Непокорная для ректора - Ардана Шатз

Марика густо покраснела, хоть для меня и не было секретом то, что они уже не первую ночь проводят вместе. А сам Лиам иногда устраивает себе раннюю пробежку.

— А как же мы тогда будем заниматься?

— Вроде бы в общей зале достаточно места, чтобы практиковаться. — Кажется, подруга была рада, что я не стала развивать неловкую тему. — Помнишь, в которой было собрание в первый день.

Я прекрасно помнила этот день. Как и любой другой, в котором было хоть одно воспоминание о ректоре. И чем больше сейчас я думала о нем, тем сильнее убеждалась, что у меня нет иного выхода. Только дождусь, когда он останется один в своем кабинете — слишком уж часто он стал появляться в коридорах академии в компании незнакомца, явно не из числа преподавателей.

В итоге лучшим временем для разговора я сочла поздний вечер, за полчаса до отбоя. Вряд ли к этому времени в кабинете ректора еще будут посетители. А много времени, чтобы объясниться, мне не потребуется.

Только после того, как окончательно решилась, я смогла сосредоточиться на учебе. А ведь на практике и правда нас ожидал сюрприз. Большой зал для собраний был переоборудован и теперь напоминал спортивную площадку с мудреной полосой препятствий.

— Только не это! — Тихонько простонала Марика за моей спиной.

— Охохо. — Только и смогла произнести я.

А мэтр Киган уже заканчивал последние приготовления: указал нам на белую линию на полу, по которой мы должны были выстроиться, и куда-то отошел, а вернулся с большой сеткой, полной разноцветных шариков.

— Как вы уже догадались, сегодня мы занимаемся отдельно от других отделений. — Начал мэтр. — Пока за окном не потеплеет, наши практические занятия будут разнесены по времени, так что не забывайте сверяться с расписанием.

Он прошел вдоль ряда, вручая каждому по шарику.

— Сегодня вы должны будете показать, как хорошо умеете контролировать воздух. И это контроль не только направления воздушного потока, но и всевозможных форм вашей стихии. Так что просто прогнать шарик по ровной поверхности будет мало. Я буду учитывать и то, как вы справитесь со всеми препятствиями, и вашу скорость и оригинальность в подходе.

Пока я наблюдала за тем, как Марика проходит испытание, меня разбирал смех вместе с тревогой. Она так старалась сделать все четко, что только больше ошибалась и нещадно ругалась себе под нос. Я пыталась понять, как самой будет лучше выполнить это задание, но магия, словно почувствовав мои сомнения, начала рваться наружу. Я без труда сдерживала ее, хотя в голове так и свербило желание просто дать волю силе, смести все препятствия с площадки и без труда докатить шарик к финальной точке. Но вряд ли подобное сошло бы мне с рук. Так что оставалось лишь внимательно наблюдать за ошибками Марики и других адептов, чтобы самой не совершать такие же.

Марика справилась за десять минут, но мэтр Киган заявил, что так мы провозимся до завтрашнего дня, и изменил правила. Оставшиеся адепты проходили полосу препятствий один за другим, с разницей в три минуты, подгоняя друг друга и хихикая сами над собой.

Мне же особенно «повезло». Сразу после меня мэтр Киган отправил Кати. Каждую секунду мне в спину долетали ее проклятья и причитания на мою безрукость, хотя я проходила полосу в неплохом темпе, и немного застряла лишь к середине, где шарик нужно было аккуратно приподнять вертикальным воздушным потоком и протолкнуть его в небольшое отверстие в боковой стенке деревянного короба. Кати же возилась в самом начале, но вместо того, чтобы выровнять свой шарик в широком желобе, постоянно посматривала на меня и ругала каждый мой шаг.

— Слушай, если у тебя какие-то проблемы, может, стоит попить таблеточки? Я не выдержала очередного оскорбления и резко повернулась к ней, совершенно забыв, что магия на кончиках моих пальцев только и ждет того, чтобы ринуться вперед.

Ахнула Марика, что-то крикнул мэтр Киган, на лице Кати отобразился неподдельный ужас. В последнюю секунду я попыталась отключить поток силы, втянуть его остатки обратно в пальцы. По коже пронесся электрический разряд, а потом меня окутала непроницаемая тьма.

57

Вокруг была тьма, а потом я догадалась открыть глаза. Ничего не изменилось, разве что в некоторых местах темнота была чернее, если такое вообще возможно.

— Проснулась? Как ты себя чувствуешь?

Я попыталась подняться, услышав этот голос, но сильные руки опустились на мои плечи, удерживая меня на чем-то мягком.

— Будет лучше, если ты останешься в постели.

От его бархатного голоса у меня слезы сами собой брызнули из глаз. За что он так издевается надо мной?

Собрав всю свою гордость, я прошептала:

— Со мной все в порядке, мэтр Делвин. Вам незачем тратить свое время.

— Прогоняешь? — Он тихо усмехнулся из темноты, а у меня в груди взорвался целый фейерверк боли. Но она тут же сменилась сладким предвкушением, когда моих пальцев коснулась горячая ладонь. Я закрыла глаза, понимая, что стоит сейчас поддаться, потом будет только больнее. Но раз у меня выпал шанс поговорить, я хотя бы…

— Ваше зелье не действует, мэтр Делвин.

— Ты стала его пить?

— Вы же сами сказали, что так будет легче. Но легче не стало. Надеюсь, хотя бы вам оно помогло. — Сдерживая дрожь в голосе, добавила я.

— Девочка моя, больше не стоит его принимать.

— Не смейте меня так…

Он зажал мне рот ладонью, не давая договорить.

— Тише. Это единственная возможность побыть с тобой наедине, и я не собираюсь ее упускать.

Я замычала и попыталась оторвать руку ректора от своего рта.

— Просто говори чуть тише, хорошо? Полог тишины держится, но лучше не рисковать.

Медленно он убрал руку, проведя напоследок тыльной стороной ладони по моей щеке. Внутри все заныло.

— Лия, если бы я мог — я пришел бы раньше. Но пока я под наблюдением, никто не должен даже догадываться, насколько ты дорога мне.

— Наблюдение? — Сейчас меня больше волновала последняя часть его слов, но желание понять, почему он все это время избегал меня, слишком долго не давало покоя.

— Тот, кто направил меня на эту должность, сейчас пытается найти хоть какую-нибудь мою слабость, чтобы и дальше иметь возможность манипулировать мною. Но единственная моя слабость — это ты, Лия.

Я все еще не видела его — лишь очертания знакомой фигуры проявлялись в непроницаемой темноте.

— Но ты же, — я спохватилась и сбавила тон. — Ты ведь мог хоть как-то сообщить мне. Уэйн, я целый месяц просто сходила