Злая королева причиняет добро - Диана Дурман

Возраст незнакомки не поддавался определению. Она могла быть как моей ровесницей, так и в два раза старше (если учитывать чудеса здешнего мира). Её кожа была безупречной – слишком идеальной, чтобы казаться настоящей. Как будто сам дьявол отполировал её в награду за грехи. Просто недостижимый идеал.

Кроме этого поражали длинные, спадающие ниже бедер волосы с редким оттенком холодного блонда. Такого очень трудно добиться, тем более, когда локоны так радуют взгляд здоровым блеском и какой-то обидной густотой. При этом, совсем не отягощая голову.

Вот и как тут не поверить в магию? Тем более когда, подойдя ближе, я увидела самую нереальную радужку из всех возможных.

Разве так бывает? Тем более у чёрных ведьм? Я всегда думала, что их взгляд должен быть пустым, как ночь без звёзд? Тогда откуда у Хильды, чьё тело я теперь занимала, такие ярко-голубые глаза, в которых расплескались акварельные разводы всех оттенков лаванды, а так же глубокого синего моря?

– И это она-то изводила принцессу из зависти? Смешно, – пробормотала я, глядя на точеные черты лица и фигуру, за которую многие женщины бы убили. Но почти сразу до меня дошло, что это тело буквально забирало жизни ради магии. Магии, что была потрачена на поддержание этой красоты.

В ту ночь мне пришлось долго мерзнуть на балконе, чтобы хоть немного смириться. С безразличием, с которым теперь зеркало будет взирать на мои мучения. С ненавистью, порождённой Хильдой к этому телу. И с тем, что я теперь словно муха в паутине, что чувствовала, как петли судьбы неумолимо затягиваются туже, грозясь задушить за один неверный шаг.

Вишенкой на торте оставалась жестокая насмешка от магии мира. Из-за неё где-то там теперь бродил человек, не только помнивший зверства Злой Королевы, но и знающий к чему приведет бездействие. Он точно явится за моей жизнью, а пока она действительно моя, мне надо понять, как её защитить.

Собственно с этого и началась моя стадия принятия. Посильную помощь в этом мне неожиданно оказала ещё одна жуткая тварь башни. Наутро, которое не сильно отличалось здесь от ночи, явилась женская версия Гнуса, взявшая своё начало от куда более отталкивающего существа. Оказывается, летучие мыши вполне себе миленькие. Тем более на фоне спокойной или скорее меланхоличной служанки.

– Кира, – “напомнило” мне своё подозрительно человеческое имя ещё одно воплощение кошмара.

Мне большого труда стоило не отшатнуться от, так понимаю, неё, когда та неожиданно появилась подле меня.

Если не смотреть на ладони и голову, то существо передо мной больше всего походило на привычное представление гномихи. Длинное платье без намека на талию делало её похожей на бочку, а белый передник лишь усиливал это сходство. Однако вместо косматой головы у представшего передо мной существа была морда… жабы. Её кожа, покрытая бугристыми наростами, блестела, как мокрая глина, а пальцы — слишком длинные, “склеенные” перепонками — цеплялись за складки платья, поддерживая подол. Видимо, чтобы вторая пара лягушачьих конечностей не цепляла плотную ткань.

Но хуже всего оказались глаза: огромные, выпуклые, оранжевые, как гниющие тыквы. Они следили за каждым моим движением с тупым, но пристальным, улавливающим любое изменение моего настроения взглядом.

Позже, посетив самое сердце башни – колдовскую лабораторию, где пахло сушёными травами, металлом, солью и чем-то невыразимо древним, – я раскрыла секрет имени Киры. Судя по информации из хранившихся там книг, она оказалась кикиморой. И Хильда, явно не слишком озабоченная чужими именами, просто поиграла с буквами, подарив чудищу из Сумрачной чащи кличку, схожую с человеческим именем из моего мира. Можно сказать, то было великой честью. К тому же из-за особой способности только кикимора не ютилась в склепе с остальными слугами. Ей разрешалось оставаться на первом этаже башни.

– Ваша ванна готова, – меланхолично изрекла тогда Кира, чем порядком меня озадачила. Но вовремя спохватившись, и начав отыгрывать Злую Королеву, я постепенно находила все ответы.

Как и сказало зеркало, королева Хильда не была дурой. Она не любила просто так растрачивать магию, что доставалась ей с трудом. Оказалось, здесь любой дар был завязан на особые условия.

К примеру, Злой Королеве нужны были так называемые частицы отрицательной кармы. То есть, чтобы копить силы Хильда должна вызывать страх, злость и прочие негативные эмоции у людей. Именно их магический фон мира преобразовывал в силу, которой могла пользоваться только эта конкретная ведьма. В противном случае магия в теле Хильды никак не пополнялась.

Поначалу я пыталась понять, как вообще измерять тот самый запас отрицательной кармы. Вдруг переселенке это недоступно? Но уже в первый день мне в руки попала особая вещица. Нечто похожее то ли на брошь, то ли на заколку решало этот вопрос с измерением. Именно Кира заученным движением подала мне украшенный камнями артефакт, достав тот из шкатулки на прикроватном столике.

Сразу после этого я коснулась броши, слушая, как бездушный голос нашептывает цифры.

Сердце сжалось при мысли, как именно Хильда добывала эти "частицы страха". Будто монеты, отданные убийце – грязная плата за магию. Их не хотелось касаться, иметь какую-то причастность. Рука сама разжалась, словно обжегшись.

Сразу после, так понимаю, стандартной проверки силы, Кира проводила меня в небольшую купальню. Где мне снова пришлось бороться с дрожью и собственным желудком – как хорошо, что тот ещё был пуст.

Оказалось, жаба-служанка обладала способностью создавать что-то вроде молодильной субстанции, превращая в неё определенное количество воды. Запах, конечно, был тот ещё – смесь глины, прелых веток и чего-то, что мне вообще не хотелось классифицировать – но если принимать такие ванны хотя бы дважды в неделю, молодость и красота никогда не увянут.

Об этом мне обмолвилось зеркало, когда я под надуманным предлогом отказалась лезть в бурлящую жижу, чем порядком озадачила Киру, и примчалась к нему. Мой опасный союзник не стал ругаться.

Зеркало лишь вздохнуло – звук походил на скрип старых половиц:

– Если не хочешь, чтобы твоё лицо покрылось трещинами, как глазурь на пироге – лезь в чан. И не забывай хотя бы делать вид, что тебя ничего не пугает. Киру твой страх уже заинтересовал.

После таких слов пришлось брать себя в руки, забывать о брезгливости и возвращаться к целебному болоту.

Вода пузырилась, выплевывая на поверхность комья