Приключения Благородного Дика. Белый конь - Елена Владимировна Крыжановская

— Рыцарь Бенглор Ворчун из рода Солнечной поляны… шестьсот восемь!

— Зуб, ну, ты зверь!.. — восхищенно развел руками Аурель. — Горжусь дружбой!

— Ладно вам…

— Как тебе это удалось?

— Это ведь минус десять, — скромно ответил Бенглор. — Срезал путь через горы… Подождите, ведь Милон раньше нас приехал!

— Точно… в чем дело? — забеспокоился Грош.

— Не знаю.

— А я знаю, — заметил Диллин. — Штраф за то, чтобы не лез к совету раньше других!

— Наверно.

— Рыцарь Милон-младший, наследник рода Тенистых оврагов!..

Милон, волнуясь как на экзамене, предстал перед советом скачек.

— Выехав с поляны сбора, вы пересекли границу Светлой дубравы и проехали мимо трона первого государя леса. Сто один. Далее, Озерные поляны, Изумрудные предгорья с посещением центрального солёного родника… ещё сто два. Болотный край, Тенистый овраг, плюс встреча с его правителями — двенадцать. Простите, а что вам понадобилось в туннеле, ведущем напрямую в Паучий угол. Вы разве не помните, что срезать путь через переходы недозволено?

— Я, то есть мы, не имели намеренья срезать путь, зайдя в пещеру. Можете считать, что я не был в Паучьем углу.

— Однако, вы там побывали. И даже спасли от смерти редкую огненную цаплю, одну из достопримечательностей тех мест. Так что, если вы не желаете принять награду в сто десять балов за Паучий угол и отказываетесь от одного, за посещение его границ, пожалуйста… Итак, снова Болотный край — увы, ничего. Спрутобор, Серебряные осины… и Цветущие луга великой принцессы Феолинды. Выехав на любую из ее полян, вы посещаете самое сердце этого края, так что, сто три… Тенебор и снова Озерный край?

— Я не был там. Это Дик…

— Путешествия компаниями всегда сбивают с толку, если спутники то сходятся, то расходятся, — недовольно заметил один из судей. — Скоро будем снимать десятку с тех, кто участвует не самостоятельно!

— А сколько вы добавите за то, что Дик остановил подлые нападения на участников скачек, разогнав банду оборотней? — запальчиво спросил Милон. — Спросите, сколько на поляне тех, на ком остались следы зубов приятелей Уранды и Лундора! И спросите эхо, случались ли нападения после нас?

— Подобные выходки и любые помехи в скачках раздражают совет не меньше, чем путаница с маршрутом, — сдержанно ответил глава совета. — Но никто не пострадал в той мере, чтобы это коснулось правил. Все желающие могут подать в суд поодиночке или объединив показания. Но обжаловать результат гонки им не удастся. Препятствия каждый преодолевает в меру своих сил.

Милон поклонился, скрывая возмущение. И молча слушал перечень своих заслуг.

— Итого, считая перевал на Сосновых кручах как достопримечательность края, ещё двести двадцать четыре, — наконец провозгласил совет. — Общая сумма, шестьсот пятьдесят пять!

Орден бурно приветствовал своего предводителя. Результат Милона пока лучший из всех. Теперь сумма ниже шести сотен сразу отметалась слушателями, как безнадежная. Рекорд Милона держался долго, но когда объявили «Лундор, семьсот десять» лес снова содрогнулся.

Поляна участников кричала громче зрителей. А орден Милона-младшего — громче всех.

Для Дика эта цифра означала не чужой престиж, а новую потерю крови. На милость победителя рассчитывать не приходилось. Но рыцарь встретил объявление совершенно невозмутимо. И так же, без внешних признаков волнения, предстал перед советом скачек.

— Дик?.. — совет переглянулся. — Вы можете удостоверить свое имя, рыцарь?

— Других не спрашивали!

— Это добровольное предложение, не сердитесь. Приступим… до возвращения в Озерный край, ваш путь шел рядом с Милоном из Тенистых оврагов. Полагаю, никто не сомневается в правильности подсчета? Итак, четыреста тридцать. Вы встречались с владычицей Озерного края?

— Да.

— Плюс десять. Сосновые кручи, Терновый угол, сто два… Правда ли что вы сознательно покинули лес во время скачек и отсутствовали более часа?

Дик молча кивнул.

— Угодно ли вам, рыцарь, назвать причину подобного нарушения правил?

— Это имеет значение?

— Разумеется.

— Прекрасная дама.

Поляна зазвенела переливчатым смехом. Их разговор над воронкой гриба в форме уха слышал весь лес. Дик, не дрогнув, ждал, пока волны улягутся.

— Минус сто, — объявил совет. — Учитывая…

— Позвольте мне, — вмешался Милон, — прояснить обстоятельства. Всё-таки, мы ехали вместе. Дик покинул пределы леса, чтобы спасти человека, жизни которого угрожала опасность!

— Что вы говорите? — удивился глава совета скачек. — Вы видели эту опасность?

— Не видел, но…

— А вы сами видели эту даму? — коварно спросил один из советников, помня, что речь идет о выходе за границы лесной страны, закрытые в момент скачек.

Милон покраснел, но четко ответил, что сам он не мог видеть то, что происходит по ту сторону границы. Но верит слову своего спутника. Кроме того, наблюдатели вне границ леса, наверняка видели Дика. Те же орлы. Пусть они подтвердят, была ли девица на скале над рекой и грозила ли ей опасность.

— Юноша, — внушительно промолвил глава совета. — Мы не верим неподтвержденным слухам. Поэтому, едва сообщают, что один из участников разрывает границу, за ним тут же устремляются наблюдатели и докладывают нам подробности нарушения.

— Значит, вам известно, что Дик спасал чью-то жизнь?

— Безусловно. Нам даже известно имя этой особы, которое мы пока разглашать не будем. Не мешайте совету вести подсчет, будьте добры!

— Господа, а ведь есть такое старинное правило, припоминаете?.. — всплеснул руками один из судей.

— Совершенно верно, — высокий худой распорядитель поклонился совету. — Если участник скачек остановится ради спасения человеческой жизни, и после сможет вернуться к гонке, да будет добавлено к заслугам его пять сотен. Я не ошибаюсь?

— Точно, точно, пятьсот! — закивали советники. — Но закон касается только граждан леса.

— Дик почетный гражданин леса и его крестник! — выпалил Милон. Несмотря на недвусмысленную просьбу главы совета, юный эльф снова выступил в защиту нового друга.

— Разумеется, — глава совета сохранял хладнокровие. — В противном случае, он не мог бы участвовать в лесных скачках. Гражданство странников весьма широко, но речь о гражданстве спасенного. Эта дама гражданка леса?

— Нет, — сразу ответил Дик, не давая Милону возмутиться. — Довольно об этом. Дальше.

— Ваша скромность похвальна, рыцарь, — едко заметил глава совета. — Но закон касается именно вас. В рабстве у водяного змея, «короля реки», находились два гражданина леса, которые с его гибелью получили