Босоногий принц: пересказ Кота в сапогах - Джеки Стивенс

Но в какой-то момент Эйнсли решила дистанцироваться от прежнего окружения и теперь держала за руку его.

Принцесса быстро прогнала грусть, рассмеявшись, пусть и немного натянуто.

— Возможно, мне стоило начать общаться с сыновьями мельников гораздо раньше. Никогда бы не подумала, что у нас окажется так много общего.

С большинством сыновей мельников у неё не было бы ничего общего. Его старшие братья не видели смысла ни в чем, что выходило за пределы их крошечного уголка королевства. Они научились читать в дань уважения к матери, но использовали грамоту лишь для сделок. Всё остальное они считали пустяками или «бабьими забавами».

Он полагал, что большинство ремесленников их сословия думали так же.

Лорду или ученому мужу подобало знать много слов, не боясь за свою репутацию, но интересы Арчи всегда были источником конфликтов и неловкости для мужчин его семьи.

Именно этот конфликт, по иронии судьбы, заставил его нарастить мускулы, чтобы защитить себя.

Арчи покачал головой, и, поскольку они всё еще держались за руки, он осмелился легонько подтолкнуть принцессу плечом.

— Значит, он вам не нравится? — эти слова были настолько очевидны, что их можно было произнести только с долей иронии, но для Арчи они заключали в себе столько ошеломляющих открытий, что он не мог их утаить.

Эйнсли хихикнула и закатила глаза:

— Конечно, нет. Мне гораздо приятнее проводить время с тобой. И я не хочу на тебя давить, Арчи. Но если ты или твой удачливый охотничий кот сумеете добыть оленя раньше него, я буду очень признательна.

***

На момент исчезновения и превращения Леопольда Эйнсли только-только исполнилось тринадцать. Нескладный подросток. Тогда Лео не особо задумывался о том, за какого мужчину он хотел бы её выдать.

Но ему не потребовалось много времени, чтобы решить, за кого он её точно не отдаст.

И из всех мужчин, ехавших с королем, Деклан был худшим — очередной заносчивый лорд, возомнивший себя великим охотником с горой трофеев на стене.

Человек, который любил владеть и побеждать, и который не раз поглядывал на Эйнсли.

Поэтому, разумеется, когда показался первый олень и несколько охотников одновременно спустили тетиву, именно стрела Деклана должна была пронзить сердце зверя. Лео выбежал вперед и узнал его стрелу по цвету и форме оперения. Кота передернуло. Деклан был терпим как соперник в фехтовании или обмене колкостями, но Лео не желал видеть его в роли зятя.

Эйнсли же была слишком увлечена Арчи, чтобы заметить что-то вокруг, а он — ею. На каждые двенадцать её слов он отвечал лишь одним; парень-мельник был так же прост и надежен, как хлеб, который он пек, но он впитывал каждый её слог, глядя на неё с простодушным и беззащитным восторгом, который невозможно подделать. Эйнсли умела стрелять. Умела ездить верхом. Но она понятия не имела о практической стороне походной жизни. Она не умела ставить палатку, копать ров или свежевать кролика. Арчи взял всё это на себя, слишком очарованный, чтобы заметить: она полагается на его помощь и практический опыт так же сильно, как он — на её.

Лео покачал головой. Если сестра действительно устала от прежних друзей и их придворных улыбок, неудивительно, что Арчи пришелся ей по душе. Возможно, они подходят друг другу лучше, чем кот мог предположить.

И Лео точно не мог представить, чтобы этот мягкосердечный олух когда-нибудь её обидел.

Он посмотрел на оленя и понял: это неправильно. Это нечестно. Но кот не может сидеть на троне, и если он не найдет способа вернуть человеческий облик, он скорее оставит сестру и королевство выскочке-мельнику, чем такому человеку, как Деклан.

Так что пока — ничего не изменилось. Лео продолжит подыгрывать Арчи. Он вытащил стрелу лорда из оленя и заменил её той, что нравилась ему больше.

***

Арчи и другие молодые лучники обогнули дуб и обнаружили павшего оленя. Сердце зверя было пронзено стрелой Арчи. Деклан раздраженно фыркнул и ушел, не проронив ни слова, но Арчи и сам невольно нахмурился, увидев кота, сидящего у туши.

Он никогда не думал, что Лео поможет ему завалить кого-то столь крупного, как олень, но ему следовало догадаться. С волшебным котом возможно всё.

Но всегда ли это хорошо?

— Что случилось, парень? — спросил сэр Каллум после недолгого молчания. — Ты подстрелил оленя. Твоя принцесса будет в восторге. Её отец тоже. А я получу все лавры за то, что «обучил» тебя.

Голос его оставался сухим, но закончил он фразу задорным подмигиванием.

Подмигивание. Не яростным взглядом. Возможно, рыцарь и остальные гвардейцы принцессы всё это время болели за него, а Арчи этого и не замечал.

Сэр Каллум и принцесса только что показали ему ведьмино кольцо. Должен же быть способ выразить свои опасения, не выдавая правды.

— Я тут подумал… В лесу случаются странные вещи, и… скажите, сэр, вы когда-нибудь видели фейри? Настоящих, а не просто бесов или гномов, которых можно встретить у города?

Рыцарь покачал головой:

— Нет. И ты не увидишь, пока не потеряешь голову.

Для этого было уже поздновато. Лео всё еще сидел у оленя, невозмутимо умываясь. Арчи старался не смотреть на него, задавая следующий вопрос:

— Но если бы я встретил фейри… обязательно ли он был бы злым? Разве он не мог бы быть добрым и использовать магию во благо, если бы захотел? — Кажется, было несколько сказок с таким сюжетом, да и гном, которого он встретил, не показался ему таким уж плохим для садового вредителя.

Рыцарь вскинул бровь:

— А что заставило бы фейри или любое другое создание, рожденное из магии и хаоса, творить добро? Они не похожи на нас, и у них свои причины для поступков. И к тому времени, когда ты раскроешь все их секреты, может быть уже поздно. Даже то, что кажется благословением, в конце концов, часто приводит к великому злу.

Арчи кивнул, мысли роились в голове.

Он годами наблюдал за Лео, и хотя было ясно, что кот владеет магией, и, возможно, его даже можно назвать фейри, Лео никогда не казался опасным. Он помогал с чумными крысами, и даже его коварные ловушки казались почти разумными — чем-то спровоцированным и соразмерным. Арчи думал, что сможет со всем справиться, пока будет стараться оставаться у кота