Маленькая уютная планета - Игорь Вереснев

поставили в известность о том, что маршрут «Аквариды» изменился после происшествия на «К-15». Больше того, он не знал, что происходит на борту субмарины, — параллельный канал информации замолчал. Затем произошли два значимых события: Понди Даркчери отбыл из Города в неизвестном направлении, а на следующий день Элли Голд взяла отпуск и покинула офис Координационного Совета. Опыт работы в Службе безопасности подсказывал: это не может быть совпадением. Операция «Жидкий лёд» подошла к кульминации, пора брать её под свой контроль. Но он дал Элли Голд ещё один шанс.

Матриарха всех аквари он нашёл в лаборатории. Та лежала на койке в комнате с секретной дверью. Хоть глаза Элли были закрыты, напряжённая поза, подрагивающие веки, то и дело начинающие спонтанно двигаться пальцы подсказывали — не спит. Подключилась к Крашевскому так же, как некогда подключалась к Милене Голд?

Он бесцеремонно потряс за плечо:

— Элли, Элли! Очнись!

Она открыла глаза. На лице мелькнула досада.

— Что случилось?

— Это я пришёл спросить, что происходит? Где сейчас «Акварида», чем занята её команда? И куда подевался Понди Даркчери? Он улетел вчера днём, и с тех пор его никто не видел. По персональному коду с ним связаться нельзя, сеть не находит его запястник со вчерашнего вечера.

Элли Голд села. Улыбнувшись, сообщила:

— «Акварида» приближается к старому Кладбищу, команда готова выполнить задание, ради которого организована экспедиция. Не волнуйся, всё под контролем. Что касается Понди... думаю, он мёртв. Но это уже не важно.

— Смерть аквари не важна? Ты сама себя слышишь?

— Вполне. Если жизнь потрачена не впустую, а позволила сделать шаг к нашей цели — созданию совершенного человека будущего. Или у тебя цели другие?

Не дождавшись ответа, пересела с койки за стол, открыла консоль терминала. Заявила:

— Теперь мне нужно поработать, извини. Сугубо конфиденциальный разговор!

Секреты от начальника планетарной Службы безопасности? Такого прежде не бывало. Тем не менее он не спорил. Коротко кивнув, вышел.

Всю дорогу до собственного офиса он размышлял о заданном ему вопросе. Элли Голд-первая, воспитанная «Генезисом», несомненно верила в построение общества совершенных людей на отдельно взятой планете. Возможно, на том этапе это выглядело правильным. Но за последующие столетия мир изменился, сегодня каждая галактическая держава строит собственный вариант «совершенного будущего». Аквия не сделалась примером для подражания, её жители вызывают у обитателей иных миров не восхищение, умиление или зависть, а снисходительное удивление — в лучшем случае. В худшем их воспринимают диковинными зверушками. Пусть ещё родственным человеку, но уже иным видом.

Самое смешное — или страшное? — инопланетники сами не подозревают, насколько правы в такой оценке. Чешуя, величайшее открытие колонистов Аквии, вместо полезного инструмента для земноводной жизни превратилась в симбионта, породившего новую получеловеческую-полутритонью расу. Исподволь воздействуя на психику хозяина, симбионт определял социальное поведение сообщества не меньше, чем разработанные и внедряемые чередой Элли Голд морально-этические нормы.

С младенчества привыкшие к чешуе, аквари оказывались в полной психологической зависимости, часто не представляя, как обходиться без неё, как жить на суше, мыться пресной водой, отправлять физиологические потребности. Это привело к тому, что спустя несколько поколений добровольная самоизоляция в пределах планеты стала восприниматься нормой. Аквари без возражений уступили инопланетникам даже орбиту Аквии.

Пока необходимости отправиться на другие миры не было, ни Элли Голд, ни Координационный Совет не придавали значения психической девиации целой расы. Но глубоководные исследования требовали соответствующей техники. Заказать постройку субмарины на инопланетной морской верфи не трудно, приносимый Курортом доход легко позволял это сделать. Подготовить команду оказалось не в пример сложнее. Аквия имела достаточно профессиональных пилотов и инженеров, многие годы проработавших на подводных аппаратах. Им хватит нескольких месяцев стажировки, чтобы изучить специфику новой техники. Единственно, стажировку придётся проходить там же, где строится субмарина — на Новой Европе. И это послужило неожиданным препятствием, хоть бывшая метрополия оставалась наиболее открытой и толерантной к инопланетным гостям державой, а её правительство соглашалось принять и обучить любое количество стажёров из Аквии.

Первоначально Координационный Совет планировал послать двенадцать человек — две полные команды. Однако эту идею пришлось скорректировать ещё при отборе — из нескольких десятков кандидатов половина категорически отказалась сразу же, а многие из согласившихся не смогли заставить себя смыть чешую.

Решили довольствоваться одной командой. Но смыть чешую — только полдела. Изо дня в день обходиться без неё куда сложнее. В итоге «выжили» двое: Влади Пинк и Тайси Скарлет. Тогда Годви Сильверблэк впервые задумался о своей уникальности. Прозвище «Человек без чешуи» оказалось не просто дружеским подтрунивание. Он и впрямь мог делать то, что подавляющему большинству его сограждан было не под силу. Ощущение голой кожи и у него вызывало дискомфорт, но он знал — так нужно! И близость Шерон Вонг в какой-то мере служила компенсацией.

Координационному Совету пришлось пересмотреть стратегию. Пинк и Скарлет отправятся на Новую Европу вдвоём, станут долгими партнёрами, поддержат друг друга среди чужаков. Потратят на обучение больше времени, чтобы стать не только специалистами, а инструкторами, и по возвращению обучат свои команды. Это казалось всяко лучше, чем выпускать за пределы Курорта чужаков.

Всё шло хорошо, пока пара не прилетела на орбитальную станцию. Там им предстояло привыкнуть жить среди инопланетников. Перед этим они провели месяц на Курорте, — не обслуживая гостей, а наблюдая за поведением тех. Учились вести себя, как люди, носить одежду, пользоваться столовыми приборами и средствами гигиены. Заодно изучали основы руссо-франко — увы, этот язык нельзя было усвоить при помощи гипносеансов.

Играть роль инопланетников, оставаясь на родной планете — совсем не то самое, что самому оказаться в положении чужака. Этот удар по психике стал самым сильным. Влади Пинк его выдержал, Тайси Скарлет — нет. Такой итог подсказал Сильверблэку, что его уникальная устойчивость к воздействию симбионта не случайна, что обусловлена она некими генами, которые Влади Пинк, их с Элли Голд ребёнок, унаследовал. «У тебя замечательная дочь! — не раз говорила ему Шерон Вонг. — Она похожа на тебя. Не внешне, но силой характера». Годви лишь хмыкал неопределённо. Во-первых, Влади не мог быть «дочерью», потому что биологически не был женщиной. Во-вторых, он походил не на Годви Сильверблэка, а на Элли Голд. Возможно, родись он женщиной, сходство было бы ещё разительнее. Понимание этого довлело над Влади с детства, заставляя примерять на себя чужую маску, подсознательно копировать поступки, мысли, чувства родительницы. Если бы не это, между Годви и Влади не возникло бы отчуждение, они могли бы стать друзьями, союзниками, единомышленниками, —