Славяне: происхождение и расселение на территории Беларуси - Эдуард Михайлович Загорульский

отметим, что в источниках встречается несколько названий населения Руси, но все они близки между собой и восходят к одному корню. Наиболее распространенными общими названиями были «руские люди», «руские сыны», просто «русь». Реже употреблялось общее название «славяне». В «Слове о полку Игореве» назван этноним «русич». Слово «русич» в нем выступает в качестве этнонима, а слово «руский» — относительного прилагательного («русская земля», «русские полки», «русские жены», «русские сыны»). В договорах Руси с Византией и в Русской Правде приводится этноним «русин». Все эти названия относятся не к какой-то областной восточнославянской группировке, а ко всему населению Руси.

Общее этническое самосознание закрепилось на Руси рано и очень быстро. Уже самые первые письменные источники убедительно говорят об этом. Как показатель общерусского этнического самосознания можно рассматривать фразу в «Договоре Руси с Греками» (944 г.), что договор заключен от «всех людии Руския земля».

Названия «русский», «Русская земля» употреблялись и в отношении западных земель Руси и ее населения. Вспомним то место в «Слове о полку Игореве», где говорится о битве под Минском в 1067 г., когда скрестили оружие полоцкие и южнорусские полки. «Немизе кровавы брезе не бологомъ бяхуть посеяни. Посеяни костьми рускихъ сыновъ». Как видим, здесь не говорится ни о полянах, ни о северянах, ни о кривичах. Все, павшие на поле брани, и те, кто пришел с Ярославичами, и те, кто был в полку полоцкого князя Всеслава, — все они — «руские сыны», представители одного народа.

В этой связи представляет интерес и рассказ Н. В. Татищева о событиях 1129 г., когда после отказа полоцких князей принять участие в совместном походе на половцев киевский князь послал своих воевод в полоцкие города, чтобы они рассказали их жителям о недостойном поведении их князей, предупредив, однако, воевод, чтобы «русской крови они не проливали». Разве это не свидетельство того, что жители Полоцкого княжества считались такими же русскими, как и остальное население Руси?

Интересно, что и иностранцы рассматривали население Руси как один народ. В Ливонской хронике начала XIII в. полоцкий князь назван «королем русов». То же название «русы» повторяется в послании римского папы Александра князю Миндовгу (1255 г.).

Следует заметить, что этнонимы «русин», «русич», не говоря уже о названии «руский», долго функционировали на территории Беларуси и в последующее время. Белорусский первопечатник Ф. Скорина (XVI в.) в полученном им дипломе Падуанского университета назван «русином из Полоцка». Язык своих книг Скорина называл «руским». В составе Великого княжества Литовского, а позже — Речи Посполитой белорусские и украинские земли, язык местного славянского населения, его православная вера в официальных документах назывались «рускими». Это наименование было закреплено и в названии государства — «Великое княжество Литовское, Жемойтское и Руское». Название «руский» — это общее, коренное самоназвание восточных славян, показатель единого восточнославянского этноса, выражение его общего самосознания.

Можно спорить о том, что появилось раньше — политоним «Русь», обозначавший страну, или этнонимы «русь», «руский», обозначавшие народ, но не подлежит сомнению, что в данном случае этноним и политоним неотделимы друг от друга.

Весьма четким и определенным было осознание русским народом единства своей территории (не государства, а именно территории), которую он населял и которую был обязан хранить и защищать от иноземцев.

«Добра хочу братам Руской земли», — писал в своем «Поучении» Владимир Мономах (1096 г.). «Русьскыя земли игуменом» представляется Даниил Паломник в своем «Хождении в Святую землю» (ок. 1112 г.). Интересно, что в монастыре Святого Саввы он записал в поминание — среди прочих «русских князей» — и «Глеба Менского».

Все содержание «Слова о полку Игореве» проникнуто идеей единой родины «русичей», единой исторической судьбы ее народа. Автор призывает князей положить конец крамолам и объединиться в борьбе с общими врагами. В какую бы часть страны не пришла беда, она — общая для всего русского народа, и все должны преодолевать ее общими усилиями.

В том же «Слове о полку Игореве» прямо говорится, что Полоцкое княжество — тоже Русская земля. Обращаясь к полоцким князьям, коря их за «крамолы», автор «Слова» восклицает: «Вы бо своими крамолами начасте наводити поганыя на землю Рускую, на жизнь Всеславлю».

«Жизнь» — т. е. владения Всеслава, для автора» Слова» — это та же Русская земля.

В «Памяти» Кирилла Туровского (конец XII в.) говорится, что святитель был «рождения и воспитания града Турова, в Руской стране и тако нарицаема».

Осознание единой Родины сохраняется и в период феодальной раздробленности Руси. Существование отдельных русских княжеств с их столицами и великими князьями воспринималось как явление естественное и исторически обусловленное. Все они рассматривались как волости князей единого рода Рюриковичей. И все они составляли одну страну — Русь с одним русским народом. Эта идея особенно сильно выражена в «Слове о погибели Русской земли», написанном либо в конце 20-х гг. XIII в., когда русские впервые столкнулись с монголами и потерпели от них поражение на Калке, либо в 40-х гг. того же столетия после нашествия на Русь войск Батыя. В «Слове» точно очерчены пределы Русской земли: «О светло светлая и украсно украшена земля Руськая!.. Отселе до угорь и до ляховъ, до чахов, от чахов до ятвязи и от ятвязи до литвы, до немець, от немець до корелы, от корелы до Устьюга, где тамо бяху тоймицы погани, и за Дышучимъ моремъ; от моря до болгаръ, от болгаръ до буртасъ, до чермисъ, от чермисъ до моръдви...»

Так и в таких границах — от венгров, чехов и поляков на западе до волжских народов черемисов, болгар и муромы на востоке, и вплоть до Баренцевого (Дышащего) моря на севере — представлялась современнику Русская земля. Легко заметить, что вся территория современной Беларуси включена в эти границы. Именно ее земли граничили тогда с ятвягами и литвой. И все это — единая Русская земля. Таким было осознание древнерусским народом своей Родины даже в удельный период. Ощущение своей территории — один из важнейших признаков народности. Русские люди любили свою Родину и гордились ею. Им приятно было сознавать, что Русь, говоря словами митрополита Иллариона (XI в.), «ведома есть всеми концы земля». Крылатыми стали слова князя Святослава Игоревича: «Да не посрамим земли Русской, но ляжем здесь костьми, ибо мертвые не принимают позора».

Чувством патриотизма проникнуты все древнерусские летописи. Ощущение себя как части одного народа всегда присутствует в авторской позиции летописцев. Они, как правило, были свободны от местечковой ограниченности и осуждали междоусобицы. Сильно переживает автор «Слова о полку Игореве» «которы» между русскими князьями, когда в разные стороны