Легенда о Белом Тигре - Екатерина Алферов

— Вам нужно отдохнуть, молодой господин, — тихо сказала жена охотника, с благоговением глядя на меня. — Вы спасли руку моего мужа. Спасли нашу семью от нищеты. Я… мы никогда не забудем этого.

Я кивнул, слишком уставший, чтобы отвечать. Наставник взглянул на меня, потом на неё и строго сказал:

— Не болтай лишнего, госпожа Чен. И скажи это своим детям.

— Я поняла, господин, — поспешно кивнула женщина. — Ваши травы и ваши умения выше всяких похвал.

— Просто Чен силен и ему повезло, — поправил её лекарь. — Вам всем повезло, что у меня остались травы от лечения Линь-Линь. Дай мне знать, когда он очнётся.

Лао Вэнь помог мне подняться, и мы вышли из дома, оставив женщину ухаживать за потерявшим сознание мужем.

Следующие два дня я провёл в интенсивных тренировках с Лао Вэнем. Мы сосредоточились на контроле над моими способностями. Особенно я отрабатывал добавление металлического аспекта к своим атакам — укреплял когти дополнительным слоем или покрывал кожу тонкой, почти невидимой металлической плёнкой.

— Заметный прогресс, — сказал Лао Вэнь, наблюдая за моими стараниями. — Ты быстро учишься.

Я поклонился учителю и продолжил свои занятия. Всё равно этого было недостаточно. Металлическая броня пока покрывала только мои предплечья… Надо заниматься усерднее!

Параллельно с тренировками я продолжал помогать Вану и Сяо Хэ в работе со звёздным металлом. Кузнец не оставлял попыток освоить этот непокорный материал, и с каждым днём у него получалось всё лучше. Теперь, когда я тайно помогал, используя свою ци для воздействия на металл, прогресс был заметнее.

К вечеру второго дня мы уже получили дюжину наконечников для стрел и один небольшой нож со звёздным лезвием — первое настоящее оружие, созданное из этого металла в деревне Юйлин за всю её историю.

— Как блестит, — сказал Ван, рассматривая готовое лезвие. — Теперь нужно проверить его на деле. Если повезёт, Чен скоро поправится настолько, что сможет взять его на охоту.

— Мастер! А можно мне? — Сяо Хэ смотрел на клинок с горящими глазами. — Позволите попробовать лезвие?

Я только вздохнул. Как дети, ей-богу… Нашли новую игрушку.

В последующие дни деревня Юйлин преобразилась. Новость о спасении сына старейшины Ли Чена изменила отношение жителей ко мне. Страх и подозрительность не исчезли полностью, но теперь к ним примешивалось уважение.

Деревенские дети окончательно перестали меня бояться или дразнить, и постоянно ходили за мной по пятам, выпрашивая истории о битвах со скверной. Если рядом не было взрослых, я иногда удовлетворял их любопытство короткими рассказами о своих похождениях. Восторженные крики и расширенные от удивления глаза странным образом грели душу. Тигр фыркал на меня от проявления такого тщеславия.

Взрослые кланялись при встрече, пусть всё ещё и настороженно. Старейшина Ли Чен лично пришёл ко мне с благодарностью и подарком — новой одеждой и красивым кожаным поясом с серебряной пряжкой, семейной реликвией, передаваемой в его роду.

— Моя семья в неоплатном долгу перед вами, господин Бай Ли, — сказал он, вручая подарок. — Мой сын рассказал, что помнит из своего плена… Скверна почти поглотила его, превратила бы в одну из тех тварей. Вы спасли не только его жизнь, но и его душу.

Я принял подарок с благодарностью, хотя и чувствовал неловкость от такого почтительного обращения. Ещё недавно этот же человек смотрел на меня с подозрением, а теперь говорил почти как с высокородным господином. Впрочем, вежливость ещё никому не мешала.

Моя жизнь с каждым днём изменялась. В пещере на горе я и представить себе такого не мог. Впрочем, не знаю, что было со мной до того, как я проснулся в памятный день, когда встретил Лао Вэня. Почему я жил как полузверь? Хотел бы я знать… Но память молчала, поэтому я просто продолжал тренироваться.

Глава 18

Осенняя охота

За неделю мы кузнецом Ваном создали полтора десятка длинных ножей со звёздным лезвием, пять десятков наконечников для стрел. Ван серьёзно загорелся и даже захотел создать один полноценный меч. Работа была в разгаре, но продвигалась очень медленно. Всё-таки мастер-кузнец не был полноценным культиватором.

— Этот клинок будет создан для тебя, — сказал кузнец, когда я попытался отказаться. — Никто другой не сможет использовать его с так же хорошо.

Я не стал возражать, мне самому хотелось испытать его в деле. Хотелось знать, что лучше — мои когти или же металлическое жало. Мне было интересно, вспомнит ли тело, как обращаться с оружием… Умел ли я вообще? Оставалось только терпеливо ждать.

Остальное оружие мы распределили среди охотников и тех жителей деревни, кто умел обращаться с клинком. Все понимали, что угроза не миновала полностью. Уничтоженный мной источник был лишь одним из многих. Скверна могла найти новые пути проникновения в наш мир.

Параллельно с этим я продолжал тренировки с Лао Вэнем. Он помогал мне в медитации, а вечерами я уходил в горы и оттачивал там свои навыки. Шаг Ветра и Ладонь стали моими важными козырями, моими супер-приёмами, я должен был идеально владеть ими. С каждым днём медитация и навыки давались легче, но новая звезда так и не желала зажигаться.

Дни складывались в недели. Жизнь в деревне постепенно возвращалась к привычному ритму, хотя и с некоторыми изменениями. Охотники теперь всегда ходили в лес группами, вооружённые клинками со звёздным металлом. Каждый вечер на краю деревни зажигали костры с особыми травами, которые, по словам Лао Вэня, отпугивали скверну, а местный жрец развесил на специальных столбах бумажки со странными знаками, которые вызывали у меня недоумение. Как может какая-то бумага отпугнуть мерзость? Впрочем, иногда мне казалось, что это было больше для успокоения людей, поэтому я не вмешивался в эти странные человеческие обычаи, разве что обнюхал одну бумажку, но ничего не обнаружил. В ней не было даже крупицы ци…

Я регулярно патрулировал окрестности, особенно по ночам, когда мои звериные чувства были наиболее острыми. Несколько раз находил следы скверны — отдельных тварей, похожих на волков или кабанов, искажённых тёмной энергией. Уничтожал их, прежде чем они успевали приблизиться к деревне.

Жители стали воспринимать мои ночные выходы как должное. Иногда, возвращаясь на рассвете, я находил у порога дома Лао Вэня небольшие подношения — корзинку с едой, флягу с вином, букетик полевых цветов. Молчаливые