Криминальная патопсихология - Юрий Антонян

Ч. с детского возраста. Не случаен и выбор объекта жестокости: беззащитный ребенок и зависимая, не оказывающая противодействия его мать. Как и в других случаях, актуализация жестокости здесь полимотивирована. Бросаются в глаза и мотив самоутверждения, и мотив гиперкомпенсации, легко реализуемые на беззащитном окружении эгоцентричным, требующим признания, с фрустрированными притязаниями, находящимся в перманентном конфликте со своим социальным окружением Ч. Жестокость как личностная черта у него в постоянно готовом к употреблению состоянии, однако выбор объекта определяется социальным и интеллектуальным контролем поведения, который у Ч. не нарушен. Формальное сожаление о содеянном связано с тем, что убийство ребенка, наверное, действительно не было сознательно принятым и реализованным решением об убийстве. К тому же убийца не мог не принимать во внимание крайне отрицательную реакцию окружающих на жестокое убийство ребенка. Дополнительную роль сыграл аффект злобы, связанный с неожиданным противодействием ребенка, отказом просить о пощаде, уязвляющим самооценку Ч.

Сталкиваясь с жестокостью, мы готовы для собственного душевного комфорта списать ее на патологию психики. Однако объективные исследования показывают, что это далеко не всегда возможно.

По специально разработанной программе было изучено 500 уголовных дел об убийствах, совершенных с особой жестокостью, представляющих собой репрезентативную выборку этого вида преступлений. В работе участвовали криминалисты, психологи, психиатры. Программа исследования включала в себя широкий круг вопросов, затрагивающих особенности личности преступника, микросоциальных условий, характеристику предкриминальной ситуации, особенности совершения конкретного преступления. Часть лиц, осужденных за убийства, совершенные с особой жестокостью, были обследованы в местах лишения свободы с использованием психологических личностных методик.

Одной из задач исследования было сравнительное изучение особенностей совершения убийств с особой жестокостью психически здоровыми людьми и лицами с психическими аномалиями, не исключающими вменяемости относительно содеянного. Для этой цели были отобраны все случаи, по которым была проведена судебно-психиатрическая экспертиза, – 380 уголовных дел из 500. Из них в 200 случаях был установлен диагноз «психически здоров» и в 180 случаях психиатрами отмечались различные психические аномалии, не исключающие вменяемости: психопатия (53 человека), хронический алкоголизм (88 человек), органические заболевания головного мозга (29 человек), олигофрения (10 человек). Первым результатом исследования, как мы и полагали, был вывод о том, что списать жестокость на патологию психики не удастся. Более чем половину верифицированных психиатрами убийств с особой жестокостью совершили психически здоровые люди.

Были изучены всевозможные обстоятельства, характеризующие микросоциальные условия, личностные особенности, особенности совершения преступления психически здоровыми людьми и лицами с психическими аномалиями. Обследование включало заполнение специально разработанной анкеты с дальнейшей статистической обработкой данных и клинико-психологическое исследование осужденных в местах лишения свободы.

Анкета из 659 пунктов охватывала социально-демографические, личностные характеристики этих лиц, конституциональные факторы, отягощенность наследственности психическими заболеваниями, наличие судимостей у родителей, условия воспитания, начиная с раннего детства, отношения между родителями, период обучения в школе, способности, интересы, проявления асоциального и антисоциального поведения в детском возрасте, жестокости по отношению к детям, женщинам, престарелым, животным. Особое внимание в анкете было обращено на фиксацию перерастания асоциального поведения в преступное, роль неблагоприятных микросоциальных факторов, динамику содержания противоправных действий у ранее судимых (хулиганские действия – нанесение телесных повреждений – убийство с особой жестокостью). Фиксировались особенности ранее совершенных преступлений, результаты проведенных экспертиз, приговоры, поведение в местах лишения свободы, особенности поведения после отбытия наказания, условно-досрочное освобождение и т. п. Детальным образом фиксировались все обстоятельства совершения последнего преступления (убийства с особой жестокостью): место, время, орудие преступления, характеристика предпреступной ситуации, особенности формирования намерения, психическое состояние в предпреступной ситуации, в период совершения преступления и после него, наличие алкогольного опьянения и его степень, совершение преступления в группе или в одиночку, распределение ролей в групповых преступлениях (организатор, исполнитель), характеристика жертвы и т. д.

Проведенное исследование обнаружило, что жестокость не является свойством только лишь патологической психики. Психопатические личности чаще, чем психически здоровые лица, совершали убийства в одиночку. Однако роль организатора в групповом убийстве более характерна для психически здоровых, у них же в большем числе случаев, чем у психопатических личностей, отмечалось совершение убийства с заранее обдуманным умыслом. Жестокие преступления психопатических личностей, так же как и при олигофрении и хроническом алкоголизме, чаще носили ситуационный характер.

И для психически здоровых и для психопатических личностей были выявлены сходные факторы, способствующие совершению особо тяжких преступлений. В первую очередь к ним относится формирование личности будущего преступника в неблагоприятных условиях с усвоением им с раннего возраста антисоциальных форм поведения, в том числе агрессивности, жестокости, связанных с привычным употреблением алкоголя. Весьма значимым является перерастание антисоциального жестокого поведения в преступное, отсутствие эффективных санкций общества на ранние непреступные проявления жестокости. Лишь в меньшем числе изученных случаев жестокость можно считать присущей индивиду, устойчивой чертой личности. Чаще всего преступная жестокость порождается характером отношений.

Основные различия между психопатическими личностями и психически здоровыми лицами, совершившими убийство с особой жестокостью, выявились на уровне субъективного смысла содеянного, порождаемого отношением мотива к цели. При психологопсихиатрическом исследовании осужденных в местах лишения свободы им предлагалось, в частности, четыре формулировки, которые могли «объяснить» их действия: 1) убийство было совершено для устранения конкретного лица; 2) для устранения препятствия к достижению цели; 3) для самоутверждения, демонстрации превосходства над окружающими, повышения самооценки как итога содеянного; 4) из-за невозможности восстановления самооценки (самоуважения) другим путем. В случае несогласия ни с одной из них осужденный мог предложить свою формулировку. Если первые две формулировки встречались и у психически здоровых лиц, и у психопатических личностей, то последние две, особенно четвертая, – преимущественно у психопатических личностей (55%, а у психически здоровых – лишь в 10%).

Даже ретроспективно, в период отбывания наказания, когда можно ожидать переосмысления своих поступков, внутриличностные детерминанты мотивации преступных действий, в том числе и проявлений жестокости, выступили у психопатических личностей на первый план.

С помощью этой довольно простой методики удалось выделить структурный элемент самосознания психопатической личности, динамика которого может являться одним из существенных факторов мотивации преступных действий актуализации жестокости.

Самооценку можно считать гомеостатическим элементом, обеспечивающим психологический комфорт личности. Весьма драматичной представляется история формирования и функционирования личности, у которой приемлемая самооценка достигается жестоким отношением к окружающим. Нужно очень в глубине души не любить себя, чтобы иметь внутренние, не всегда осознаваемые, аргументы не любить окружающих и реализовать эти аргументы в насилии и жестокости, восстанавливая таким образом самоуважение.

Вряд ли сегодняшние методы исправления и перевоспитания преступников с психическими аномалиями могут что-либо здесь изменить. Характерное нарастание тяжести повторных насильственных преступлений подтверждают неэффективность существующих исправительных мер в отношении этих лиц. Мы убеждены в том, что дальнейшее изучение самооценки преступников с психическими аномалиями, ее динамики в зависимости от разных обстоятельств позволит найти такие методы психологической коррекции, которые прежде