Лапшичная, исцеляющая сердца - Там Чаён
Гость прожевал лапшу, запил ее водой и, опустив палочки в тарелку, вдруг ни с того ни с сего начал:
– Кинотеатры, рестораны, путешествия.
Чхэи очнулась от своих мыслей и удивленно взглянула на него.
– Лично я это не люблю. Фильм посмотришь – и сразу забудешь, о чем он был; еда дорогая, а ничем не отличается от той, что дома приготовить можно. И еще ведь надо куда-то специально ехать, тратить деньги и мучиться с выбором. Раньше я так думал.
– Слишком уж вы все рационализируете. Попробуйте посмотреть на это с другой стороны. Во всех этих хлопотах и таится что-то особенное. То, что делает обычный день ярче. Романтика же!
– Ага. Я к этим вещам так относился, просто потому что мы с отцом никогда ничего подобного не делали. Обычно дети именно в семье узнают о ценности таких занятий, потому что вместе с родителями все впервые испытывают. А у меня из особых воспоминаний из детства – один лишь пакетированный удон. Вот я и жил так, обесценивая то, чего не имел. – Он прерывисто выдохнул, словно усмехнулся. – А потом благодаря другу и в кино пошел, и в ресторан, и даже впервые в жизни в путешествие выбрался.
– Чем больше слушаю, тем больше понимаю – замечательный у вас друг. И как оно, понравилось?
– Сначала было утомительно и все раздражало. – Он поднял ладонь, увидев, как Чхэи собралась было ему возразить. – Но потом я понял, что признателен ему за это. Наконец узнал, что такое настоящие, ценные воспоминания. Благодаря ему даже смог нормальные отношения с девушкой построить. Помню – мы с ней идем за руку по побережью, закат невероятной красоты… «Жизнь такая бессмысленная и сложная, но, когда я рядом с тобой, она обретает значение. Хочу теперь всегда быть с тобой, строить наш собственный, бессмысленный и скучный маленький мир…»
– Подождите… Вы сделали ей предложение? Ничего себе! А она что?
– Сказала «нет». – Мужчина поднял миску и сделал большой глоток бульона, втянув вместе с ним несколько ниточек лапши. – Но это было предсказуемо. Ее родители были резко против. Я ведь сам себе обещал – не ждать от этих отношений ничего. Думал, мне будет достаточно хотя бы того времени, что мы проводим вместе. Но закат был таким прекрасным, что я не удержался и выложил все как на духу.
Его история была похожа на американские горки. У Чхэи даже выступил холодный пот. Сколько же времени ему понадобилось, чтобы научиться так спокойно об этом рассказывать? В этой невозмутимости Чхэи отчетливо чувствовала запах крови, которая выступает на губе, когда сильно впиваешься в нее зубами, чтобы сдержать эмоции. Она откашлялась, чтобы избавиться от сдавившего горло ощущения.
– Когда умер отец, – продолжил он, ковыряя палочками лапшу, – я не так уж сильно горевал. Наверное, потому что, еще когда был совсем ребенком, понял одну вещь – человек в конце концов всегда остается один. Так и жил, считая одиночество чем-то естественным. До поры до времени. После расставания с девушкой мне вдруг стало по-настоящему страшно. Что, если я никогда не смогу создать семью? Что будет, если я больше не смогу выдерживать одиночество?
– Мне очень жаль. – Чхэи выдавила из себя дежурную фразу. Ничего лучше в тот момент придумать она не смогла.
– Нет, все нормально. – Он смутился, замахал рукой, и бульон с палочек брызнул ему на рукав. Гость тут же схватил салфетку и поспешно вытер ею свитер. – На удивление, все эти мысли быстро прошли. Я тогда понял одну вещь: у меня уже есть семья. Человек, который не ложится спать, пока не дождется моего возвращения домой, который с одного взгляда понимает, что у меня что-то случилось. Который беспокоится о моем здоровье, пристает с глупыми разговорами. Который всегда рядом, даже когда я становлюсь невыносимым.
Чхэи расплылась в лучезарной улыбке.
– Если человек всегда рядом – он и есть твоя семья. – Уголки его губ едва заметно изогнулись вверх. – Я думал, что моя жизнь – это немое кино, а мой друг будто бы добавил в него звук. Получается, что такое семья? Имена, которые появляются на экране, когда фильм заканчивается.
Чхэи повторила про себя его слова, представляя, чьи имена были бы в титрах в конце ее коротенькой жизни.
– Какие красивые слова… – И тут же ее сердце сжалось. А ее имя – появится ли оно в чьих-нибудь титрах? Или не будет ни единого человека, у кого в конце «фильма» она будет упомянута?
– Я обычно так не выражаюсь. Это мой друг – эксперт в красноречии, а я лишь его слушатель. Но сегодня вдруг почему-то стало невыносимо молчать. – Он соскреб палочками последнюю прилипшую ниточку лапши со дна тарелки. – Говорят, люди меняются, когда близится смерть. Наверное, так и есть. Или… Может, я просто репетирую встречу с отцом. Мы оба не очень разговорчивые, надо, чтобы хоть кто-нибудь разбавлял тишину.
На сердце Чхэи будто свалился огромный камень. Гости ведь не знали правды: нет никакого загробного мира, где они могли бы встретиться со своими умершими близкими. Она это знала, но сказать не могла.
– А я похвастаюсь отцу. Скажу ему, что прожил интересную жизнь. Достойную. – Он отложил палочки.
– Извините, – сказал гость, дождавшись, когда хозяин Чэ закончит мыть посуду. – Можно попросить вас об одном одолжении?
Хозяин Чэ вопросительно поднял бровь. Ничего хорошего это не предвещало. Но гость, который этого не знал, не обратил на его выражение лица внимания и как ни в чем не бывало продолжил:
– Скоро малыш родится. – Заметив непонимающий взгляд Чхэи, он торопливо добавил: – У друга, не у меня. Они с женой столько лет пытались завести ребенка, и вот наконец получилось. Совсем скоро срок.
– Ближе к делу. – Хозяин Чэ скрестил руки на груди и понизил голос.
Мужчина, который до этого спокойно рассказывал о всех пережитых жизненных трудностях, вдруг стушевался:
– У меня есть идея, как его назвать. Хотелось бы передать им. Еще и похороны прямо перед родами, не очень хорошо. Может, можно подождать хотя бы до того, как он родится?..
– Нет, – ответил хозяин Чэ, даже не дослушав гостя, и отвернулся. – Ты уже съел лапшу. Теперь нужно быстрее отправляться туда, где тебе место.
– Ну, я так и думал. На всякий случай
