Лапшичная, исцеляющая сердца - Там Чаён

Чхэи обернулась. Он неподвижно смотрел перед собой и даже не собирал посуду со стола. Девочка подошла, стала складывать тарелки одну в другую и коротко ответила:

– Конечно не ждем. Солнце ведь встало.

– Нет. – Он перевел на нее свой мутный взгляд. – Кристалликов больше нет.

Руки Чхэи, подвижно прибирающие со стола, остановились. Уточнять не имело смысла – и так все было ясно. Муж и жена оказались последними гостями хозяина Чэ. А это значило, что ее шарик судьбы так и не нашелся.

Хозяин лавки выглядел растерянным. Он столько лет делал только то, что ему велели. И когда все закончилось, не мог поверить, что это правда происходит.

– И что теперь? – сказал он вдруг, совсем не в своем духе, нерешительно. В его голосе не было беспокойства, только пустота и непонимание, когда не знаешь, что делать со своей жизнью дальше.

– Почему вы меня это спрашиваете? Это вы должны разобраться, не я.

Ее глаза наполнились невыплаканными с ночи слезами. Во взгляде девочки читалось отчаяние. Он не смог его выдержать и отвел глаза. Хозяин Чэ не думал, что этот день правда когда-то наступит. Поэтому, даже несмотря на свое обещание вернуть ее в Мир Живых, ни разу не задумывался, как это сделать.

«Так, а я?» – В голову пришел другой, совсем не связанный с Чхэи вопрос. Все это время он только и делал, что ждал окончания своей работы в лавке, но ведь и сам не знал, как вернется в Мир Живых. Он открыл морозильник, который за эти годы открывал уже бессчетное количество раз. Вот оно. Внутри. И причина, по которой он оказался здесь, и причина, по которой все еще не мог уйти.

Лавка еще не закрыта. У него остался один последний гость.

– Господин Чэ! – закричала Чхэи, и он резко повернулся к ней. – Что же мне делать?

Он снова оглядел пустой морозильник. Пустой. Совсем пустой. Никогда такого не видел: с того самого дня, как хозяин Чэ оказался в Пограничье, он всегда был набит кристалликами. Но пустующие полки морозильника – это не все изменения, которые произошли. Хозяин Чэ поднял глаза к бумажному фонарю. Там, где всегда дрожал огонек, теперь не было ничего. С рассветом пламя погасло.

Раздался размеренный стук каблуков его ботинок по деревянному полу. Все это время он почти не выходил из кухни. Так было проще – раз уж он прикован к лавке, то не лучше ли совсем подавить в себе мысли о свободе? Блестящий носок лакированного ботинка остановился у самого выхода.

«Я правда могу выйти?» Он опустил ладонь на дверную ручку. Оставался один способ разрешить сложившуюся ситуацию. Сработает он или нет, станет понятно, только когда он откроет дверь. Рывок – и она распахнулась.

Жаркое солнце ударило своим светом в лицо. От его давно забытой яркости защипало в носу, и хозяин Чэ прищурился. Морщины на переносице заполнил теплый свет. Он глубоко вдохнул, шумно выдохнул – и сделал шаг вперед.

До этого момента все было так же, как и раньше. Он уже пробовал выйти из лавки. Зажмурился, выставил вторую ногу за порог – и, по привычному сценарию, его должно было затянуть обратно, словно кто-то ухватил за шиворот и затащил внутрь. Но когда хозяин Чэ открыл глаза, обе его ноги твердо стояли на берегу огромного океана песка.

В ту же секунду цепкая рука потянула его обратно внутрь. Дверь захлопнулась, а перед ней, загораживая проход, стояла Чхэи. Теперь они с хозяином Чэ будто поменялись ролями.

– Что вы делаете? Сбежать решили? Как вы вышли наружу? Вы же не можете!

Одна бровь хозяина Чэ резко изогнулась.

– И как давно ты об этом знаешь? Ладно, неважно. Морозильник пуст, пламя в лампе погасло, теперь я могу выйти.

– Вы убегаете? Но вы же обещали! Сказали, что вернете меня домой.

– Никуда я не бегу. Мне же нужно как-то сдержать обещание, поэтому и ухожу.

Ее взгляд смягчился.

– Вы что-то придумали?

– Пойду в Мир Иной. Найду там хотя бы одного бога. Попрошу отправить тебя обратно, положить конец всему этому кошмару.

Он снял фартук и аккуратно положил его на стол. Затем опустил белые рукава рубашки и застегнул манжеты – впервые за долгие годы. Удивительно, но спустя столько времени, ткань была ровной, без единой складки.

– Это же очень… – Чхэи закусила губу, и та сразу же покраснела. – Это опасно. А если попадете в Мир Иной и вернуться оттуда не сможете?

– Ты же сама просишь, чтобы я вернул тебя домой. Надо хоть что-то для этого предпринять. От того, что мы будем просто сидеть и ждать, твой шарик судьбы сам не появится.

– А госпожа Чин? – Чхэи с надеждой взглянула на него. – Может, стоит подождать ее? Вдруг она принесет мой кристаллик…

Хозяин Чэ страдальчески вздохнул, покачал головой, пальцы по привычке с силой прижались к вискам. Чем сильнее он давил, тем острее становилась головная боль.

– От госпожи Чин я никогда не получал кристалликов. Значит, нужен другой способ.

– Тогда, может, я пойду с вами?..

– Не упрямься. Пока что это единственный выход. Сама же знаешь: мне придется с ними договариваться по поводу тебя. – Пульсирующая боль прорезала виски, хозяин Чэ сдался и убрал руки от головы.

Чхэи опустила глаза, закусила губу и нервно забила пяткой по полу. Он подошел к девочке вплотную. Хозяин Чэ понимал, что обязан был выполнить обещание, данное ей. Судьба Чхэи теперь была в его руках.

– Дитенок, – тихо позвал он.

Она подняла голову и посмотрела на него глазами, полными слез. Сердце его болезненно сжалось.

– Поверь мне.

Чхэи отвела взгляд, ее глаза беспокойно блуждали по помещению. Хозяину Чэ показалось, что его сердце вот-вот разорвется на части. Он опустился перед девочкой на одно колено, чтобы быть с ней на одном уровне, и снова поймал ее взгляд.

– Мне тоже не будет жизни, если я не смогу вернуть тебя в Мир Живых. Поэтому я сделаю все, чтобы найти способ помочь тебе. Жди. Я всегда держу свое слово.

В его взгляде Чхэи увидела уверенность. Слезы немного отступили. Она ухватила рукав толстовки пальцами и промокнула им глаза.

– Я вас подожду. Сдержите обещание.

Хозяин Чэ поднялся на ноги. В этот миг дверь распахнулась. Тами стоял в проходе и недоуменно смотрел на них двоих.

– Что тут происходит?

Он медленно зашел в лавку.

– Слушай, у меня к тебе просьба, – обратился к нему хозяин Чэ.

У Тами чуть глаза не вылезли из орбит – на него не только на накричали, но и обратились с «просьбой».

– Присмотри за ней. И чтобы из лавки