Мы те, кто умрет - Стасия Старк

Его слова режут на части, отрывая от меня куски. Куски, которые мне нужны, чтобы функционировать.

Конечно, именно сегодня Каррик решил устроить полномасштабную атаку. Я ускоряю шаг, едва избегая столкновения с лошадью и повозкой, а владелец повозки ругается мне вслед. Если я не доберусь до Харристона до его отъезда, у меня не будет возможности добраться до Матараса.

У меня кружится голова, когда Каррик прижимает меня к ближайшей стене.

— Он никогда не вернется.

Я толкаю его в грудь.

— Ты думаешь, я этого не знаю?

— Я думаю, в глубине души ты все еще надеешься на это.

Выражение его лица искажено мукой.

— Тогда ты меня совсем не знаешь. Если я когда-нибудь увижу Ти снова, мне понадобятся все мои силы, чтобы не убить его.

Оттолкнув руки Каррика, я разворачиваюсь и ухожу по улице.

— Ты когда-нибудь думал, что, возможно, я никого не хочу? Мне и так хорошо.

Он хрипло усмехается.

— Хорошо? Я шесть лет не видел, чтобы ты улыбалась. Ты жесткая и холодная. Ты не можешь просто отталкивать всех до конца своих дней.

Прерывистый выдох срывается с моих губ. Каррик хватает меня за запястье, как акула, почувствовавшая запах крови.

— Жизнь не должна быть такой тяжелой. Выходи за меня, и мы уедем. Мы возьмем близнецов и отправимся в теплое место.

Он мог бы это сделать. Его отец — один из самых богатых жителей Торна, но Каррик никогда не полагался на деньги своей семьи. Нет, он работал с тех пор, как стал достаточно взрослым, чтобы мечтать сбежать отсюда.

Он предлагает мне все, чего я хочу. Правда, раньше я мечтала услышать эти слова от другого мужчины — давным-давно.

Я предостерегающе встряхиваю рукой, и Каррик с грубым проклятием отпускает меня.

— Я не буду ждать вечно, Арвелл. Я хочу когда-нибудь завести семью. Я хочу сделать это с тобой, но если ты решила зачахнуть тут…

Я останавливаюсь и откидываю с лица прядь темных волос.

— Хватит. — Мой голос звучит тише, чем я ожидала. Проблема с Карриком в том, что он слишком хорошо меня знает. Он знает, как сильно я ненавижу это место. Он знает, что я всегда мечтала увидеть рынки Хиллиана, крепость Диреклифф, острова Сиренсон.

Но я точно знаю, чем это закончится. Я доверюсь ему. Хуже того, я доверю ему и своих братьев. Я не хочу, чтобы мое сердце разбилось еще раз. Когда все рухнет, рухну и я.

— Я должна идти.

Он сердито сжимает челюсти.

— Ты совершаешь ошибку.

Вероятно. Иногда мне кажется, что я только и делаю, что ошибаюсь. Почему в этот раз должно быть иначе?

— Прощай, Каррик.

Он хмурится, глядя на меня и открывает рот.

— Велл!

Я резко оборачиваюсь. И медленное, тошнотворное ощущение обреченности пронизывает мое тело, когда я встречаюсь взглядом с Геритом. Его лицо такое бледное, что кажется серым, по щекам текут слезы. Он тяжело дышит и наклоняется вперед, запыхавшись от бега.

— Это Эв.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Я мгновенно срываюсь с места, смутно осознавая, что Каррик и Герит бегут рядом со мной. Но вскоре я оставляю их позади, мчусь по улицам, уворачиваюсь от матерей с детьми, цепляющимися за их юбки, пар, идущих рука об руку, карманников, снующих в толпе.

О боги. О боги, пожалуйста.

Мои легкие горят, но я поднимаю колени выше, машу руками сильнее.

Что-то ломается у меня в груди.

Нет. Это не оно. Я не теряю своего брата.

Этого не может быть.

Я сворачиваю за угол, и в поле зрения появляется мой дом.

Эврен лежит без сил рядом с нашей входной дверью, хватая ртом воздух. Бран стоит в нескольких футах от него, накинув на голову толстый плащ, и спокойно наблюдает, как мой брат задыхается.

— Что ты наделал? — требовательно спрашиваю я, направляясь к Эврену.

— Я не прикасался к ребенку, — говорит вампир оскорбленным тоном.

— Эврен. Просто дыши.

Его лицо покрывается красными пятнами, дыхание становится прерывистым. Он хватается за мою тунику и пытается что-то сказать. Но из его горла вырывается только сдавленный хрип.

Если бы я могла, я бы вырвала свои легкие и отдал их ему.

Герит с побелевшим лицом падает рядом со мной. За его спиной ругается Каррик.

— Нам нужно отвести его к целителю.

Его слова бессмысленны. Я была у каждого целителя в Торне, и ни один из них не может облегчить эти приступы дольше, чем несколько дней. К тому же у нас нет времени. Это хуже, чем любой приступ, который Эврен переносил до сих пор. Я притягиваю его к себе, как будто моя близость может наполнить его легкие столь необходимым воздухом.

— Это поможет? — Бран достает из кармана плаща два тоника для легких.

Каррик замирает. Медленно поднимается на ноги. Вампир игнорирует его. Самоуверенный ублюдок. Я видела, как сражается Каррик, и он, может, и не победит, но точно причинит Брану боль.

— Ты знаешь, что помогут. Пожалуйста, дай их моему брату. — Я не слишком горда, чтобы просить. Особенно, когда глаза Эврена так широко раскрыты. Когда он смотрит на своего брата-близнеца так, словно молча прощается с ним. Когда Герит дрожит, а по его лицу текут слезы.

Бран спокойно говорит:

— Я так и сделаю. Как только ты согласишься на нашу сделку.

— Сделку? — выдавливает Каррик сквозь зубы.

— Мне нужен гладиатор для императора. — Бран упускает небольшую деталь о том, что тот будет его шпионом и должен будет убить императора. — Выбор за тобой.

Каррик горько и отрывисто смеется.

— Нет.

— Велл, — говорит Герит и берет брата за руку.

Эврен цепляется за мою тунику, пока я не встречаюсь с ним взглядом. Он отчаянно мотает головой, все еще слишком задыхаясь, чтобы говорить. Его губы синего цвета, мышцы на груди и шеи вздулись.

Мой брат умирает прямо у меня на глазах.

— Соглашайся на нашу сделку, и твой брат поправится, — вкрадчиво говорит Бран.

Каррик делает шаг к нему.

— Отдай тоники.

Бран поднимает темную бровь. А затем роняет один из флаконов.

Я вскрикиваю, но уже слишком поздно. Флакон разбивается вдребезги, стекло разлетается, а тоник превращается в фиолетовую лужу на камне.

Бесполезно.

Впустую.

Потрачен.

— Упс, — говорит Бран. На этот раз, когда он улыбается, видны его клыки. Я понимаю, что это угроза, и достаю один из своих кинжалов. Один из моих серебряных кинжалов.

Его глаза вспыхивают, но улыбка