В чужих туфлях - Джоджо Мойес

– Я буду ждать снаружи, – сказала Ниша, когда мужчина в дешевом костюме наконец удалился, а следом за ним и остальные. – Мне нужны мои туфли и сумка. Сэм.

Сэм собирала рамки с фотографиями и складывала их в ящик, который принесла Марина. Пальцы скользили, и одна из них упала на пол с грохотом, который эхом разнесся по офису. Ставя картонную коробку на стол, Марина тихо прошептала:

– Мне очень жаль.

Но обвинение в «воровстве» явно подпортило атмосферу, и перед уходом Марина окинула ее встревоженным, непонимающим взглядом. В соседних отсеках царила идеальная тишина. Сэм была не в силах поднять взгляд. Она знала, что Саймон и его дружки наблюдали из кабинета, обмениваясь комментариями вполголоса, представляла, о чем судачили шепотом коллеги. Она сгорала от стыда из-за слов той женщины, которые до сих пор отдавались в ушах. Сэм собрала остатки вещей, и появился Льюис, охранник снизу. Он потирал затылок и переминался с ноги на ногу, словно не зная, что делать. Она посмотрела на него, и мужчина принял неловкий, смущенный вид, а затем указал ей на коридор.

Только когда открылась дверь, в лицо ударил порыв холодного воздуха, и она увидела ту американку на улице, которая потушила окурок, до Сэм наконец доходит: «Я потеряла работу. Я действительно потеряла работу». Она поставила коробку на землю, достала телефон и позвонила единственному человеку, который сможет помочь ей пережить этот кошмар.

– Андреа?

У Сэм не было машины, а сидеть в такси с этой сумасшедшей, от которой исходила непередаваемая агрессия, не хотелось. Поэтому она пошла пешком, и незнакомка последовала за ней на расстоянии в два шага. Она уже надела свой пиджак от Chanel и теперь тщательно осматривала рукава на предмет пятен или повреждений.

– Я от вас не отстану, леди. Просто чтобы вы знали.

– Я знаю, – ответила Сэм, глядя прямо перед собой. – Я просто иду домой.

Она поочередно переставляла ноги, а в ушах до сих пор звенели слова Саймона, перед глазами – лица коллег, пораженные, настороженные, словно их мнение о Сэм изменилось в мгновение ока. Надо было все-таки постараться сразу вернуть туфли, сделать это в первую очередь! А теперь она потеряла все.

– Надеюсь, мои вещи все еще у тебя.

– Они у меня дома. Послушайте, я действительно пыталась вернуть вашу сумку. Но тренажерный зал был закрыт на неопределенный срок.

– Меня это не интересует.

– Как скажете. Я просто пытаюсь объяснить, что ничего не крала.

– Сказала женщина, которая повесила мой пиджак от Chanel на спинку своего стула.

Сэм развернулась к ней со слезами на глазах.

– У меня сегодня была важная встреча, ясно? Я просто хотела произвести впечатление и подумала, что никому не причиню зла, если я разок надену пиджак. Мне очень жаль.

– Да, конечно. Значит, ты Мать Тереза. Как скажешь.

– Что?

– Просто верни мне туфли. Мне плевать, кем ты там себя считаешь. Я верю только фактам.

Фактам. У Сэм перед глазами до сих пор стояло лицо Саймона, который со злорадной улыбкой при всех назвал ее «воровкой». И уволил. Ее действительно уволили. И, конечно, выходное пособие он тоже зажмет… от этой мысли заныло в животе.

Другой работы ей не найти. Фил и Кэт окажутся вместе с ней на улице. В итоге они поселятся в каком-нибудь приюте, где правительство размещает беженцев, где готовят на единственной электрической плите, а туалеты общие. Или же придется переехать к родителям. И все будут винить ее. Причем с полным правом. Как только она дошла до такого?

Они преодолели в молчании еще две улицы, пока Сэм наконец не остановилась и не обернулась.

– Вы не могли бы хотя бы не дышать мне в затылок, как охранник в тюрьме? Это нервирует. Думаете, я сбегу, что ли? С коробкой в обнимку?

– Я вас не знаю, дамочка. Мало ли что еще вы выкинете. Может, вы первоклассная бегунья.

– А что, я похожа на бегунью?

– На вора вы тоже не похожи. Но это уже пройденный этап.

– Да в самом-то деле!

Сэм поставила коробку на землю и на миг зажала глаза ладонями, пытаясь сдержать подступающую паническую атаку. Снова открыв их, она встретилась с пристальным взглядом американки.

Но через пару минут незнакомка все-таки поравнялась с ней.

Какое-то время они молча шли по городу. Сэм порадовалась, что сегодня надела удобную обувь, но коробка все-таки оттягивала руки – там множество семейных фотографий, и приходилось то и дело останавливаться, чтобы перехватить ее поудобнее.

Сначала начали ныть локти, затем поясница. Американка преспокойно вышагивала рядом – причем, с удивлением поняла Сэм, в ее собственных черных «лодочках» без каблука. Получасовая прогулка показалась бесконечной. Ей срочно нужна была Андреа. Увидеть бы ее, обнять и знать, что в мире есть хотя бы какое-то постоянство и добро. Что есть человек, знающий, что она не злодейка.

Наконец они свернули на нужную улицу, и Сэм заметила маленький синий «Ниссан Микра» у дома.

От облегчения с губ сорвался всхлип, переходящий в икоту, и американка бросила на нее пронзительный, непонимающий взгляд.

– Здесь. Мы пришли, – пробормотала Сэм и прошла мимо фургона, возле которого Фил шумно чистил бампер на обочине, в огромных пластиковых очках. Он даже не посмотрел на нее.

Сэм кое-как открыла дверь. Она бросила коробку в коридоре и сразу поднялась наверх, не обращая внимания на радостно бросившегося к ней пса. Будет лучше, если эта женщина уйдет отсюда как можно скорее. Сэм распахнула дверь спальни, направилась к гардеробу и извлекла из него черную сумку от Marc Jacobs. Повесив ее на плечо, она снова спустилась вниз. Женщина стояла у передней двери и наблюдала за Филом, скрестив руки на груди. Затем подняла взгляд на Сэм и сразу же перевела его на сумку.

– Наконец-то, – бросила она и выхватила ее. – Все здесь?

– Разумеется, – ответила Сэм.

Женщина окинула ее подозрительным взглядом.

– Я проверю.

– На здоровье.

Сэм ушла по коридору на кухню, и там за столом сидела Андреа, повязав на голову новый розовый платок с ярким рисунком. Она тяжело поднялась на ноги, увидев подругу.

– Что происходит, милая?

И вдруг Сэм оказалась в ее объятиях, зарылась лицом в шею, всхлипывая. Но даже в этот момент она заметила, как Андреа слаба и хрупка, какие у нее худые плечи, и от этого на душе стало еще хуже.

– Я потеряла работу, – произнесла Сэм.

Андреа отстранилась и посмотрела на