Осьминог. Смерть знает твое имя. Омнибус - Анаит Суреновна Григорян

элитной кубинской сигары, делая при этом вид, будто бы и вправду может запросто позволить себе что-то приобрести в этом магазине, если бы только здесь действительно нашлось что-то, заслуживающее ее внимания. Помучив женщину достаточно, мужчина, разумеется так ничего и не купив, ушел под руку с любовницей.

Александр внимательно смотрел на безмятежное лицо официанта, с которого не сходила учтиво-лукавая полуулыбка. Это, вне всяких сомнений, был именно он – его старый знакомый с острова Химакадзима, разве что его волнистые, слегка растрепанные волосы были теперь не рыжими, а темными, как у всех японцев, и в них, если присмотреться, можно было разглядеть седые пряди – то ли это снова была краска, то ли официант не по годам рано начал седеть. Как бы то ни было, не узнать его было невозможно, хоть многие японцы и утверждают, что «для европейцев все азиаты на одно лицо». Александра изумляло другое – каким образом Камата, представлявшийся теперь фамилией «Кисараги», мог не узнать его, ведь, даже если для японцев все европейцы и правда были бы на одно лицо, сложно забыть европейца, с которым ты едва ли не месяц водил дружбу на крохотном острове, где больше не было ни одного иностранца, не считая редких китайских туристов.

– Нет ничего удивительного в том, что, вернувшись в тот день домой за полночь и порядком навеселе, мужчина обнаружил свою жену мертвой. По пути с работы несчастная зашла в небольшое синтоистское святилище, чтобы помолиться ками-сама за свою душу, и забрала из святилища тонкую веревку симэнава, обвязанную вокруг росшего на священной земле камфорного лавра.

– Она забрала священную веревку? – переспросил Александр. – Но для чего? Неужели для того, чтобы…

– Верно, она совершила святотатство, но невозможно сказать, что происходит в душе человека, когда он в отчаянии. Возможно, той женщине казалось, что священная веревка оградит ее от зла или станет для ее души чем-то наподобие спасительной паутинки, которую Будда опустил на самое дно ада, чтобы дать возможность спастись грешнику. Кто знает…

– Так она ведь повесилась на этой веревке, – хрипловатым голосом заметила Рин. – И при чем тогда здесь убийство?

Александр подумал, что она все меньше и меньше напоминает ему обыкновенную сотрудницу станции.

– Разве муж этой женщины не убил ее прежде, чем она приняла решение уйти из жизни? – Глаза официанта сузились, и Александру показалось, что в них зажегся зловещий огонек. – Люди пренебрегают своей ответственностью, полагая, что судьбу невозможно изменить. Однако именно люди создают причины, по которым сбываются предначертания судьбы. Разве это не так?

Александр встряхнул головой, пытаясь вникнуть в услышанное. От усталости и нескольких глотков коктейля с джином, заказанного в предыдущем баре, его клонило в сон, и мысли были нечеткими, как будто отделенными от его сознания пеленой мелкого дождя. У него было ощущение, что Рин и этот парень с лукавой ухмылкой, которого ему все время хотелось назвать по имени, – но его имя, выходит, было Александру неизвестно, – в действительности знакомы друг с другом гораздо лучше, чем пытались это представить.

– Что ж, возможно… – В голосе Рин впервые за весь вечер проскользнула неуверенность.

– Разумеется, увидев свою жену висящей в петле, мужчина мигом протрезвел и бросился к ней, понимая, что поделать уже ничего нельзя. В глубине души он был даже рад этому. Он ведь уже многие годы хотел избавиться от надоевшей ему супруги, однако вид смерти пугает любого человека, не так ли?

Рин ухмыльнулась и стряхнула пепел с тлеющей сигареты.

– Похоронив жену и для вида оплакав ее, вскоре мужчина снова женился и перестал вспоминать о случившемся. Ему и в голову не приходило винить себя в смерти несчастной, ведь, как вы и сказали, Осогами-сан, он вовсе не считал себя убийцей. Однако…

– Эй, Кисараги! Долго нам еще тебя дожидаться?! – Парень за барной стойкой, вынужденный в одиночку принимать заказы от посетителей, похоже, не выдержал. – Хватит там уже болтать!

– Я прошу прощения, – официант поднялся со своего места и тут же склонился в вежливом поклоне, – я действительно непростительно долго пренебрегаю своими рабочими обязанностями. Пожалуйста, наслаждайтесь вечером.

Александр невольно обернулся, провожая его взглядом. Могло ли получиться так, что он ошибся? Что, если этот парень просто как две капли воды похож на Кисё Камату? Впрочем, даже если и так, что это меняет?

– Не расстраивайся, – Рин сделала глоток виски, затушила сигарету и сразу же потянулась за следующей, – я все его истории наперечет знаю.

– Правда?

– Да. Я на станции работаю уже четыре с половиной года, и все это время он смешивает коктейли в этом баре. Так что у меня было достаточно времени послушать их все.

«Четыре года? Да быть того не может… я же…»

Он внимательно посмотрел на Рин, но ее лицо оставалось непроницаемым.

– Этот мужик, у которого жена повесилась, начал потом видеть ее призрак повсюду, где только встречал человека с сигаретой. – Как бы в подтверждение этого она выдохнула прямо в лицо Александру анисовый дым. – Ну что ты так пялишься, гайдзин, как будто сам привидение увидел?

– Ничего. Простите, Осогами-сан. – Александр послушно отвел взгляд. И правда, вышло неловко.

– В общем, как-то раз, идя вечером мимо задней двери какого-то магазина, он заметил служащего, улучившего свободную минуту, чтобы выкурить сигарету. Мужчина и сам не понял, что заставило его остановиться и уставиться на этого служащего. Затем он увидел, как струйка дыма, вившаяся над кончиком сигареты, приобретает странную форму, напоминающую женский силуэт. Постаравшись не показать вида, что это его испугало, он отвернулся и поспешно зашагал прочь, твердя про себя, что все это ему только померещилось.

– Но он же видел это на самом деле?

– Ты что, дурак? Хочешь сказать, что в современной Японии водятся призраки?

– Нет, я не…

– Кстати, кем ты работаешь?

– Я… банковский менеджер.

– Вот как. Я думала, банковские работники разве что в Инари верят. И как тебя только в банк взяли…

– Дело в том, что…

– Ладно, забей. Короче говоря, призрак жены стал донимать этого мужика, куда бы тот ни пошел. Это было еще до того, как в Японии начали бороться за запрет курения в общественных местах[436], и тогда можно было спокойно курить в крошечных кафе и на платформах станций метро – там даже специальные пепельницы имелись. Так что призраку, являющемуся из сигаретного дыма, было где разгуляться.

Александр сдержанно вздохнул: Рин явно уступала официанту по части умения рассказывать тоси дэнсэцу.

– В конце концов мужчина так измучился, что решил просить защиты у ками-сама и пришел в храм. Там он сделал щедрое пожертвование и принялся молиться,