Фантастика 2026-44 - Мария Александровна Ермакова

— Я не такой, — коротко ответил Самир.

— Значит, ты открыто претендуешь на неё? — прямо спросил Келдрик.

— Нет, — ответил Самир, и в его голосе явственно сквозила глубокая неохота отвечать на этот вопрос. — Нина сама распоряжается своим разумом, сердцем и душой. Я… лишь высказываю свои личные предпочтения.

— Если бы Нина вдруг решила взять себе другого любовника, что бы ты сделал? — продолжил Келдрик свою опасную линию вопросов. — Если бы она ушла от тебя к Золтану или ко мне? Или, возможно, провела страстную ночь с самим Каелом?

Металлический протез Самира резко сжался в напряжённый кулак. Он во второй раз за последнее время оказался на месте допрашиваемого свидетеля.

— Ничего. Это было бы исключительно её решением. На ней нет ошейника. Она не моя рабыня.

— Хорошо, очень хорошо, — одобрительно ответил Келдрик и положил руку на грудь Самиру, подходя ближе и глядя на него снизу-вверх. — Я искренне рад видеть, что ты повзрослел за время нашего долгого покоя, колдун.

Самир раздражённо сбросил его руку со своей груди.

— Да, теперь, когда со всеми поздоровались, надеюсь, моя личная жизнь перестанет быть всеобщим развлечением. Вы все получили достаточно возможностей и позлить меня, и подразнить.

— Какой же ты чувствительный, дорогой Самир! — игриво отчитала его Балтор. — Мне кажется, ты слишком много протестуешь. Как много это говорит мне — как много я могу разглядеть в твоих манерах, дорогой колдун.

Балтор внезапно метнулась от Горыныча, промелькнув в воздухе почти быстрее, чем я могла уследить взглядом.

— Не влазь в мой разум, Балтор. Ты прекрасно знаешь, что тебе там совершенно не рады, — мрачно предупредил Самир, когда женщина в струящемся голубом платье закружилась за его спиной и обвила его своими руками, свесившись на его напряжённых плечах. Самир угрожающе зарычал на Балтор, но не ударил её и насколько мог сохранял железное самообладание. По крайней мере, на данный момент.

Балтор была экстрасенсом? Ну и дела, вот это новость.

— Твой разум? Зачем мне это? Я и так многое увидела в её, — загадочно прошептала она ему, приближая свою раскрашенную маску к его металлической личине.

Да, точно. Дерьмо. Она читала мои мысли.

— Балтор, — опасно предупредил Самир, и его голос превратился в гневный шипящий шёпот. — Не смей.

— Хм? Не сметь что именно? Что я могу такого сказать, что тебя так сильно обеспокоит? Боже мой, — дразнила она его.

Самир резко взмахнул в её сторону своей чёрной когтистой перчаткой, но женщина в голубом отступила слишком быстро, и он промахнулся. Балтор мгновенно исчезла.

Тайна того, куда она делась, длилась недолго, поскольку я почувствовала, как пара рук обвивает меня, и Балтор теперь свесилась на меня сзади.

— Я завидую, дорогая сестрица. Я и понятия не имела, что Самир был таким фантастическим любовником. Самир, как тебе не стыдно! Такой выдающийся талант, и так эгоистично хранимый только для себя все эти долгие годы. — Балтор склонила голову к моему уху, и я почувствовала, как губы её маски нежно прижались к коже моей щеки. — И любовь, именно настоящую любовь я нахожу здесь. Я вне себя от радости. Эта нищая душа заслужила немного счастья после всех этих мучительных тысяч лет.

Балтор снова исчезла, появившись рядом с Горынычем, который теперь издал вопль праведного негодования, резко уменьшился до гораздо меньших размеров и поспешно спрятался за мной.

— Нет! Хватит этих волшебных рук!

— Идём, сестра, думаю, мы досадили им достаточно на сегодня, — позвал Келдрик женщину в голубом, прежде чем повернуться ко мне. — Было огромным удовольствием познакомиться с тобой. Надеюсь, ты в скором времени навестишь меня в моей обширной библиотеке. Я бы хотел показать тебе чудеса, которые мы бережно собрали.

Я слабо кивнула, не совсем понимая, что, чёрт возьми, вообще происходило. Эти люди были похожи на неуправляемые поезда — несущиеся через станцию с бешеной скоростью без малейшей заботы о людях, оставшихся растерянно стоять на платформе.

Балтор взмыла выше в воздух и восторженно хлопнула в ладоши от восторга.

— Мы все снова пробудились. Впервые за полторы тысячи лет наш древний народ снова в сборе. Мы обязательно должны отпраздновать! Давайте устроим грандиозное торжество в честь этого чудесного момента!

Самир мрачно и тяжело вздохнул.

— Восхитительно. Ещё одна «вечеринка».

— О, бу-бу-бу, — отчитала Балтор чернокнижника сверху. — Ты всегда был таким ужасным брюзгой.

— Слушай мои слова внимательно, пустомельная выдумка, я не позволю тебе… — начал Самир, но был прерван тем, что Балтор буквально затараторила «бла-бла-бла». — Прекратишь ли ты… — Самир замолчал, раздражённый. — Незрелый ребёнок! — наконец гневно рявкнул Самир, что заставило Балтор закончить её дразнилки приступом весёлого смеха.

— Балтор. Давай уйдём, прежде чем ты вгонишь его в апоплексический припадок, не прошло и дня с нашего пробуждения, — более твёрдо отчитал Келдрик женщину в голубом. — Прощай, Самир. Прощай, Нина.

— Приятно было познакомиться… — сказала я, запинаясь, всё ещё глубоко поражённая тем, что стала свидетельницей. Балтор обращалась с Самиром как с ворчливым старшим братом, безжалостно дразня его ради собственной забавы. И, чёрт возьми, она была в этом настоящим мастером.

— Пока-пока! — Балтор мгновенно исчезла в вихре яркого голубого света. Келдрик вежливо поклонился и исчезл в сплетающейся сети паутины, поднявшейся из-под земли, и когда он отступила, её тоже не стало.

Самир громко рыкнул от разочарования и схватился за голову руками. Его плечи были напряжены и подняты до ушей. Он был в ярости от того, что с ним так жестоко обошлись двумя совершенно разными способами.

Как ни странно, они были намного добрее к нему, чем Малахар или Каел. Намного добрее. Было ясно, что они уважали его как равного. И Балтор, каким-то извращённым образом, казалось, была искренне счастлива за нас обоих.

Я медленно подошла к Самиру и нежно взяла его за запястья. На мгновение он не позволил мне отвести его руки от замаскированного лица.

— Зачем я вообще пытался спасти этот проклятый мир? — тихо пожаловался он гневным шёпотом.