Кондитерская на Хай-стрит. Жизнь с чистого листа - Ханна Линн
– Знаю я этого кота, его вся деревня знает, – сказал Бен, подавая Холли стакан воды. – Ей-богу, Виктор, можешь спросить любого. Кошмарное животное. Однажды он приволок в банк птицу. Взрослую и еще живую. В банке было полно народу, а он ее отпустил. – Пытаясь защитить Холли, Бен говорил с куда большей страстностью, чем ей когда-либо доводилось видеть.
– Это, возможно, будет учтено, Бен, однако мисс Берри обязана прежде всего заботиться о здоровье и благополучии своих покупателей.
– И что это значит? – спросила она. – Что будет с моим магазином?
– Я всем сердцем на вашей стороне, мисс Берри, но никак не могу разрешить вам вновь его открыть. По крайней мере, пока я не подпишусь под протоколом о его полной инспекции.
– И что это значит? – снова спросила Холли.
– Ну, очевидно, вам придется пройти полный паразитарный контроль и разрешить провести здесь любые процедуры, каких он потребует. Когда инспекторы будут полностью удовлетворены решением этой проблемы, вы сможете назначить мне здесь новую встречу. Если вы сумеете сразу же со всем этим справиться, то, надеюсь, вам уже через пару недель разрешат возобновить торговлю, но решение, разумеется, будет зависеть от результатов тщательного обследования. Если вам не удастся получить положительное заключение, магазин так и останется закрыт.
Пара недель! Холли показалось, что кто-то с силой ударил ее ногой в живот.
– Нет, – сказала она, – ни за что. Дело вот в чем: если в ближайший уик-энд магазин работать не будет, со мной покончено. Как говорится, конец игры. И все мои усилия псу под хвост. И огромное количество потраченного времени. А сам магазин тут же загребут застройщики.
– Виктор, пожалуйста, пойми, – вмешался Бен. – Мы с тобой так давно друг друга знаем, и я готов дать тебе слово, что никаких особых нарушений здесь нет, разве что пару раз забредал какой-то паршивый деревенский кот.
– Я не могу, Бен. Я бы с удовольствием, но не могу. Мне очень жаль, мисс Берри. Мне действительно очень жаль.
Он запер свой портфель, выпрямился, с мрачным видом кивнул и печально промолвил:
– Я буду на связи.
Из магазина словно в один миг улетучилось все тепло. И не только в связи с наступлением холодного вечера. Казалось, тепло испарилось прямо сквозь кирпичные стены, унеся с собой столь часто звучавшие здесь смех и милые невинные детские голоса. Тепло словно кто-то высосал до капли – и все по ее, Холли, вине! Вот почему ей было сейчас так больно. Все прочие неприятности – мелкие кражи, неисправный замок, развалившаяся дверь, прохудившаяся крыша – от нее никак не зависели, ничто из этого она заранее проконтролировать не могла. А это могла. Это было полностью на ее совести. Она виновата, она проявила чрезмерное мягкосердечие.
– Я сейчас приготовлю чай, – сказал Бен, забирая у нее стакан с водой. – Вы с чем предпочитаете?
Холли вполне расслышала его вопрос, но ответа почему-то не находила.
– Ну, с чем вы любите пить чай? С сахаром? С молоком? Конечно же, с молоком. Сейчас поищу молоко.
– Нет, нет, не надо. Уже все в порядке, – встрепенулась Холли и схватила его за руку. И стоило ей его коснуться, как обуревавшие ее эмоции, которые она с таким трудом удерживала в себе, с ревом ринулись наружу. – Мне казалось, что я все делаю правильно! – Она захлебывалась словами. – Я думала, что сумею справиться. Но я не могу. Не могу!
– Да нет, ты все сможешь. Ты просто слегка споткнулась.
– Но я нигде не спотыкалась, Бен! И была уже почти у цели. Но если в этот уик-энд мне не дадут торговать, я этой цели так и не достигну. – Она задыхалась, а потом и вовсе сорвалась в сердитые рыдания, которые так и рвались из ее души мощным, захлебывающимся потоком. – Все кончено, Бен! Все кончено.
– Да ничего не кончено. Все будет хорошо. Успокойся…
Пытаться, держа в руке стакан с водой, утешать женщину, почти бьющуюся в истерике, и ухитриться ее этой водой не облить, было практически невозможно, но Бен справился, и весьма неплохо, – извернувшись, он поставил стакан на прилавок, не выпуская из объятий Холли, которую удерживал второй рукой. Еще пару минут она лила слезы и хлюпала носом, потом Бен ее выпустил, чуть отступил и снова спросил:
– Чаю хочешь? Или, может, тебя сразу домой проводить?
И Холли, осознав наконец, что это по сути дела вежливая просьба взять себя в руки, в последний раз хлюпнула носом, вытерла его тыльной стороной ладони и тихо сказала:
– Да, наверно. Не имеет смысла тут болтаться.
Она сходила наверх за пальто и сумкой, выключила везде свет, заперла входную дверь, и тут у нее за спиной раздалось печальное мяуканье.
– Да что ж ты меня дразнишь-то? – вдруг снова разъярилась Холли.
Глава сорок вторая
То испепеляющее чувство, которым Холли была охвачена, даже гневом назвать было нельзя. Она уже целый час как вернулась домой и допивала свою третью чашку чая, но адреналин все еще кипел у нее в крови.
– Сколько раз я ей говорила: не корми этого драного кота! – Холли очень старалась успокоиться и дышать медленно и глубоко. – Я же просила не пускать его в магазин!
– Знаешь, я просто не представляю, чтобы Дрей сознательно игнорировала твои просьбы, – сказала Джейми. – Я, правда, и видела-то ее всего раз или два, но мне что-то не верится, чтобы она хотела навредить вашему бизнесу. По-моему, она этот магазин просто обожает.
– Я знаю. Можешь мне поверить, я хорошо это знаю, но все равно она виновата. Все это из-за нее. А ведь я предупреждала ее еще в самый первый день нашего с ней знакомства. И она совершенно точно знала, каковы правила. Да и этот кот не стал бы таскаться в магазин, если бы она его там не кормила. А кто, кроме кота, мог притащить в магазин мышь? Откуда еще она могла там взяться? И то, что Дрей так меня и не послушалась…
Мне так больно – вот что на самом деле ей хотелось сказать. Девочка, конечно, совсем юная, на десять лет моложе ее самой, но ведь она так ей доверяла, она видела в ней себя
