В чужих туфлях - Джоджо Мойес

– Как вы себя чувствуете в последнее время? – спросил мистер Сингх, закрыв папку и откинувшись на спинку стула.

– Неплохо, только немного уставшей, – ответила Андреа.

Сэм украдкой покосилась на нее. Андреа сказала бы то же самое, даже если бы акула откусила ей ноги.

– Есть новые боли?

Женщина покачала головой.

– Это хорошо. Очень хорошо.

«Да скажи уже как есть!» – молча взывала к нему Сэм. Она не сводила взгляда с лица врача. Казалось, от нервного напряжения ее вот-вот стошнит.

Доктор Сингх потер подбородок.

– На снимке все чисто. Операция прошла хорошо, как вы уже знаете. Лимфоузлы не затронуты, чего мы больше всего опасались.

– Что вы хотите сказать? – не выдержала Сэм.

– Я не хочу делать поспешных выводов. Но это очень хорошие признаки. Думаю, благодаря операции и правильно подобранной химиотерапии мы получили весьма обнадеживающие результаты.

– Обнадеживающие? – повторила Сэм.

Он добродушно посмотрел на нее.

– Медицина – не самая точная наука. Мы стараемся не делать категоричных заключений. Но на данный момент, похоже, рак успешно побежден, и дальнейших признаков его распространения не наблюдается. Мы продолжим следить за вашим состоянием, чтобы убедиться в этом, но сейчас это прекрасный результат. Лучше не бывает.

Андреа робко уточнила:

– Так… его правда больше нет?

Мистер Сингх сжал руки. Кольцо с рубином ярко сверкало в лучах солнца, вдруг пробившихся сквозь жалюзи.

– Я очень на это надеюсь.

– А мне… нужно еще что-то делать?

– С этого момента – нет. Лечение окончено. Последим за вашим состоянием, как я уже сказал.

И, возможно, стоит задуматься о реконструктивно-пластической операции, но это потом. Пока нужно поскорее восстанавливаться и возвращаться к нормальной жизни, насколько это возможно.

Воцарилась тишина. Затем Андреа повернулась к Сэм, и с ее лица словно спала маска, обнажая все потаенные чувства, потрясение и облегчение, которые проступали в каждой черточке. По щекам побежали слезы. Женщины поднялись и, не отдавая себе отчет в своих действиях, обнялись. Сэм крепко прижала подругу к себе, словно только сейчас позволив себе осознать весь ужас того, что могло ее ждать.

Этими объятиями они словно говорили: «О Господи, Боже. Слава Богу! Спасибо, Боже, спасибо тебе!»

– Я так боялась тебя потерять! – всхлипнула Сэм, уткнувшись в худое плечо Андреа. – Я не знала, как буду держаться на плаву без тебя. Кем бы я вообще стала? И я знаю, это глупо и очень эгоистично, потому что хуже всех пришлось тебе.

– Да ты бы без меня увязла по уши в дерьме, так, что не выгрести. – Андреа одновременно плакала и смеялась, вцепившись в подругу. Сэм почувствовала на коже ее горячие слезы. – Ничего сама не можешь.

– Точно. Ты просто поганка, раз так поступила со мной, – сказала Сэм. – Настоящая поганка.

Андреа смеялась. Ее глаза засияли, она вытерла слезы бледной ладонью.

– Какая я эгоистка. Заставила тебя через все это пройти.

– Вот именно! Я вообще уже не понимаю, почему до сих пор дружу с тобой!

Они снова обнялись, смеясь и плача, а затем отстранились друг от друга и посмотрели на мистера Сингха, сидящего неподалеку. Он по-прежнему улыбался, но уже настороженно, как человек, не вполне понимающий, что происходит.

– Мистер Сингх, я вас просто обожаю! – заявила Андреа, и обе бросились на шею врачу, со смехом встречая его приглушенные возражения и не собираясь его отпускать.

Сэм так глубоко погрузилась в свои мысли на обратной дороге, что не заметила, как сменился сигнал светофора. Они взяли кофе в местном кафе и уселись за плетеный столик на улице. Впервые за этот год Сэм, глядя на подругу, не испытывала смутной паники при мысли, что та может простудиться, что отсутствие аппетита может оказаться признаком ухудшения, что она вдохнет парочку залетных микробов и сляжет в постель, с ее-то убитым иммунитетом. Они съели там липкую, сладкую булку в блаженном молчании, наслаждаясь солнечным светом, редким для этого времени года.

Женщины, не сговариваясь, решили отложить все сложные разговоры – о браке Сэм, финансах Андреа, о возвращении туфель, а вместо этого принялись болтать о том, какая вкусная выпечка, какой крепкий кофе, как приятно погреться на солнышке в неожиданно погожий денек. Это был, пожалуй, самый восхитительный кофе в их жизни.

А потом Сэм проехала на красный свет. Она осознала это, лишь когда сбоку яростно засигналили и раздался визг тормозов.

– Господи, – произнесла Андреа, вцепившись в ремень безопасности. – Не надо сейчас меня убивать, Сэмми.

Она пересекла перекресток с бешено бьющимся сердцем, подняв ладонь в знак извинения.

– Прости, пожалуйста, – ответила она. Ее бросало то в жар, то в холод при мысли о том, что могло произойти. – Я просто… отвлеклась…

– Дай мне хоть денек порадоваться тому, что я жива и здорова!

Они засмеялись, хотя в глазах плескался испуг. Затем Сэм увидела в зеркале заднего вида синюю вспышку.

– Прекрасно.

Она свернула на обочину, пытаясь аккуратно припарковать неповоротливую махину, затем сдала немного назад, а то вдруг полицейские и к этому придерутся. В зеркале заднего вида она наблюдала, как позади остановилась служебная машина с синей мигалкой. Кто-то вышел. Второй офицер, которого толком не разглядеть из-за бликов на лобовом стекле, остался сидеть на пассажирском кресле.

Сэм опустила окно. К ним подошла женщина за пятьдесят, крепкая, которая за утро явно уже насмотрелась всякого, и новые косяки ей были ни к чему.

– Мне очень жаль, – произнесла Сэм, прежде чем женщина успела открыть рот. – Это целиком и полностью моя вина.

– Вы проехали на красный свет и едва не стали причиной крупной аварии.

– Я знаю. Мне действительно очень жаль.

Офицер посмотрела на Андреа, потом повернулась к Сэм, окидывая салон наметанным взглядом, затем чуть отклонилась назад и изучила огромный подсолнух на боку фургона. Она прищурилась.

– Это ваша машина, мадам?

– Да, – ответила Сэм. – Точнее, моя и мужа.

– Она застрахована? Проверена?

– На той неделе прошли техосмотр.

Фил даже не сказал ей об этом. Она узнала лишь потому, что он оставил сертификат на столешнице в кухне.

– Тормоза тоже работают?

– Да.

– И зрение у вас в порядке?

– Да… вроде ничего.

– Тогда, может, объясните, с чего вы рванули прямиком на красный свет?

– Без особых причин, – Сэм покачала головой. – Просто моя подруга сегодня узнала, что ей удалось победить рак, и я всю ночь не спала, так волновалась перед приемом… Наверное, от счастья и усталости на секунду… отвлеклась от дороги.

Женщина посмотрела на Андреа, бледную, с платком на голове.

– Наверное, я тоже