не то чтобы бокс позволял участницам Кубка дочерей Америки одолеть в поединке тени своих покойников. Да, призраки пропавшей зимой матери Тани Мо и погибшего на глазах Энди Тейлор мальчика с грузовичками витают над ними во время боя, но эти призраки будут преследовать их не только на ринге. Люди, которых больше нет, – неотъемлемая часть этих девушек. Как вирусы, они живут в их телах, в промежутках позвонков. Как раз в тот момент, когда Таня Мо думает, что воспоминание о том, как мать бросила ее, наконец-то стерлось, оно снова вспыхивает в передней части мозга, где-то в области переносицы. Во время боя с Роуз Мюллер Тане Мо начинает казаться, что она видит большой круглый килим, который лежал на полу их одноэтажного дома с пологой крышей в Альбукерке. Он в этом зале, в дальнем углу. Красно-синие цвета волокон постепенно сменяют друг друга от центра к краям. На ковре старшая сестра Тани Мо. Она сидит на коленях, ягодицы касаются пяток. Как и у самой Тани, у сестры Тани волосы заплетены в две косички-петли. Сестра Тани играет в игру с хлопками, но на ковре нет никого, кроме нее, поэтому она беззвучно бьет ладонями в воздух, имитируя движения, и одними губами произносит похабные строчки так, чтобы их видела только Таня. Только Таня слышит голос своей сестры. Сестра Тани сбивается и начинает заново. Четвертый раунд на исходе, две минуты почти закончились. Горящие красным электронные часы на судейском столе отсчитывают последние секунды, в которые еще можно успеть провести атаку.
•
Как и Энди Тейлор, Таня Мо приехала в Рино сама. Тампа, штат Флорида, гораздо дальше, чем Альбукерке, штат Нью-Мексико.
•
В голове каждой девушки есть маленький пузырек размером с фасолину. Фасолина находится под костью черепа, в области переносицы, между глаз. Внутри нее – густая мешанина из всего, что происходило с девушками в их жизни. Именно благодаря
