Туманная река 5 - Владислав Викторович Порошин

Далее я выскочил из-под церковного козырька и трусцой побежал к Савкову. И тут же карем глаза заметил, что тень огромного двуногого существа вжалась в сугроб. И, возможно, оно рассуждало примерно таком духе: «Я один, а их двое. Значит они сильнее. Значит они более опасны, чем я». По крайней мере пока я догонял товарища старшего лейтенанта мне хотелось думать именно так.

— Ты с ума сошёл? — зашептал Савков, когда расстояние между нами сократилось до пяти метров. — Ты же, дубина стоеросовая, всё испортил!

— Пошли Савков, пошли, — так же прошептал я и чуть ли не силком затащил его в помещение Полковничьей палаты.

Затем трясущимися руками закрыл дверь на железный засов. После чего, не включая свет, повёл своего командира к окну, что выходило на Коломенский парк.

— Смотри вон туда, — я ткнул пальцем в стекло. — Видишь на снегу большой камень. Смотри внимательно, сейчас этот камень встанет и пойдёт.

— Куда? — пролепетал Савков.

— На Кудыкину гору воровать помидоры, — проворчал я.

И в эту же самую секунду то, что издалека казалось камнем, встало на две ноги и направилось к нашей Полковничьей палате. Это создание имело широченные плечи, длинные мощные руки и если бы не сильно сутулилось, то возвышалось бы над землей метра на два с половиной.

— Дай «шмаер», — потребовал я у Савкова, который остолбенел, подобно двум сантехникам из Соликамска, и стеклянными глазами сверлил чернеющий за окном парк. — «Шмаер» говорю дай! — с жаром прошептал я и сам же сунул руку в карман савковской телогрейки.

Холодная металлическая рукоять тульского пистолета Токарева удобно легла в мою крепкую пятерню. И я, ни раздумывая ни секунды, снял его с предохранителя и передвинул затвор. Потом пулей метнулся к входной двери, открыл железный засов и встал напротив дверного проёма. «Пусть только сунет сюда свою любопытную харю, тут же получит пулу в лоб», — зло усмехнулся я и принялся ждать.

Однако странное существо не спешило лезть к нам в гости. Возможно, леший или снежный человек, как кому будет угодно, решил сначала заглянуть в Казанскую церковь и приобщиться к православным традициям русского народа. А возможно, он просто ждал подходящего момента, чтобы напасть на двух перепуганных человечков. Пот градом начал заливать моё лицо, руки от напряжения задрожали, и я был вынужден опустить пистолет ТТ дулом вниз. Как вдруг что-то прямо перед дверьми в Полковничьею палату зашуршало со стороны улицы. Кстати, Савков всё это время так и стоял как памятник нерукотворный — ни бэ ни мэ ни кукареку, ни спасите-помогите, хулиганы зрения лишают.

— Ху, — наконец выдохнул я и заорал как резаный, — убьююю!

Далее я с ноги жахнул по двери, выскочил на улицу и из пистолета шарахнул в сторону Луны.

— Бу-бух! — разнеслось по округе.

И в ту же самую секунду нечто огромное понеслось между деревьев в направлении Голосова оврага. Лично я заметил лишь сгусток чёрной тени и, конечно же, стрелять вдогонку не стал. Во-первых, я мог промахнуться и попасть в какого-нибудь случайного путника. Во-вторых, это мог быть молоденький и любопытный леший, который заглянул сюда, чтобы просто узнать, чем люди занимаются. Зачем же ему всаживать пулю между лопаток? Негостеприимно как-то получается.

— Пусть живёт, тварь Божья, — буркнул я себе поднос.

* * *

На следующее утро мы с Савковым не разговаривали. Точнее это он со мной не говорил. Дулся на меня как девочка, из-за того, что я якобы выкрал его пистолет, да ещё израсходовал одну драгоценную пулю. Я несколько раз пытался ему рассказать про лешего, с которым мы случайно столкнулись, но Савков ничего такого не помнил. Его память, перенеся шоковое состояние, странным образом стёрла все чудеса вчерашнего вечера. Я же со своей стороны вдруг стал сомневаться в собственной версии. В принципе леший или снежный человек запросто мог кого-нибудь из девушек взять, да и утащить в свой мир. Однако и мою первую версию тоже требовалось отработать до конца. Поэтому я принёс Савкову два ведра воды и сказал, чтобы он взял кисть и мазал водой стены церкви Вознесения Господня.

— Не хочешь со мной разговаривать? Твоё право. Но у нас общее дело и его нужно довести до финальной точки, — прошептал я. — Теперь слушай меня внимательно и запоминай. Я сейчас сяду в полуторку и отъеду в сторону Москвы на два-три километра. Где-нибудь припаркуюсь и быстро вернусь обратно. У тебя есть пистолет ТТ и любого, кто войдёт в церковь ты будешь обязан взять на мушку. Никому не верь — ни случайному дедушке, ни весёлому словоохотливому пареньку, ни ответственному работнику местного колхоза. Преступник может предстать перед тобой в любом виде. Всё ясно?

Савков с хмурым лицом решительно кивнул. И я, мысленно перекрестив своего напарника, пошагал на улицу.

Солнце к тому времени уже поднялось высоко и неплохо припекало своими тёплыми весенними лучами. К концу февраля здесь в Подмосковье уже вовсю чувствовалось приближение долгожданной весны. Правда у долгожданного потепления была и своя обратная сторона. Местные дороги быстро превращались в жирное малопроходимое месиво. И пока я катил по Большой улице в сторону Москвы меня несколько раз как следует тряхнуло и один раз занесло. Наконец за крайней избой села Коломенское я свернул в сторону и притормозил. Затем закрыл дверь и со стороны водительского кресла прикрепил антиугонную записку: «Машина заминирована. Ушёл вызывать сапёров. Не влезай, убьёт».

В обратную сторону путь оказался ещё сложнее, чем вперёд. Шлёпать в кирзовых сапогах по раскисшей земле было совсем непросто. И вдруг на меня налетел «ураган». Точнее говоря, на меня накинулась моя серпуховская баскетболистка Полина Абрамова.

— Богдан Викторович! Богдан Викторович! — заорала она, встретив меня на этой сельской улице.

— Ты чё орёшь? Я тут при исполнении, — прошипел я и словно вор начал оглядываться по сторонам. Слава Богу, улица была пуста. — Ты почему не в Серпухове? Почему не на фабрике? Кто за тебя пятилетний план выполнять будет?

— А я к тёте переехала, — затараторила Абрамова уже более спокойным тихим голосом. — Пришла на днях устраиваться на завод «Серп и Молот», чтобы играть за тамошнюю баскетбольную команду. Но мне общежитие не дали. Теперь буду ездить на электричке отсюда, из Коломенского. А