Команда Бастет - Злата Заборис

Я просто представила, сколько голубцовских тайн всплывет наружу от нашего разговора… И поняла, что не смогу открыть этот ящик Пандоры.

Виталий сделал для меня слишком многое за последние две недели. Защищал. Успокаивал. Приводил в чувство.

И моей платой за его доброту станет… это? Вынесение на публику его тайн?

А главное, во имя чего? Ради помощи мне? Ради того, чтобы исправить очередную мою ошибку?..

Меня начало колотить. Веки накрыли глаза, погружая меня во тьму.

Следовало успокоиться. Обдумать все как следует.

Но обдумывать не выходило. Пальцы ногтями впились в подушечки ладоней. Волна ноющей боли заторможенным импульсом донеслась до мозга, однако отрезвить мысли так и не смогла.

Я стояла напротив Леса и думала. Думала, что не знаю, как поступить. Как сделать так, чтобы спасти жизнь Тота, но и не предать тайн Виталия. Как оставить волков сытыми, а овец – целыми.

А потом взгляд зацепил золотой отблеск на его шее.

С запозданием пришла мысль, что для выхода надо было просить Елисея захватить с собой крепежную цепь. Нося в последнее время все цепи круглосуточно, я успела позабыть, что обычно фантоши снимают их.

В памяти некстати пронеслось, с какой легкостью Лес когда-то давно в книжном магазине скинул со своей шеи кулон…

И тут меня осенило.

Новый план действий пронесся в мозгу стрелой, во всех своих безумных красках.

– Ну? – поторопил Патрикеев, порядком раздраженный моим молчанием.

– Э-э-э, в общем… – замямлила я.

А тело уже действовало.

Выдох.

Шаг.

И нос мой впечатался в белую щеку Леса. В то время рот набросился на него в рейдерском поцелуе.

Впрочем… Это был даже не поцелуй. Укус. Бросок кобры. Атака монстра, пожирающего лицо. Действие грубое, топорное и настолько неуклюжее, что, если бы не контекст ситуации, я бы давно сгорела от стыда.

Пока я захватывала губы Леса, самого Леса захватывал шок. От моего внезапного напора коллега оторопел, превратившись в немого истукана. Ситуация отдаленно напоминала события новогоднего праздника в «Восходе». Однако теряться, как тогда, не входило в мои планы.

Руки тем временем оплели шею Елисея, нащупывая на ней вожделенную цепь. С крепкой уверенностью пальцы ухватились за золотые звенья и в следующий миг рванули ее вверх, перекидывая кулон через голову Леса на свою.

Холодный металл с размаху рухнул на ключицы, смягчая удар о поверхность куртки. Молниеносное движение – и скарабей оказался на мне. А сама я срочно дала деру, пока Лес не опомнился от шока и не осознал в полной мере факта свершившейся кражи.

– Я тебе потом объясню! – Оправдания посыпались из меня уже на бегу. Унести ноги с места позорного происшествия хотелось как можно быстрее.

– Это что было, Карнова?.. – орали мне вслед.

Но я лишь прибавляла прыти, разбрызгивая подошвами сапог белые фонтаны снега.

Под рукой щелкнула ручка черной «Хонды».

– Поехали, и быстрее! – Я вздрогнула, с размаху плюхаясь на сиденье спереди.

Ответом мне стало вытянувшееся лицо Виталия.

– А где?.. – не понял Голубцов, явно ожидавший увидеть меня в сопровождении Патрикеева.

Но оного рядом не оказалось.

– Газ жми! – Громкий хлопок двери придал моим словам ноту ажиотажа.

Из окна я видела, что оттаявший от своего ступора Елисей таки бросился за мной следом. Но к счастью, в этот момент «Хонда» тронулась с места, и мой бывший коллега остался позади. Его растерянное лицо вытянулось, стремительно уменьшаясь в зеркале заднего вида.

А с водительского места на меня взирало не менее удивленное лицо Поломойки. Его полный вопросов взгляд прошелся по мне, почетно завершая свой недолгий путь на моей груди: там, где с недавних пор висел золотой скарабей.

Родной скарабей с лазуритовым шариком в лапках.

– План меняется. – Многословных пояснений не вышло. – С тобой полечу я.

Глава 40. Мальчик, который играл с огнем

– Ладно, – выдохнул Поломойка уже на подъезде к «Восходу», так и не добившись от меня толковых разъяснений. – Скарабей у тебя есть. Его ты достала. А клипсы? А цепь?

И в этот момент мне с размаху захотелось хлопнуть себя ладонью по бестолковому лбу.

Конечно.

О надобности скарабея я вспомнила только благодаря Виталию. О других частях полетного обмундирования не вспоминала и вовсе.

На момент беседы с Лесом где-то в затылочной части мозга маячила мысль об отсутствии крепежной цепи. Но вот потом… Спешка из-за слепящего желания спасти Тота напрочь выбила из моей головы весь конструктив.

Выводы из моего затянувшегося молчания Поломойка сделал сам:

– Я так понимаю, нет. – По салону машины прокатился мой опечаленный вздох. Подмога пришла откуда не ждали. – Ладно. С этим я тебе помогу. – Коллега резво крутанул руль, паркуя железного коня у парадного крыльца здания. – Если мой схрон никто не растащил, конечно…

Последние его слова звучали уже не так уверенно.

* * *

Схрон оказался в знакомом для меня месте – на территории бассейна, в одной из множества подсобных кладовок, почти у самого входа в подвал.

Помнится, именно здесь, у этой двери, прошла наша вторая встреча с Голубцовым. В компании Бастет. И швабры. И некоторого маразма, ореол которого начал рассеиваться лишь относительно недавно.

Пока Мистер Поломойка остервенело копался где-то в глубине подсобки, я судорожно считала секунды.

Почему же так долго? Мы ведь почти у цели…

Наконец русая голова Виталия вынырнула на свет в сопровождении победного клича и потрепанной картонной коробки, которую коллега трепетно сжимал в руках.

– Тут много всякого артефактного барахла, – словно оправдываясь, проговорил он. – Не спрашивай только откуда…

Спрашивать и не хотелось. Хотелось ускориться и завершить все дела настолько быстро, насколько это возможно.

Руки молнией метнулись к картонному монстру, ныряя в него и пускаясь в остервенелые поиски. Коробка оказалась полупустой, а «барахло» – было идеальным описанием ее содержимого.

Многие вещи, увиденные в ней, даже не поддавались описанию. По крайней мере, в моем мозгу. Об их предназначении и названиях я могла лишь догадываться.

Однако увесистую крепежную цепь и разноцветную россыпь магнитных клипс мой взор приметил сразу. Пальцы принялись выбирать из кучи необходимое: крепление, затем клипсы.

Синие, с лабрадором – для обеспечения воздухом вне атмосферы.

Красные, коралловые – для обогрева.

Коричневые…

Коричневые?

С удивлением глаза пробежались по находке. А эти для чего?.. Припомнить, чтобы я видела у кого-то подобные, не выходило.

Тем временем Поломойка тоже выудил себе из нутра коробки парочку клипс. Торопливо застегнул магнитные кругляшки на мочке левого уха и снова скрылся в подсобке, в этот раз громыхая там чем-то