Этот безумный пролог никогда не закончится. Том 2 - Notego

– Я… – Он некоторое время колебался, а затем поднял голову, как будто принял решение. – Лиони, я пришел спасти тебя.

– Что?

После этих внезапных слов я растерянно уставилась на него, но быстро пришла в себя и сдавленно рассмеялась.

Какой детский поступок. В его глазах светился юношеский задор. Уверенность в том, что он сможет справиться с чем угодно. Взгляд бесстрашного человека, который еще ни разу как следует не сталкивался с реальностью.

Меньшего от юного главы гильдии и не ожидаешь.

– И как же?

– А?..

Похоже, он не думал, что я так отреагирую.

– Я все расскажу!

– Что?

– Скажу, что с тобой плохо обращаются. Доложу в имперскую газету.

Как я и думала, никакого решения у него не было. Он правда верил, что императорская семья позволит опубликовать в главной газете страны сообщение о том, что в их венах течет демоническая кровь?

Это не просто слова, а настоящее оскорбление. Более того, газетчики решат, что правильнее договориться с императорской семьей, чем публиковать подобное на первой полосе. Так что юноша, решивший сказать правду, умрет.

– Думаешь, император будет на твоей стороне? Может, он и недолюбливает принца, но он ведь тоже часть императорской семьи.

– И все же я не могу допустить, чтобы этот мужчина тебя использовал, хотя твои родственники согласились на это… Тебе следовало сразу рассказать обо всем мне. Почему ты терпела одна, как дурочка?

Он весь дрожал, словно изо всех сил подавлял гнев.

– Я думал, что после отъезда ты так и будешь жить на Севере, – продолжил Кендаль, – но вдруг узнал, что ты в столице… Я даже слышал, что говорят знатные дамы. Ты, ты…

– Что я? Если ты что-то знаешь, мне бы хотелось, чтобы ты сказал мне правду.

Разговор раздражал меня, но в то же время мне стало любопытно. Элизабет, будучи аристократкой, хорошенько отфильтровала слухи, которые мне передала. А Сурен смогла подслушать только болтовню на кухне, убирая подгоревшие куски хлеба. Сейчас у меня появился шанс услышать то, что говорили простолюдины в барах и на улицах.

Он, искоса глядя на меня, ответил:

– Что ты… ты… любовница герцога.

Любовница. Не очень приятное словечко.

И все же это лучше, чем живущий в крошечной комнатушке мешок крови, который продали за долги.

– Мне казалось, слухи врут, что ты любишь его по-настоящему. Но неужели… ты действительно влюбилась? Лиони… Не знаю, о чем ты сейчас думаешь, но так нельзя. Чувства, которые ты испытываешь, – это фальшивка! Просто ты не можешь этого как следует понять, ведь ты заперта в замке.

– Это не твое дело. Слухи – это всего лишь слухи.

Мои ноги вдруг утратили силу. Только теперь я отчетливо почувствовала, что стою на высоких каблуках. Я присела на оказавшийся рядом пень и, слегка приподняв подол платья, принялась массировать ноги.

– Тебе нравятся эти слухи?

Я посмотрела на юношу. Разве найдется женщина, которой понравится слух о том, что она чья-то любовница?

– Думаешь, они могут мне понравиться?

– Мне кажется, нет, но… Ты ведь часто повторяла… что хочешь длинную фамилию, как у высокопоставленных аристократов. Что тебе не нравится фамилия всего из одного слова.

Действительно, здесь чем длиннее корни истории семьи, тем длиннее фамилия. Получить двойную фамилию – уникальная привилегия, которую дарует императорская семья.

Лиони Сиэн. Короткое имя, ведь фамилия не двойная.

Элизабет, хоть и представлялась графиней Аринн, на официальной аудиенции у императора наверняка называет свою фамилию со средней частью, которая длиннее ее обычного полного имени.

Местная знать, не только Лиони, не любит короткие имена, которые звучат неблагородно. Человек, которому кажется, что, представляясь, он выдает незнатность своей семьи, невероятно несчастен. Имя, в котором всего несколько слогов, говорит о короткой истории, недостаточном количестве денег и владений. Жизнь, в которой всего недостает. Жизнь хуже, чем у простолюдина.

– Еще ты говорила, что ненавидишь бедность даже больше незнатности. Когда идешь на прием, спишь, гуляешь или работаешь. Терпеть не можешь каждый раз надевать одно и то же платье. Ты говорила, что тебе подойдет богатый торговец, пусть даже и без знатного титула.

– Вот как…

– Тогда я не мог сделать этого для тебя, но теперь могу. Я получил в наследство от отца гильдию. Может быть, на этом твоей жизни аристократки придет конец, но по крайней мере будет лучше, чем у барона… Так что давай сбежим.

Сладкое искушение. До такой степени, что раньше я схватилась бы за эту незнакомую руку и ушла не раздумывая.

Но сейчас я уже не могу так поступить.

– Я не могу уйти, – покачала головой я.

– Почему?

– Есть кое-какие обстоятельства.

– Разве можно сдаться, даже не попытавшись?

– Думаешь, я смогу его оставить?

Мой пристальный взгляд заставил его вздрогнуть.

Я много раз пыталась, но все оказывалось бесполезно. Слова о том, что он меня спасет, похожи на сеть, которую бросили тонущему.

К тому же разве сможет глава крошечной гильдии где-то в провинции устроить мне побег? Деон, забыв про все свои титулы, бросится за своим мешком с кровью. Слова юноши не имели никакого смысла.

Более того, он – простолюдин, знающий о существовании крови! Стоит Деону его поймать, и он без промедления встретит смерть.

– Не нужно. – Я не хотела больше жертв. – Если захочешь увидеться, просто иногда заходи в замок принца.

– В замок принца? Ты там живешь? Ты правда… его любовница?

– Похоже на то.

– Разве это ответ? Ты его любишь?

Этот вопрос показался мне чистым и детским, без подвоха.

Любовь?

– Ну, да…

Неудобно. Мне хотелось поскорее закончить этот разговор. Я кивнула.

Он замер в растерянности, этот возникший непонятно откуда юноша с веснушками. Неужели это он получил информацию от старой служанки из группы ответственных за кровь, заставив ту нарушить клятву?

Хорошо, если так. Потому что клятва не попала в чужие руки. И я рада, что Деону об этом не рассказали. Просто один наивный, глупый друг с моей родины чуть не встретил бессмысленную смерть.

– Как я смогу связаться с тобой в будущем?

Единственный посторонний, который меня отыскал. Мне правда нужно было сблизиться с ним.

– Я дам тебе визитку.

Юноша достал из кармана листок бумаги, написал что-то на обратной стороне и передал его мне. Я прочитала нацарапанные буквы.

Филипп.

Имя друга Лиони, которого я не знала и который не появлялся в романе.

Раз он простолюдин, фамилии у него, вероятно, нет.

– Я скоро позову тебя. Очень надеюсь, ты придешь.

– Хорошо. Я буду ждать. Мы ведь друзья…

Друзья. Это слово ничего особо не значило, но почему-то согрело