Презумпция виновности. Часть 2. Свой среди чужих, чужой среди своих - Макс Ганин

***

Из шестидесяти пяти человек, проживающих в первом отряде, постоянно в бараке находились максимум пятеро, не считая дневальных и завхоза. Гриша быстро свел знакомство с Валентином — завхозом ПТУ, который уходил на работу утром, а возвращался после обеда, с Олегом Березиным, который недавно приехал с единички — колонии строгого режима для первоходов, и Иванычем, с которым познакомился, будучи еще на карантине.

Иванычу было шестьдесят пять лет, и это был уже второй его срок. Первый раз его посадили в пятьдесят два года на десять лет за то, что он по пьянке зарезал собутыльника. Иваныч совсем не помнил событий той ночи и только говорил, что, когда с утра очнулся, тот уже лежал на полу в луже крови. Он сам вызвал тогда еще милицию и сдался, признав свою вину. Отбывал наказание тут же, на семерке, поэтому, когда его осудили вторично — на ту же десятку, моментально написал прошение о переводе в ЛИУ-7.

Второй червонец, почти как под копирку, прилетел к нему через три года после освобождения. Он, как деревенский житель и крепкий хозяин дома и скотины, самостоятельно уже не справлялся со всеми делами и решил поджениться на молодухе. Жили они душа в душу, проблем не знали, но однажды в новогоднюю ночь решили отметить праздник у друзей в соседней деревне. Там Иванычу с пьяных глаз не понравилось, как односельчанин смотрел на его супругу. Он вызвал его на разговор во двор и там крепкой мужицкой рукой лишил чувств. На улице был двадцатиградусный мороз, и Иваныч придумал положить обидчика, пока он без сознания, в багажник своей машины, чтобы тот не замерз в сугробе, а сам вернулся в дом отмечать дальше. Через пару часов они с женой вернулись домой и легли спать. Утром, когда он опохмелился и вспомнил про знакомого в багажнике, было уже поздно: тот замерз насмерть. Иваныч, законопослушный гражданин, вызвал в этот раз уже полицию и снова сдался, признав вину. Теперь он сидел в первом отряде и ждал назначения на работу в теплицы. Больше всего он переживал за две вещи: что его молодая жена может его не дождаться и что в семьдесят пять он уже не сможет выполнять супружеский долг так качественно, как прежде.

— Еще жалею, что погулял на свободе недолго, — жаловался Иваныч. — Правда, как я посмотрю на здешний контингент, то в основном все на свободе недолго находятся, судя по знакомым рожам с прошлой отсидки. У всех оправдание одно и то же: «Пока я работал, все было хорошо, как уволили или уволился, сразу косяк — и сюда».

— Наш дневальный — Миша Очаквердиев — только освободился из общего режима, как тут же, через три дня, попался на грабеже, — поддержал сказанное Иванычем Валентин. — Отнял у прохожего телефон, пачку сигарет и зажигалку — и за это снова уехал на три с половиной года, только уже строгого режима. Ну не дурак ли?

История Вали Демченко тоже была поучительной и неординарной. Парнишка среднего роста, очень плотный благодаря занятиям вольной борьбой и при этом добрый и мягкий, как теленок, получил пятнадцать лет лишения свободы по одной из самых тяжелых для отсидки статье 210 УК РФ «за организацию преступного сообщества (преступной организации) или участие в нем». Валентин был сыном высокопоставленного ставропольского чиновника, депутата местного заксобрания и кандидата в депутаты Госдумы России. Вместе со своими друзьями — такими же, как он, детишками представителей номенклатуры и бизнес-элиты области, или, как их сейчас называют, золотой молодежью, — любил погулять от души по клубам и дискотекам. От вседозволенности и легких родительских денег он быстро подсел на амфетамин, а также разные галлюциногены. Друзья таскались по городам и весям, веселясь и празднуя, и, конечно же, везде искали себе наркоту для большего задора.

И когда новая чиновничья городская элита решила подсидеть старую, то лучшего способа, чем завести уголовное дело и арестовать их детей, и придумывать не надо было. Парни таскали амфетамин из Питера, где он стоил двести рублей за дозу, и продавали его в Ставрополе по восемьсот. Заводилой у них был сын генерала Министерства обороны, учившийся в школе милиции. В основном именно на его показаниях и было построено обвинительное заключение. Генерал такого позора не выдержал и скончался от инфаркта. Во время следствия от родителей обвиняемых требовали огромные взятки за прекращение дела. Так, например, отец Вали отдал дом в центре города Невинномысска, а отец подельника Демченко — сеть автосалонов в Ставрополе. Но и тут менты всех обманули. Вину шестерых лоботрясов в использовании и распространении наркотических средств доказали, а чтобы жизнь не казалась их родителям малиной, влудили еще и статью 210 для большего срока. Суд спорить со следствием, как всегда, не стал, и мальчишки уехали каждый на пятнашку. Судья даже специально летал в Москву в Верховный суд, чтобы решить вопрос и оставить свое решение без изменений. Самым большим минусом этой статьи, кроме конского срока, конечно, было отсутствие по ней УДО, а отбывать наказание отправляли подальше от места жительства. Валентину еще повезло, что его привезли в Тамбовскую область, — папа расстарался, а вот другие уехали в Красноярск, Воркуту, Колыму, Томск и Анадырь. При этом больше трех лет с такой статьей на одном месте не держат — отправляют дальше, в другие зоны, поэтому Валя не расслаблялся и заранее готовился к новым испытаниям.

Но более трагичной и удивительной истории, чем у Олега Березина, Гриша не слышал никогда. Олег был чуть младше Тополева, такой же высокий, под метр девяносто, стройный, крепкий и с очень добрым, и при этом грустным лицом. Его, наверное, можно было бы назвать симпатичным: такие, как он, нравятся женщинам, — но при этом он был чересчур застенчивым и малообщительным. При возможностях его мамы — генерала ФСБ, начальника отдела кадров — он мог бы стать кем угодно, однако выбрал для себя скромный путь обычного программиста. У него была маленькая фирмочка по ремонту персональных компьютеров и оргтехники, но звезд с неба он не хватал и перебивался небольшими заказами. Мама, естественно, подсуетилась и помогла сыну приобрести хорошую трехкомнатную квартиру в спальном районе на севере Москвы рядом со станцией метро Речной вокзал. Олег долго жил бобылем, то ли не имея времени найти свое счастье, то ли стесняясь подойти первым и познакомиться. И вот однажды на курорте он встретил симпатичную женщину с маленькой дочкой. Она была москвичкой в разводе и, с удовольствием взяв инициативу в свои руки, закрутила роман с Олегом,