Серебряный шквал - Екатерина Алферов

Постепенно лес становился всё гуще и темнее. Стволы бамбука росли ближе друг к другу, кроны смыкались, оставляя только узкие просветы для солнечного света. И запахи менялись, теперь к обычному аромату прелой листвы примешивались другие нотки.

Сырость. Гниль. Какое-то дикое животное… Я уловил запах логова крупного хищника. Кто это? Медведь? Ягуар?.. Слишком далеко, пока не разобрать.

Но я чуял не только хищника. В этом запахе была боль. Старая, глубокая боль, которая пропитала это место и сделала его таким, какое оно есть. Опасным и искажённым.

Я остановился и принюхался внимательнее. Да, определённо боль. И… скверна. Не та гнусная, агрессивная скверна, желающая пожрать всё и вся, с которой я сталкивался в шахтах и в лесах, а какая-то более сложная, смешанная с печалью и яростью.

— Что же здесь произошло? — пробормотал я.

И тут лес ответил мне.

Из чащи донеслись детские голоса — тонкие, испуганные, зовущие на помощь.

— Помогите нам!

— Дядя, мы здесь!

— Пожалуйста, отведите нас домой!

Каждый голос был отчётливо слышен, каждый нёс в себе страх и надежду. Сердце защемило — если дети действительно живы, каждая минута промедления может стоить им жизни.

Но звериные инстинкты снова подняли тревогу. Что-то было не так с этими голосами. Они звучали слишком чисто и громко. Слишком отчётливо для бедняжек, которые голодали, мёрзли и несколько дней провели в лесу.

Я заставил себя остановиться и подумать. Железные наёмники наверняка тоже слышали эти голоса. Вдруг они пошли на них? И исчезли.

— Ещё одна ловушка, — понял я.

Надо проверить.

Но как устоять? Голоса звучали так реально, так убедительно. Особенно один — тонкий девчачий голосок, полный слёз:

— Дядя, мне страшно… Пожалуйста, найди меня… помоги…

Руки сами собой сжались в кулаки. Пускай это ловушка, но вдруг среди иллюзий есть и настоящие голоса? Вдруг дети действительно зовут на помощь?

Я вынул кусочек сердца горы и использовал металлическую ци, чтобы создать лёгкую тонкую проволоку, соединяющую меня с последним деревом на тропе. Если придётся отступать, она укажет дорогу обратно.

— Держитесь! — крикнул я в сторону голосов. — Я иду!

И осторожно сошёл с тропы в густую чащу.

Чем глубже я шел между деревьев, тем сильнее становилось ощущение искажённости. Я постоянно терял направление, расстояния здесь не ощущались как положено. Иногда мне казалось, что я иду уже час, а свет, скользящий сквозь листву, говорил, что прошло всего несколько минут. Иногда было наоборот, солнце заметно сдвигалось по небу, как будто его подтолкнула чья-то рука, хотя я сделал всего десяток шагов.

Голоса то приближались, то удалялись, но никогда не оказывались достаточно близко, чтобы можно было определить точное направление.

А ещё здесь было слишком много завихрений ци. Моё восприятие постоянно натыкалось на водовороты энергии, которые парили над землей или были спрятаны расщеплёных стволах бамбука. Я то и дело находил странные камни с царапинами, а в одном месте чуть не напоролся на какие-то пружины, крючки и куски проволоки. Остатки старых ловушек, многие из которых проржавели и рассыпались от времени.

Выходит, тут пытались кого-то поймать… Иллюзорные ловушки были устроены по-другому. Значит, тут охотились две разных группировки? Или иллюзии были сделаны, как защита от охотников?

Использование металлической ци для продвижения в этом странном лесу оказалось более затратным, чем я ожидал. Постоянное расширение восприятия, анализ искажений пространства и завихрений ци и поддержание проволоки, всё это требовало неимоверного количества энергии. К тому времени, когда я наконец нашёл лагерь железных наёмников, я чувствовал заметную усталость.

Лагерь располагался в небольшой лощине между холмами. Точнее то, что от него осталось.

Простой шалаш был разорван и разломан ударами острых когтей, а снаряжение разбросано по всей поляне. Котелок валялся в кустах, кем-то раскиданы остатки еды. Но крови почти не было, я нашёл только несколько тёмных пятен на траве.

Я сел на землю, переводя дыхание. Мне требовался отдых и медитация. Я дёрнул свою тонкую металлическую нить к себе, притянул и смотал её. Лагерь будет моей новой точкой отсчёта. Мои глаза закрылись, началась медитация, но я не погрузился в неё полностью.

Я не мог позволить себе отпустить все чувства и отрешиться от мира. На наёмников напали, значит, и на меня могут напасть тоже. Нельзя быть быть беспечным. Тигр согласно оскалился.

Мы подремали-помедитировали не дольше горения одной палочки благовоний[4], и я почувствовал себя легче. Часть потраченной энергии восстановилось, хотя было очень трудно зачёрпывать и усваивать искажённую и запутанную ци этого места. Почувствовав, что силы действительно вернулись, я встал и осторожно обошёл лагерь, читая следы происшедшего. Железные наёмники устроились здесь на ночь. Вот видны остатки костра, места, где стояли палатки. Они чувствовали себя в относительной безопасности.

…А потом что-то напало на них.

Следы борьбы были повсюду. Глубокие борозды в земле от оружия и тяжёлых ударов, обломанные ветки, вмятины на стволах деревьев. Железные сражались храбро и умело, я видел следы организованной обороны. Вот тут они стояли спина к спине, но…

Но их превзошли хитростью. Или силой. Или и тем, и другим. Я никак не мог понять, сколько было атакующих. Никаких следов на земле!

В центре лагеря я нашёл неприятную улику: поломанный меч одного из железных наёмников. Клинок был надломлен пополам, но не от удара о твёрдую поверхность. Металл выглядел так, словно его… высосали. Выпили силу из стали, оставив только хрупкую оболочку, которая рассыпалась прахом у меня в руках.

— Скверна, — прошептал я, отбрасывая обломки.

Такое воздействие на металл могли оказывать только существа, питающиеся жизненной энергией. И чем больше они пожирали, тем сильнее становились.

Среди разбросанного снаряжения я обнаружил обрывки каких-то сетей. Не рыболовных, нет. Эти были сделаны из прочного материала с вплетёнными серебряными нитями. Сети для ловли крупной добычи, людей или больших зверей. Я точно знал, что серебро несёт в себе силу луны и Инь, оно используется для обнаружения скрытого, для зеркал и амулетов, чтобы обнаружить невидимое… Значит, её могли использовать кое-для чего ещё… «Например, для ловли чудовищ», — мрачно подумал я.

Это было странно, в вооружение обычного наёмника не входило такое. Я ожидал увидеть мечи, кинжалы и луки. Я не слышал, чтобы в гильдии кто-то пользовался сетью. При мне в кузницу не приносили подобное, да и мастер Лю не давал мне приводить в порядок такое снаряжение.

Серебряные нити, аккуратно помещённые в