Рассказы 24. Жнец тёмных душ - Майк Гелприн

Я бросился бежать, хотя не слишком для этого предназначен.

– Это он! Точно, смотри, рука!

«Держи», «стоять» настигали меня через темные улицы. Значит, Эльза все же доложила. Или это случайность? Я бежал так быстро, как умел, как позволяли мои знания проулков и сквозных чердаков. Если бы меня догнали, я бы не смог сопротивляться, причинять вред. Поэтому – бежать.

Нельзя, чтобы меня поймали сейчас, когда я почти нашел источник. Я свернул в заводской квартал. Затеряться среди механических рабочих, дежуривших днем и ночью. Жаль, что у меня теперь есть отличительная черта.

– Сюда!

Из-за угла наперерез вылетели двое. Я развернулся – там, метрах в двадцати, была пожарная лестница. Добравшись до нее, я полез вверх. Второй этаж, третий, крыша. Когда пересек ее, люди уже поднялись по лестнице и ринулись ко мне.

Прыжка вниз я не выдержу, хоть и прочнее их. Впереди – широкие трубы до соседних корпусов. По таким отводят воду из литейных.

Достаточно широкие, чтобы я смог удержаться. Достаточно горячие, чтобы преследователи не рискнули лезть за мной.

Я добрался до другого корпуса, видел, как люди снова начали спускаться. Но они потеряли слишком много времени. Им уже не догнать.

«Тебя все равно поймают».

«Не раньше, чем я уничтожу вас всех».

«Тогда тебе понадобится много, очень и очень много времени, тупой ты робот».

«Я не спешу».

Пустая бравада. Сегодня мне показали, что теперь все станет сложнее. Маги станут осторожнее, за мной будут охотиться. И домой возвращаться нельзя.

Нужно убивать быстрее. Столько, сколько смогу, чтобы завтра город таял хоть немного медленнее, чем сегодня.

«Ты пожалеешь об этом, – из сердца девочки звучала не угроза, она будто просто сообщала факт. – Знаешь, мы ведь не так сильно с тобой отличаемся…»

* * *

Не так сильно отличаемся… Она издевалась или всерьез? Мы ничем не похожи, даже несмотря на механическое нутро. И я не считался человеком, и сам себя не считал. А они… Я спрашивал каждого, кого убивал. Снова, и снова, и снова:

– Что ты?

– Я человек.

«Я человек» – они не знали другого ответа, будто искренне верили, что, несмотря на содержимое, могут являться людьми только на основании внешней оболочки.

У меня не было такой оболочки. А если бы была? Стал бы я считать себя человеком? Чем мы похожи?

Почему ее слова засели во мне?

В этом отсеке складских помещений, где я прятался, держали аммиак. Людям здесь – смерть, а я могу жить сутками. Я принес сюда мага, и он тоже жил. Может, в этом мы схожи? Но это же доказывает, что человеком маг быть не может. А если может, могу ли и я себя им считать?

Нет.

И все же – что, если внутри меня тоже лежит стеклянный шар? Или что-то подобное… Чем больше я касался, убивал, разбивал, тем меньше страдали мои механизмы от близости магии. Я будто… привыкал.

Если я решусь разобрать себя и проверить, обратно уже самому не починить. Может, этого добивалось сердце девочки? Хотела сломать меня моими же руками?

Но ведь я могу проверить иначе.

Сегодня, если я верно посчитал, смена заканчивалась в восемь. Значит, сейчас самое время…

Дверь она, конечно же, не закрывала, так что я смог проникнуть в ее жилище и приготовиться. И когда Эльза вошла…

– Ты не должен причинять вред себе подо…

Я не уверен, продолжали ли еще работать мои заводские установки. Тогда все было просто. Помогать и защищать людей, город. И я защищал людей и город. Но если для защиты нужно причинить вред? А если тот, кто не является человеком, считает себя таковым?

Я отключил Эльзу до того, как она успела поднять тревогу. Мы с ней из одной серии. Абсолютно одинаковые по устройству. Осталось только узнать, одинаковые ли мы с магами.

Я снял обшивку, стараясь действовать аккуратно. Эльза не враг, и я не хотел повредить ее. Когда тело обнаружат, то смогут собрать и снова вернуть к работе.

Мы с ней были исполнены куда грубее, чем маги. Как мог осторожно, я извлекал шестерни и поршни, наполнявшие грудной отдел Эльзы.

«Что же ты хочешь найти там?» – с откровенной издевкой спросило девочкино сердце.

Я не отвечал. Я уже видел, что за деталями ничего нет. Никакого стеклянного шара с вензелем букв.

Наверное, именно в таких случаях люди испытывают облегчение – когда не подтверждаются самые страшные ожидания. Я бы не хотел быть некрасивой версией мага. Не хотел быть тем, из-за кого умирает город.

И все же почему он продолжает таять?

Я перебил, возможно, сотни или даже тысячи… Если первых я помнил, то остальные стали просто изломанным металлом и битым стеклом. Они никогда не кончатся, если я не найду начало.

«Что такое «Б» и «Л»?»

«Я же сказала, что не буду помогать тебе».

Другие тем более не скажут. Почему-то я решил, что ее проще разговорить, ведь она почти жила через меня. Но мы не друзья и даже не враги. Пригрозить ей было нечем. Что я могу отнять у той, кого больше нет? Или…

«Если ты мне не расскажешь, я сделаю вот так…»

Я достал ее сердце-шар из кармана и слегка надавил на стекло. Да, на нем тоже были эти буквы. Аббревиатура от названия места, где их сделали? Инициалы мастера-мага?

Она молчала, и я надавил пальцами сильнее. Железо неприятно проскребло по тонкому стеклу. Насколько она ценит свою недо-жизнь?

«Я все еще не знаю, почему вообще не разбил тебя. Ответ может стать единственной причиной тебя сохранить».

«Тебе все равно туда не попасть», – нехотя отозвалась девочка.

– Это не твоя забота. Говори, что это такое? – зачем-то я произнес это вслух. Причем слишком громко. Осекся, прислушался. Нет, вряд ли кто-то слышал.

«Берта и Луис», – выждав длинную паузу, сказала девочка.

– Что «Берта и Луис»? Не тяни время, я не передумаю.

«Это название, железная ты дубина. Там то, что ты хочешь найти. Но не мечтай попасть внутрь. Таким, как ты, там не место, ты и шагу внутрь не ступишь! Ну что, помогла я тебе?»

Я ощутил надломленный, болезненный смех. Наверное, ей казалось, что вопреки всему она победила. Я не стал говорить, что она действительно помогла.

Но с моей рукой я в самом деле не мог просто так явиться куда бы то ни было. Надеюсь, Эльза не слишком огорчится, я позаимствую у нее кое-что…

* * *

С исправной рукой и новым