Кондитерская на Хай-стрит. Жизнь с чистого листа - Ханна Линн

Буду у тебя в шесть. Заодно избавлюсь от ежевечернего купания детей.

И ровно в шесть часов – буквально через несколько минут после того, как сама Холли вернулась в коттедж, – раздался стук в дверь. На этот раз Кэролайн явилась с бутылкой джина и набором разнообразных тоников.

– Не понимаю, как ты еще умудряешься держаться на ногах, – сказала она, выслушав рассказ Холли обо всем, что произошло со времени их последней встречи.

Холли усмехнулась.

– Если честно, я и сама не знаю, как мне это удается. Хотя плакаться не собираюсь. Магазин работает, в общем, неплохо, особенно если учесть сложившиеся обстоятельства. Вот только я, к сожалению, до сих пор не получила известий от ипотечной компании. Мне-то казалось, что им давно пора мне ответить.

– Ну, насколько я себе это представляю, процедура предоставления ипотеки требует времени. Особенно если речь идет о бизнесе и торговом помещении. И потом, если помнишь, «никаких новостей – это уже хорошие новости».

– Возможно, ты права. Даже наверняка права. Ведь если бы они собирались мне отказать, то, скорее всего, уже отказали бы.

– Вот именно.

– Хотя то, что распроклятый Санитарный Инспектор свалился мне как снег на голову, было, по-моему, подстроено специально.

И Кэролайн – хоть она, едва войдя в дом, и объявила, что выпьет совсем чуть-чуть, – тут же снова наполнила их стаканы, причем на две трети именно джином.

– Мне бы, честно говоря, и в голову не пришло, что вы какие-то сласти делаете своими руками. Я всегда думала, что вы все покупаете готовым.

– Так и есть. И, насколько мне известно, в нашей кондитерской самодеятельностью никогда не занимались.

– А как насчет мороженого? Мороженое ты летом продавать собираешься?

Холли ответила не сразу. Понюхала свой только что заново наполненный стакан, решила, что в нем практически стопроцентный джин, и подлила немного тоника.

– Ну-у, летом… Я ведь пока и трех недель здесь не отработала! – сказала она. Потом все же пояснила: – Нет, мороженым мы торговать не будем. Хотя Агнес всегда этого хотела. А вот Мод была против, она считала, что это связано с излишним напряжением. А почему ты спрашиваешь?

– Это, возможно, ничего не значит, но Майкл довольно долго работал в окружном совете, и у него есть друзья в Министерстве здравоохранения, и, по-моему, кто-то из них совершенно точно говорил, что такие магазины, как твой, никакой инспекции со стороны их министерства не подлежат. За исключением тех случаев, когда становится известно, что они сами, частным образом, производят на продажу продукты питания или торгуют мороженым собственного изготовления, которое тоже считается едой. Я уверена, что он сказал именно так, и помню, что этот дурацкий разговор закончился спором о том, как долго можно прожить на одних пакетиках с шербетом. Впрочем, возможно, речь шла о «клубничных кружевах»? Таких деталей я, конечно, не помню, зато суть высказываний этого парня помню совершенно точно.

Джин, несколько разбавленный тоником, понравился Холли гораздо больше. Уютно подобрав под себя ноги, она задумалась над словами Кэролайн. Ей становилось все более очевидно, что на самом деле она очень плохо представляет себе, что значит быть хозяйкой кондитерского магазина и самостоятельно вести торговлю.

– Может, у них с тех пор изменились правила? – почти со стоном вырвалось у нее. – Они же вечно их меняют!

– Может, и так, – сказала Кэролайн, но Холли все же заметила и ее неуверенный тон, и написанное на лице сомнение.

Вообще-то Холли страшно хотелось перестать обсуждать события очередного неприятного дня, и она решила сменить тему. Собственно, ей с самого начала хотелось задать этот вопрос, и она задала его, устроившись еще уютней и стараясь говорить равнодушным тоном:

– Кэролайн, ты, случайно, не знаешь человека по имени Джайлс Кэверти?

Глаза ее подруги коварно сверкнули.

– Кто ж не знает Джайлса Кэверти!

– Вот даже как? А что в нем такого?

– Это очаровательный искуситель, на редкость обходительный и дьявольски привлекательный. Но доверять ему не стоит, если не уверена, что способна одержать над ним победу. А теперь встречный вопрос: ты откуда его знаешь?

Холли показалось, что подобная характеристика не слишком льстит Джайлсу, да и упоминать о своих не слишком удачных свиданиях с ним ей не хотелось, и она сказала:

– Просто он пару раз заходил ко мне в магазин, только и всего.

– А что, каждый, кто регулярно заглядывает в твой магазин, непременно тебе представляется? – насмешливо спросила Кэролайн.

– Ну, хорошо, забудем. Я спросила о нем из чистого любопытства. Он показался мне симпатичным. Должны же у меня появиться в деревне какие-то знакомые. А то получается, что ты – мой единственный друг на всю округу.

– Можешь мне поверить: Джайлс Кэверти никогда и ничего не делает просто так и всегда заботится исключительно о собственных интересах. И потом, почему бы мне и не быть твоим единственным другом? Я чудесно умею дружить, и со мной не соскучишься.

– Это правда. Я как-то совершенно об этом позабыла.

В ответ Кэролайн широко улыбнулась, и на душе у Холли наконец потеплело. Она никак не ожидала, что этот ужасный день завершится так приятно.

– Вот за это и выпьем! – предложила Кэролайн, поднимая свой стакан и чокаясь с Холли. – За хороших друзей, черт побери!

– За хороших друзей!

* * *

– Почему, черт возьми, мне выписали такой огромный счет за воду? Лучше бы пришли и посмотрели, какая у меня маленькая раковина. Бред какой-то!

Холли уже привыкла разговаривать сама с собой, особенно когда оставалась в магазине одна. Хорошая погода продержалась лишь один день, во вторник, а всю остальную неделю на нервы действовали бесконечные моросящие дожди и мрачные, не желавшие рассеиваться тучи. Покупателей было мало, и даже те редкие смельчаки, что отваживались добраться до ее магазина, не спешили расставаться с деньгами. Многие и вовсе сразу уходили, что-то ворча насчет неумеренной дороговизны (хотя самой Холли цены в кондитерской казались вполне умеренными), а у некоторых покупки ограничивались одним-двумя леденцовыми «камнями». И снова финансовая ситуация оказалась на переднем крае ее мыслей. Если бы ей удалось более-менее успешно проторговать до Пасхи, да еще при условии достойного запаса сезонных товаров в кладовой, то все должно было бы сложиться удачно.

«Сложи деньги высокой стопкой, а потом смотри, как они разлетятся в разные стороны», – любила повторять Агнес, и Холли считала, что Агнес совершенно права. А потому она вновь и вновь снимала деньги со своей кредитной карты,