Лапшичная, исцеляющая сердца - Там Чаён
Сон-младшая похлопала ладонью по свободному месту рядом с собой, предлагая Чхэи сесть. Та быстро воспользовалась приглашением – это было лучше, чем расположиться рядом с рассерженным Паком.
– Я Ён, мне девятнадцать. Мы почти одного возраста, так что можете ко мне на ты обращаться, – сказала Чхэи.
Тами уже собирался опуститься рядом с мальчиком, как вдруг снаружи раздался знакомый голос:
– Ким, ты здесь? Если да, то выходи давай!
Чхэи мгновенно узнала Чон, женщину, которую они с Тами встретили тогда по пути в лавку. Он замер, не успев сесть, застыл в неловкой, полусогнутой позе, опираясь рукой о землю.
– Он тут! Сейчас выйдет! – откликнулась Сон-младшая, заметив, что Тами так и стоит неподвижно. – Она все время вас ищет. Из-за бабули. Идите скорее, – добавила девочка.
Тами посмотрел на Чхэи, на выход из пещеры, снова на Чхэи. Сон-младшая увидела, как он колеблется, и притянула Чхэи к себе за плечо.
– Ну что вы, мы присмотрим за ней. Не съедим же!
– Ага. Не переживайте за нее, идите, – поддержала Сон-старшая.
Уговоры заставили его наконец подняться. Он встретился взглядом с Чхэи, и та кивнула ему. Тем временем голос снаружи звучал все ближе. Тами окинул Чхэи полным тревоги взглядом и вышел из пещеры.
– Ну, рассказывай, как там, в университете? Красавцев много? Каждый день пьете и гуляете? А парень у тебя есть? Или, может, был?
Стоило Тами уйти, как Сон-старшая завалила Чхэи вопросами. Ее горящие глаза заставили девочку смутиться.
– Вообще, я только недавно сдала экзамены и весть о поступлении узнала. Еще не успела на парах побывать даже…
– Да? Ну, все равно поздравляю!
Скрыть разочарование Сон-старшей не удалось, и Чхэи почувствовала себя неловко, будто она не оправдала ее ожиданий. Однако в ту же секунду Сон вновь оживилась:
– А куда поступила? На какую специальность?
И тут Чхэи осознала, что не помнит ни название университета, ни факультет. В памяти осталось лишь чувство радости, которое она испытала, когда узнала, что прошла. «А как я узнала, что поступила? Кто мне сказал?» – пронеслось у нее в голове.
– Ну ты хотя бы намекни. Мы бурно не будем реагировать. – К уговорам присоединилась Сон-младшая.
Чхэи отчаянно старалась восстановить в голове хоть какие-то детали, но не находила ни единой зацепки. Нижняя челюсть дрожала, однако она пыталась себя успокоить: «Это все потому, что я уже очень много времени провела здесь, в Пограничье».
– А какой смысл-то? – пробурчал из угла Пак. – Все равно ты туда не попадешь.
В одно мгновение взгляд Сон-младшей стал жестким и злым.
– Слушай, я же говорила так не выражаться!
Ее резкие слова мигом остудили уютную атмосферу пещеры. Пак надулся и молча отодвинулся подальше в темный угол, не найдя что ответить. Совсем распоясался? Опять твой подростковый бунт? С каждым днем все наглее и наглее.
– Ладонь девочки сжалась в кулак.
– Хватит, не надо так. – Сон-старшая схватила подругу за запястье. – Это моя вина, не надо было такие вопросы задавать. Прости, Ён, – сказала она, стараясь сгладить ситуацию.
Сон-младшая тоже нехотя извинилась. Сон-старшая повернулась к Паку и протянула ему руку в знак примирения. Из тени показалась его ладонь, но она лишь оттолкнула руку девочки.
– Ты с ним слишком мягкая, вот он и садится на голову. – Глаза Сон-младшей снова опасно сверкнули, и взгляд ее метнулся прямо к Паку.
На потолке дрожали тени их лиц, жутко искажаясь в свете свечи. Чхэи окутал ужас – она вдруг стала терять ощущение реальности.
Губы Сон-старшей неестественно искривились.
– Ён, если ты поступила и почти училась в университете, то ппочему ты здесь?
– Что значит «почему»? – Глаза Чхэи метались по лицу собеседницы, она не могла понять, что та имеет в виду.
– Если не хочешь, можешь не отвечать. Просто… лично я не понимаю. Для меня поступить в университет было единственной целью и мечтой. А ты достигла того, чего я так отчаянно желала, и при этом все равно… – Она замялась, и эта пауза показалась Чхэи вечностью.
Где-то внутри нее постучали в дверь. Сначала спокойно, потом все быстрее. Чхэи интуитивно поняла, что если откроет ее, то перестанет быть тем ничего не понимающим о Пограничье наивным «дитенком». Она задержала дыхание и стала молиться, чтобы в дверь перестали стучать.
– Почему ты покончила с собой? – Из тени внезапно послышался голос Пака. – Ты ведь прыгнула с крыши, да?
Мир перед глазами поплыл. Силуэт Сон-старшей, с ее помятыми очками, раздвоился, уши заложило, закружилась голова. Теперь на лице у Сон появилось темное отверстие; все в пещере исказилось и стало тянуться внутрь этой дыры. Дыхание перехватило.
Чхэи отдаленно услышала, как кто-то ее зовет, но этот голос словно заглушал сильный ливень. Последнее, что она ощутила, – как кто-то подхватил ее сзади за плечи. Меж тем огромная черная воронка засасывала и ее саму, и все ее воспоминания.
– Ён!
Ён! – Когда Чхэи пришла в себя, она почувствовала, как цепкие руки Сон-младшей трясли ее за плечи. Она невольно выдохнула зажатый в легких воздух. Солнечный свет, пробиваясь сквозь тонкую ткань ее капюшона, жалил макушку. Она лежала, облокотившись на каменную стену, у входа в пещеру, а Сон стояла рядом и смотрела на нее сверху вниз.
– Все в порядке? Приходишь в себя?
Чхэи вдруг подумала, что у Сон-младшей очень красивые глаза. В ярком солнечном свете ее лицо казалось еще моложе.
– Да, – ответила она. – Внезапно стало трудно дышать…
Сон выдохнула с облегчением и уселась рядом.
– Мы не думали, что так получится. Вот же… Этот паршивец Плак-Плак, я бы его… – Сон вскочила, готовая ворваться в пещеру и разобраться, но Чхэи остановила ее, и та снова опустилась рядом. – Прости. Мы знали, что ты совсем недавно пришла, но думали, что дядя Ким тебе все объяснил.
Чхэи хотела уточнить, о ком идет речь, но быстро поняла, что девочка имеет в виду Тами. Она решила спросить кое-что другое:
– Значит, вы все…
– Наложили на себя руки. – На лице у нее появилась слишком беспечная для таких слов улыбка. Светло-карие глаза смотрели вниз с горы. – Не только мы, а все, кто здесь живет. И ты, получается, тоже, да? В каждой отдельной пещере собираются «похожие» люди. Например, и я, и Сон-старшая, и Пак – мы все прыгнули с высоты. Не спрашивай почему. Причины до боли банальны.
Сон говорила о таких ужасных вещах так спокойно, что Чхэи не могла больше на нее смотреть и отвернулась. Однако на людей, снующих вокруг, ей тоже было смотреть невмоготу, поэтому она подняла глаза к небу. Девочка чувствовала, что Сон дырявит ее взглядом, и не повернуться к ней не могла.
– Я не стану спрашивать, что случилось. Наверное,
