Злодейка желает возвышения - Аника Град

— Я всегда чувствовала, что в этом мальчишке живет крыса, — тихо, с ненавистью в голосе произнесла мама. — Подлая натура в его крови. Кто еще мог родиться у предателя и убийцы Шэнь Куона, да у его завистливой змеи, Ван Чаосин? — Она выразительно на меня посмотрела, но ответа не дождалась. — Как я была глупа и труслива, что не наставила тебя на истинный путь. Должна была настоять, чтобы ты прогнала Мэнцзы. Эх, да и про Лю Цяо...

Она принялась костерить служанку, которая так легко поменяла сторону. Матушка меня едва ли ругала, для нее я любимая дочь, но не переставала журить за ослушание и за то, что я отвергала ее помощь.

Ее замечания падали на мою душу тяжелыми камнями. Она права. Я, так гордившаяся своей проницательностью, сама впустила лису в огород.

— Прости меня, матушка, — выдохнула я, и слова мои потонули в стуке копыт. — Это моя вина. Я слишком возомнила о себе. Впредь я буду больше прислушиваться к вам.

Из-за моего плеча послышался резкий скрип седла. Яо Вэймин, проезжавший мимо, наклонился в нашу сторону, и на его губах заиграла едкая усмешка.

— Надо же, — обратился он к моей матери с подчеркнутой почтительностью, — Госпожа Хэ, вы, кажется, обладаете поистине чудодейственной силой. Ваша дочь, оказывается, кого-то слушает. Я считал это невозможным.

Прежде чем я нашлась что ответить, он уже пришпорил коня и ускакал вперед. Горечь подступила к горлу. Он выставил меня самодовольной дурой перед единственным человеком, чьим мнением я дорожила. Да и не скрывает собственный гнев.

Я полагала, что в порыве мести Яо прикажет ехать до лагеря не останавливаясь. Но всего через полчаса он неожиданно поднял руку, подавая знак, чтобы его воины устроили привал.

— На час, не более, — отрезал он, повернувшись к Кэ Дашену. — Госпожа Хэ Лисин не привыкла к седлу, да и... — он оглянулся на Чен Юфея и скривился, — среди нас есть и другие неженки.

— Делаем привал, — закричал Кэ Дашен. — Все слышали?

К счастью, Езоу не отреагировал на намеки генерала. Он устал и предпочел не спорить. Вряд ли Езоу вообще занимали оскорбления Яо Веймина. Мне так хотелось подойти к нему, чтобы выяснить отношения, но одновременно я боялась выпустить из виду и генерала, который тяжелыми шагами отдалялся от меня.

За меня решил Чен Юфей. Он первым подскочил к моей матери и помог ей спешиться. Потом расстелил свой плащ. Я хотела было возразить, что могу все сама, но Езоу покачал головой.

Матушка сидела с неестественной прямотой, но мелкая дрожь в ее руках, болячки на пальцах, натертости, выдавали ее истинное состояние.

— Езоу, я...

— Отыщи Яо Веймина, — фыркнул он. — Вижу, что тебе не терпится. Я посижу с госпожой Хэ Лисин. Госпожа... — он подал ей флягу с водой и занял беседой.

Меня затопило чувство вины. Я его недостойна. Езоу столько всего для меня сделал: подсказывал, наставлял, охранял, укрывал. И даже сейчас не требует, чтобы между ним и Яо я выделила его. Интересно, когда-нибудь я смогу с ним расплатиться?

Чтобы не терять времени, я заставила себя пойти дальше. Я почти бежала за фигурой военачальника, раздававшего приказы.

Двигался он легко, непринужденно, но я успела разузнать его повадки. Походка его была чуть скованной, а когда он поднял руку, чтобы провести ладонью по крупу ближайшего животного, его плечо дернулось, и он почти незаметно, по-волчьи, оскалился, сдерживая боль.

Меня заново опалил стыд. Раны, которые я так самонадеянно "залечила", все еще мучили его. Ради меня он чуть не погиб, а ведь день назад я называла его черствым.

И опять я допустила ошибку. Вечно я сужу людей по себе. Я невольно жду подвоха и подлости от каждого, хотя именно Яо Вэймин заметил, что госпоже Хэ нехорошо, не мстил мне за мои промахи, дал ей время, чтобы собраться. А друг, может, и отдалился после увиденного, но остался верным и добрым.

Я подошла к генералу, когда он стоял, отвернувшись, и делал вид, что прислушивается к шуму у дороги.

— Господин Яо, — заикнулась я.

Он обернулся, и в его синих глазах я отметила усталость.

— Что, Улан? — процедил он сквозь зубы. — Вижу, что ты наконец довольна. Что же, ты воссоединилась с матерью. Молодец, отдаю тебе честь. Ты так хитра и красива, что очаровала обычно разумного Чен Юфея и ринулась навстречу с разбойниками. Я всегда тебя недооцениваю. Мне даже занятно, как ты умудрилась отвлечь часовых. Хотя пока не отвечай, я кое-что помню, и к этим сведениям не готов.

Я опустила голову, не в силах выдержать его взгляд. Объяснять, что я опоила военных было страшно. Еще страшнее рассказывать про свои умения. К тому же он мгновение назад назвал меня хитрой. Увы, хитрость мне сейчас не поможет. Сейчас я могу быть только искренней и смиренной.

— Я… была неправа, — выговорила я, заставляя себя поднять на него глаза. — Я поступила опрометчиво и безрассудно. Мне следовало довериться вам и дождаться. Я прошу прощения за свою непокорность.

Он молча смотрел на меня, и я видела, как напряжены мышцы его челюсти. Он понимал или должен был понимать, что любые извинения приносить мне нелегко.

— Но, — продолжила я, собрав всю свою волю, — я прошу вас… впредь держать меня в курсе дел, что касаются меня лично, моих друзей и моей семьи. Если бы я знала, что вы обо мне не забыли...

— Как бы я забыл? — вздернулась у него бровь. — Ты бы точно не дала забыть.

— И умоляю о прощении. Вы много раз говорили, что знаете мой характер, — склоняла все ниже голову я. — Вам известно, что я не могу сидеть сложа руки. Я прошу, я не хочу быть последней, кто узнает о новостях. Не держите меня в неведении. Я даю слово, я больше никогда не ослушаюсь вас.

Он долго молчал, долго испытывал мое терпение, будто бы заставляя умирать и рождаться заново от любого шороха.

В какой-то момент, я не осознала когда, может это было быстро, а может Яо ответил через положенный час, он кивнул.

— Хорошо, так и быть. Считай, что это моя последняя милость. Я принимаю твои извинения, но... — он сжал