Удар в голову - Рита Буллвинкел

•

Впервые в жизни Артемис осознает, что может проиграть. Она в ярости. Артемис Виктор – победительница. А жалкая девчонка напротив унизила ее.

•

Артемис смотрит на узкие бедра Энди, на ее тощее, долговязое, до странности нескладное тело. Энди не умеет правильно держать стойку. Энди даже дышит как-то криво: одна половина ее грудной клетки приподнимается раньше, чем вторая, так что ее дыхание напоминает движение мехов аккордеона, которые надуваются одним боком и сдуваются другим.

•

Артемис смотрит на отвратительные волосы Энди, тонкие, ломкие, секущиеся. Она мысленно произносит самое худшее, что могла бы сказать Энди: “Ты никто. Никто никогда не вспомнит о тебе. Ты умрешь, одинокая и забытая, и людям больше не придется притворяться, что ты существуешь, что твое существование имеет хоть какое-то значение, потому что твое тело сгниет и станет ничем, и никто не будет обязан подтверждать, что ты есть”.

•

Начинается пятый раунд, и вот Артемис уже бьет Энди Тейлор, колотя ее кулаками в грудь. Тело Энди стало для Артемис объектом, который должен быть уничтожен, с которым нужно покончить. Артемис представляет, как берет тело Энди и сворачивает его в куб. Сгибает так, чтобы лоб уткнулся в ноги. Потом перехватывает за бедра и снова сгибает пополам, чтобы ступни касались лба, а лоб – бедер. Наконец она садится на куб из Энди, на молодое тело Энди, которое теперь превратилось в строительный блок, и спрессовывает этот блок со всех сторон, обминая его, делая его все меньше и меньше, пока куб, которым стала Энди, не уместится у нее на ладони.

•

Артемис относится к тому типу людей, которые умеют хотеть с неистовой силой и никогда не забывают, чего они хотят. Если Артемис нужно чего-то добиться, она этого добивается – и добьется, потому что пойдет на что угодно, чтобы получить желаемое. Победить в этом бою она хочет не только из-за бремени семейной репутации. Артемис думает, что если победит, если сможет превзойти старшую сестру и станет самой легендарной, самой беспощадной, самой красивой из сестер Виктор, то для нее откроется потайная дверь в мир, куда она сбежит ото всех, в мир, где она будет свободна принимать решения, не оглядываясь на семью и на мать, и эта свобода затмит все другие свободы, какими она обладала прежде.

•

Родители Артемис – важная часть ее идентичности. У нее даже есть плюшевый мишка в кукольной футболке с надписью “Victor – победитель”. Но эта часть собственной идентичности раздражает Артемис – точнее, ей хотелось бы опираться на что-то более могущественное, что принадлежало бы только ей, что она создала бы и контролировала сама. Кроме того, реальное влияние семьи Виктор крайне ограничено. Оно существует только в отдельных замкнутых мирках – в небольшом количестве залов для женского молодежного бокса. Да, там фамилия Виктор стала легендой, но во всех остальных местах – в сетевом ресторане, в супермаркете, на родительских собраниях, в риелторской компании, где работает мистер Виктор, – она ничего не значит. Дела мистера Виктора идут из рук вон плохо. Мистер и миссис Виктор живут в неблагоустроенном пригороде и заложили свой дом под вторую ипотеку. У них даже нет домашних животных, потому что это непрактично и дорого.

•

Раздается звон гонга, и Артемис Виктор стремительно надвигается на Энди Тейлор. Она наступает чуть ли не бегом. Ее собранное мощное тело – это грузовик, едущий со скоростью десять миль в час. Кажется, что ее неотвратимое продвижение ничто не остановит. И вот Артемис врезается в Энди, как будто собирается переехать ее и расплющить в тонюсенький блин, который придется отскребать от пола. Энди падает, но тут же, слегка пошатываясь, поднимается каким-то вращательным движением. Она успевает подставить под себя левую руку и отталкивается перчаткой от пола, так что, даже потеряв равновесие, не подставляет весь живот под удары. Мгновение – и Энди снова на ногах.

•

Ее охватывает дикий ужас. Как она могла пропустить такую атаку? Как могла позволить сбить себя с ног? Кажется, что воздух вокруг Энди то ли кончился, то ли стал разреженным – его не хватает. Энди чувствует слабость, все вокруг расплывается. Глаза отказываются ей служить. Голова как будто набита непропеченным тестом.

•

В этот момент Энди выглядит как ребенок. Ее гладкая кожа и выражение глаз выдают, что ей всего семнадцать. Формально они с Артемис обе еще дети и не могут поступить на военную службу, заказать алкоголь или сделать аборт без согласия родственника в большинстве из пятидесяти штатов. И все же спорт, которым они занимаются – эта симуляция убийства, – предполагает, что Энди и Артемис должны считать себя не детьми, а взрослыми людьми, которые сами контролируют свою судьбу и свои победы.

•

Нельзя заниматься спортом, если не верить, что ты можешь контролировать свою судьбу. Весь смысл тренировок состоит в том, чтобы поменять будущее. Ты тренируешься, чтобы что-то изменить, иначе потеряешь шанс на победу.

•

Естественно, Артемис Виктор потратила на тренировки куда больше времени, чем Энди Тейлор. Артемис дольше занимается боксом. Она дольше оттачивает технику боя. Она проводит на тренировках столько часов в неделю, сколько Энди проводит в месяц.

•

Энди Тейлор думает о своих потерях. Думает об отце и о том, как он смеялся над ее длинными руками. Он называл их щупальцами, потому что она всегда тянулась к конфетам, или к его ноге, или к кому-нибудь, кто взял бы ее на руки, подхватил ее маленькое тельце и крепко прижал к себе.

•

Энди думает о матери, о том, что мать почти не обращает на нее внимания, что мать перестала обращать на нее внимание с тех пор, как у Энди появился маленький единоутробный брат. Энди знает: мать любит брата больше, потому что отец брата нравится ей больше, чем нравился отец Энди. Отец Энди творил всякое, если верить матери, всякое плохое, и поэтому Энди всегда чувствовала, что в ней есть что-то плохое, хотя и не знала, что именно. Когда отец превратился в посиневший труп, Энди не могла отделаться от чувства, что он посинел из-за нее или из-за того плохого, о чем говорила мать, что сама она, Энди, тоже посинела или скоро посинеет, потому что то плохое, что было в нем, есть и в ней. Нога мальчика с грузовичками была такой синей, как будто в его крови отчаянно не хватало