Кондитерская на Хай-стрит. Жизнь с чистого листа - Ханна Линн

Когда ей все же удалось вытащить себя из постели, она первым делом заварила кофе – две чайные ложки с верхом на кружку – и с жадностью выпила, едва дождавшись, чтобы кофе немного остыл. Она надеялась на живительное действие кофеина, однако так и не поняла, помог он или нет. Пожалуй, нет. Хотя, может, настоящий кофе и помог бы. Но поскольку кофеварки в коттедже Мод не было, Холли до сих пор довольствовалась по утрам растворимым. Слабым, бог знает из чего состоящим, дорогим растворимым кофе.

Даже закончив одеваться, она все еще боролась со сном, с трудом заставляя глаза оставаться открытыми. Потом, еле-еле переставляя ноги, ставшие странно шаткими и неуверенными, двинулась в магазин, с негодованием глядя на великолепные синие небеса. Погода обещала быть хорошей, а это означало приток покупателей, что, вообще-то, следовало всячески приветствовать, вот только она не была уверена, что выдержит очередной напряженный день. Закрыть магазин пораньше она решилась бы только в очень спокойный день, при малом количестве клиентов. В таком случае она еще могла бы хоть как-то себя оправдать. И все-таки сегодня она, вероятно, его все-таки закроет при любых обстоятельствах. И уж совершенно определенно вечером ляжет спать не позднее половины восьмого. И после работы прямиком направится домой, возможно даже не сняв рабочий фартук.

Мысли ее вяло шевелились, словно окутанные сонной пеленой, и лишь оказавшись напротив своей кондитерской, она поняла, что перед входом уже стоят какие-то люди. Но лишь подойдя к ним вплотную, догадалась, кто это такие.

– Доброе утро, сонная тетеря! А мы уж решили, что ты раньше полудня не явишься.

Холли растерянно хлопала глазами, пытаясь понять, каким образом они обе, Джейми и Кэролайн, оказались сейчас перед нею. В этом явно не было никакого смысла.

– Вы разве знакомы друг с другом? – удивленно спросила Холли, что прозвучало довольно глупо, но уж больно их совместное появление ее поразило. Она никогда раньше не видела их вместе, и мысль о том, что они могут знать друг друга, ей попросту не приходила в голову.

– Это же Боуртон, Холли. Ну, разумеется, мы знакомы, – сказала Джейми.

– Ты, главное, не пойми меня неправильно, Холс, – вступила Кэролайн, – но вид у тебя такой, словно ты несколько недель подряд не спала. Можешь мне поверить, уж я-то знаю, как человек при этом себя чувствует. – И она, словно подчеркивая сказанное, слегка качнула привязанного к ее груди ребенка. – В общем, сидели мы тут с Джейми в пабе, я рассказывала ей, как мы с тобой вместе учились в школе, а потом речь зашла о твоем магазине, и мы обе вспомнили, что с тех пор, как ты взялась в нем торговать, он каждый день был открыт. А значит, ты почти целый месяц проработала без единого выходного! Ты хоть понимаешь, что это полное безумие?

По тону подруги Холли никак не могла понять, восхищена Кэролайн ее невероятной работоспособностью или возмущена.

– Я как раз пытаюсь решить этот вопрос, – сказала она, роясь в сумке в поисках ключей.

– Пытаешься, значит? А то мы обе уже начали беспокоиться. Нелегко, не имея помощников, в одиночку справляться с собственным магазином.

В другие дни у нее, может, нашлось бы чуть больше терпения, но сейчас, с утра пораньше, ей меньше всего хотелось стоять посреди улицы и обсуждать свои неудачи. Она открыла дверь, повернулась к подругам и, глядя прямо на них, сказала:

– Послушайте, это, конечно, очень мило с вашей стороны, что вы обо мне беспокоитесь, только уверяю вас: все у меня будет хорошо. Просто пока я маловато зарабатываю и могу платить только той девочке, что приходит помогать по субботам. О себе самой я и не говорю. К сожалению, у меня пока нет средств, чтобы нанять хотя бы на полдня совершеннолетнего человека, обладающего соответствующими знаниями, компетенцией и навыками для самостоятельной работы в магазине. Ладно, вы уж меня простите, но мне пора открывать магазин. Или вы еще что-то хотели?

Хотя ее речь и не была слишком длинной или чересчур гневной, Холли была удивлена тем, какое странное воздействие она произвела на обеих молодых женщин. Нет, они не стали ни утешать ее, ни с озабоченным видом ее успокаивать – наоборот, они дружно заулыбались. Мало того, обе засияли как придурочные, а Кэролайн сказала:

– Ужасно смешно, что ты спросила.

– Потому что да, мы действительно хотим кое-чего еще, – подхватила Джейми. – Например, немного поторговать вместо тебя.

– Что-что?

– Не постоянно, конечно, даже не думай. Мы вовсе не пытаемся свергнуть тебя с трона торговой королевы Боуртона, – сказала Кэролайн и даже поморщилась, так напыщенно это прозвучало. – Мы просто хотим сегодня поработать вместо тебя.

– Я не понимаю… – сказала Холли и перешагнула через порог.

– Короче: совершенно ясно, что дальше ты так работать не в состоянии, – перехватила инициативу Джейми. – Мы, конечно, понимаем, что это отнюдь не долгосрочное решение твоих проблем, но, пожалуйста, возьми сегодня выходной, а мы здесь уж как-нибудь справимся. Сегодня мы обе свободны, вот и решили немного тебе помочь.

Холли было абсолютно ясно, что они предлагают это от всего сердца – такая искренность была написана у них на лицах, такая готовность помочь, – и все-таки заноза неуверенности по-прежнему ныла в сердце. Это было, наверное, самым чудесным предложением, когда-либо сделанным ей, но с чем оно было связано? Нет, ей попросту казалось невозможным, чтобы…

– Понимаете, предложение, конечно, замечательное, однако я…

Кэролайн резко ее прервала:

– Никаких «однако»! Не вздумай возражать! Мы вполне можем тебя подменить. И отлично со всем справимся. Квалификации на это у нас, безусловно, хватит. На самом деле ее, возможно, даже окажется слишком много.

– Ну, насчет квалификации я бы утверждать не стала, – возразила Джейми, – но я вполне способна справиться с весами, а под конец дня подсчитать выручку. А Кэролайн отлично сумеет проследить, чтобы ребятня не совала нос и грязные ручонки в банки с карамелью и леденцами на палочках.

При мысли об этом Холли чуть не стошнило.

– Послушай, мы прекрасно понимаем, что это твой бизнес и в него вложены твои деньги. Наверное, и я чувствовала бы себя примерно так же, если бы кто-то вызвался взять на себя мою работу, хотя бы всего на один день. Но мне совершенно ясно, что тебе необходимо сделать перерыв, иначе ты сорвешься. Так больше продолжаться не может. И потом, ты ведь