Синдром отложенной жизни. Как выбраться из хронического «потом» и перейти к реальным изменениям - Вероника Павлова

На мой вопрос, почему, на его взгляд, это переживание не подсказало ему сразу правильную траекторию, он ответил: «Даже не задумывался, что вообще могу хотеть такого». Эта сентиментальность не соответствовала представлениям о мужественности в его кругу общения. В этой ситуации Р. столкнулся с классическими последствиями гендерной социализации, в которой мальчиков воспитывают быть сильными и целеустремленными, а девочек — добрыми и семейными. На этой почве процессы в голове настолько автоматизируются, что поймать за хвост истинные ценности довольно сложно. Особенно в ситуации с Р., в которой эти ценности незаметно поменялись с возрастом.

Спустя какое-то время он продал остатки бизнеса, стал чаще проводить время с семьей, пытаясь восстановить с ней близость. Со слов Р., он по-прежнему чувствовал двойственность, но уже умиротворяющую. С одной стороны, печаль от расставания с бизнесом, с другой — радость и спокойствие от возможности перед новым профессиональным рывком побыть какое-то время в кругу семьи.

После нашей последней встречи я размышляла о том, насколько часто мы склонны вставать на рельсы ожиданий от себя и ехать по ним на автомате до первого серьезного кризиса. Особенно это выражено у людей старшего поколения. Ведь в современной психотерапии — на которую влияет, конечно, и культурный контекст — больший акцент делается на индивидуальные ценности, нежели на коллективные. От вопроса «Как жить надо?» и ориентации на жизнь предыдущих поколений, советов и наказов в процессе работы мы медленно и мучительно двигаемся к «А как жить я хочу?». Ведь ценности — это свободный выбор, пусть и часто лежащий под завалом общественных убеждений. Нельзя заставить человека с трепетом ценить, например, семейные отношения, если он уже как личность сложился и его это не драйвит. Потому что ценности — не заранее назначенные добродетели из списка «хороших вещей», а свободный выбор того, что волнует вас и только вас[8].

Правда, говоря «свободный выбор», мы, психологи, обычно в конце ставим звездочку — ведь на протяжении всей своей жизни люди впитывают различные мнения. Например, на наши ценности влияют убеждения и модели поведения родителей, традиции, религия, искусство, язык и обычаи, присущие обществу, в котором мы выросли и живем. Получая образование и информацию о различных аспектах жизни, истории, искусстве и науке, мы также можем формировать представления о том, куда важно стремиться. Как бы нам ни хотелось, средства массовой информации и мода, транслируемая через них, тоже серьезно влияют на формирование ценностей, предоставляя информацию о жизни не только нашего общества, но и различных культур. Чаще всего из-за того, что мы и наши родители росли в абсолютно разных информационных мирах, взгляды на важное в жизни у нас тоже могут быть разными и все больше расходиться со временем. Поэтому так сложно порой понять близкого человека с совершенно другой «прошивкой».

И конечно, личные переживания, включая кризисы и успехи, также влияют на нашу картину мира и помогают определить, что для нас принципиально. Чаще всего взрослый человек осознанно или интуитивно определяет для себя приоритеты и годами довольно предсказуемо двигается по одной траектории. Но сильный личностный кризис может запустить внутренние перемены, за которыми последуют внешние. Он иногда становится результатом накопленного внутреннего напряжения, которое буквально взорвалось от какой-то последней капли или серьезных внешних событий: угрозы собственной жизни или жизни близких, утраты значимого имущества, рождения ребенка, брака, увольнения или чего-то еще.

Выход из этого кризиса всегда сопровождается переменами, ведь кризис сам по себе означает дезадаптацию человека к текущим событиям и, чтобы из этого состояния выйти, нужно значительно измениться. Со стороны такое иногда называют «кризис среднего возраста», а иногда даже «седина в бороду, бес в ребро». Помню, как моя мама передавала мне житейскую мудрость, описывающую выход из кризиса середины жизни через внешний локус контроля: «Если человек думает, что во всем виновата семья, — он меняет семью; а если виновата работа — работу». Но не всегда перемены такие трагичные. Порой внутренние или внешние события, напротив, толкают нас на путь созидания и помогают больше заниматься благотворительностью, проводить время с семьей, заботиться о здоровье.

Вот как проходил мой кризис среднего возраста. Мне 27, я лежу в коридоре на каталке и отхожу от медикаментозного сна. Молодая женщина перевязывает мне бедренную артерию после ангиографии под отчитывание своего наставника: «А ну не залей здесь все». В приоткрытую дверь напротив я вижу, как группа врачей рассматривает снимки и решает, нужна ли моим мозгам операция. Я это понимаю, мне очень страшно, в голову лезут страшные мысли об инвалидности и молодости, которая вот-вот закончится. Это происходило в очень запутанный период, когда тяжело было определиться, кто я и куда иду. И в этот момент, в коридоре, мне стало на удивление все кристально понятно. Что важно, а что не важно, чего бы я хотела, а чего не очень. И самое горькое — что вся моя жизнь в тот момент была про второе.

Многое ломалось и расцветало в последующий год: расставание после долгих отношений, возвращение в родной город, в профессию, новая влюбленность, брак. Операция мне не понадобилась, но этот период и опыт был таким пробуждающим, что я до сих пор иногда ловлю себя на мысли, глядя на какой-нибудь красивый закат: «Все кристально понятно и ясно». Потому что есть мои ценности, то есть важное, и то, на что я соглашаюсь по глупости, трусости или инерции. Ирвин Ялом в одном своем труде утверждал: «Да, я знаю, что мое существование близится к концу, но конец был всегда с самого начала. Разница в том, что сейчас я дорожу удовольствием точной осведомленности об этом». И мне кажется, многим лучше контактировать со своими ценностями помогает похожий опыт.

Страх операции позволил, не оттягивая, вернуться в профессию и делать то, что у меня получается лучше всего: работать с людьми. А еще увидеть, какую семью я хочу создать, и многое сделать для этого. Конечно, очень хочется понимать свои ценности с помощью легких намеков жизни и по-хорошему, но на том этапе именно погружение на эмоциональное дно помогло мне взяться за свою жизнь всерьез и перестать делать вид, что ощущаемого не происходит. Психологи часто говорят: «Если кажется, то не кажется». Но как страшно смотреть на ситуацию под таким углом и