Белая сорока. Ладожские тени - Екатерина Алексеевна Каретникова

– Да чего боишься-то? – спросила раздраженная докторша. – Взрослая уже. Рожать можешь.

Лиза закусила губу и вцепилась в подлокотники кресла. Ей хотелось даже не плакать, ей хотелось исчезнуть из этого сияющего стеклом и белизной здания, чтобы больше никогда-никогда не входить в эту дверь и не видеть этих раздраженных теток.

Хорошо, что от температуры острота восприятия притупилась, иначе Лиза захлебнулась бы от возмущения и стыда.

Оказавшись в палате, она почувствовала такое облегчение, как будто пришла домой. Но это был вовсе не дом, конечно. Поэтому и уснуть не получилось. Поэтому и пришлось почти до рассвета играть в старую добрую игру, вспоминая названия фильмов по алфавиту.

А потом Лиза вспомнила фильм на букву Я, успокоилась и вдруг поняла, кто виноват во всех ее мучениях и кого она никогда не простит. Себя. И Антона.

А еще Лиза решила, что никогда в жизни не позволит ни одному человеку говорить про нее то, что говорил Антон, и даже думать такое. Она не даст никому и никогда ни малейшего повода – вот что. Пусть они все живут где-то там, сами, пусть поют свои жалкие песни, пусть рисуют карикатуры или героев манги, пусть ведут блоги во вконтактике, ей – Лизе – больше не будет до этого никакого дела. Она не позволит никому из них проникнуть ей в душу. И прикасаться к ней своими грязными руками не позволит тоже. Никому и никогда! Да, она не такая, как все. Да, она – белая сорока. Была, есть и останется.

Когда она приняла решение, ей сразу же стало легче и Лиза заснула. По-настоящему, без снов и страхов, что упадет одеяло.

Глава одиннадцатая. Сам сейчас останешься!

Троллейбус остановился, открыл двери. Лиза тряхнула головой, прогоняя воспоминания. Неплохо она задумалась, даже перестала следить за дорогой. Нет, ну понятно, что Руслан не заблудится, но все же Лиза не привыкла до такой степени полагаться на почти незнакомых людей.

Она вытащила смартфон и включила «Яндекс. Карты». Маршрут определился быстро и был не слишком длинным, но время навигатор показал немаленькое: тридцать минут.

– А почему так долго?

Лиза спросила у себя, то есть у смартфона, и даже вздрогнула, когда услышала голос Руслана:

– Потому что скоро пойдем пешком. Если хочешь быстрее, можно через пустырь.

От слова «пустырь» Лизе стало неуютно. От него веяло опасностью и одиночеством.

– Не нужно через пустырь, – попросила она.

Руслан кивнул:

– Как хочешь. И можно тебя попросить?

Лиза посмотрела с надеждой. Неужели все-таки получится разговор? Неужели она ошиблась, а он просто набирался храбрости?

– Убери, пожалуйста, телефон.

Вот так тема!

– Почему?

– Здесь вечером лучше не демонстрировать дорогие вещи.

Он так и сказал – «демонстрировать», он так и сказал – «дорогие».

– Мы же в троллейбусе, – робко заметила Лиза. – На улице – ладно. А здесь-то?

Троллейбус резко затормозил. Видимо, перед остановкой. Лиза обратила внимание, что перед каждой остановкой он тормозил рывком, а потом трогался с места, как раненый гонщик, которому хочется всех обогнать, но сил хватает на несколько секунд.

– Убери быстро!

Руслан сказал это, едва шевельнув губами, в его интонациях прозвучал приказ. Лиза хотела возмутиться, но почему-то послушалась, и смартфон скользнул в карман куртки.

Троллейбус снова открыл двери, и полупустой салон наполнился, причем не только людьми. В него влились запахи. Острые, неприятные: табачного дыма, пота, нестираной одежды. А еще звуки. Гул голосов сначала показался Лизе ровным, но через секунду она уже различала отдельные слова. Такие, что лучше бы навсегда в гуле и утонули.

В троллейбус ввалилась группа парней в спортивных штанах и разношерстных куртках, но на спортсменов они явно не тянули. Они тянули на местных гопников, вот на кого.

Лиза отвернулась, изо всех сил стараясь на них не смотреть. Она знала, что это опасно. Но все-таки совсем не смотреть у Лизы не получилось, как будто что-то внутри нее нарочно дразнило и требовало: «Глянь!» И она осторожно, из-под опущенных ресниц обвела взглядом новых пассажиров. Лучше бы Лиза этого не делала, потому что ее взгляд встретил короткостриженый парень с дурными, почти черными глазами. Эти глаза блестели так, будто их только что промыли искусственной слезой. Может быть, они даже были бы красивыми, если бы от них на километр не тянуло угрозой.

Лиза замешкалась лишь на секунду, а потом взгляд отвела, но, похоже, все равно опоздала.

Стриженый хмыкнул и, покачиваясь, пошел через салон. К Лизе.

Она это даже не увидела, а почувствовала спиной. Спина сейчас же похолодела и покрылась мурашками. Захотелось съежиться, прикрыть лицо руками и сделать вид, что Лизы тут нет. Вот только что была, а потом исчезла. Мало ли как бывает? На самом деле, так, конечно, не бывало. Лиза осталась там, где сидела. А вот Руслан вдруг встал и оказался около ее сиденья, прикрыв собой от остального салона. У Лизы от изумления пропал страх. Она почему-то совсем забыла про Руслана. Стриженый, увидев его, замедлился, видимо решая, меняет это что-нибудь или нет. Пока он думал, троллейбус подъехал к очередной остановке и дружки стриженого посыпались на улицу.

– Лысан, ты чего? Остаешься? – хлопнул его по плечу маленький чернявый пацан с родинкой на подбородке.

– Сам сейчас останешься! – огрызнулся Лысан и вывалился из троллейбуса в чернильную темноту.

Напоследок его глаза впились в Лизу, и она почувствовала почти физическую боль, словно ее ужалили две большие осы. Нужно бы потом посмотреть – может, следы останутся.

Лиза выдохнула. Только сейчас она сообразила, что дышала как-то неправильно и воздуха ей не хватало.

– Ты поэтому велел убрать телефон?

– Соображаешь, – кивнул Руслан и усмехнулся: – А я уже сомневался.

– Я тоже сомневалась, – неожиданно для самой себя выпалила Лиза. Ей захотелось ответить ему как-нибудь зло и остроумно, но, как нарочно, ничего такого в голову не приходило.

– Выходим сейчас, – предупредил Руслан совершенно спокойно. – И не вздумай со мной ссориться, пока не дойдем до дома.

– Почему это?

– Потому что одну я тебя все равно не отпущу. А идти, поссорившись, скучно.

– А как весело? – ехидно поинтересовалась Лиза.

– Сейчас увидишь, – пообещал Руслан и покатил чемодан к дверям.

На самом деле он не обманул. Дорога до бабушкиного дома оказалась не просто веселой, она оказалась