Кондитерская на Хай-стрит. Жизнь с чистого листа - Ханна Линн

– Я тебе обо всем завтра расскажу, – пообещала она вместо ответа.

Глава сорок четвертая

– Дрей, ты не могла бы сбегать наверх и принести еще упаковку кокосовых грибочков?

– Только сперва запасы леденцовых «камней» пополню.

– Хорошо, тогда заодно прихвати и то и другое. И еще мешок клубничных карамелек, они внизу тоже почти закончились.

Они с трудом могли расслышать друг друга из-за царившей в кондитерской неумолчной болтовни и смеха. Можно было подумать, что мечта Холли наконец-то осуществилась, хоть и произошло это отнюдь не случайно.

– Это все дамы из моей первой детско-родительской группы, – сообщила Кэролайн, влетая в магазин во главе целого выводка молодых женщин примерно одного с нею возраста. Их там была добрая дюжина. – Естественно, и дети у нас ровесники, так что дни рождения у них идут один за другим, вот мы и решили заранее запастись сладкими праздничными подарками. А я могу тебе немного помочь, если хочешь, например, могу взвешивать товар.

– Это было бы просто замечательно и очень кстати. Спасибо тебе.

Кэролайн скользнула за прилавок, встала рядом с Холли и взвесила для одной из своих приятельниц по полфунта «клубничных кружев», «летающих блюдец» и «мармеладных медуз».

– Мне, наверное, все то же самое, – сказала следующая покупательница, – а еще я хотела немного ваших чудесных «яишенок» и сладких рыбок с шипучкой.

– Мне показалось, что это была бы неплохая идея, а получилось просто здорово, – с легкой усмешкой шепнула Кэролайн на ухо Холли. – Они всегда друг перед другом выпендриваются, особенно когда речь заходит о том, кто сколько денег потратил на своего ребенка.

Она была права. Когда дамы наконец покинули магазин, оказалось, что проданы все «летающие блюдца» до последнего. Впечатляющим успехом пользовались также марципановые зверюшки.

– Я попозже еще сюда загляну вместе с Майклом и детьми, – сказала Кэролайн, собираясь уходить. – Или, может, тебе нужно, чтобы я осталась?

– Иди-иди, я думаю, мы и сами справимся, – сказала Холли, пытаясь одновременно пополнять запасы на полках и обслужить покупателей. – Но если я начну зашиваться, я тебе позвоню, хорошо?

– Мне кажется, лучше бы ты захотела, чтобы Кэролайн все-таки немного задержалась, – вмешалась Дрей, неожиданно возникнув перед ними с целой охапкой разных коробок и мешков. – Я обещала своим приятелям по колледжу, что каждый получит пятипроцентную скидку, если сегодня потратит здесь больше десяти фунтов. Это ведь хорошо, правда? Так что они, наверное, заявятся сюда целой толпой.

Пять процентов, подсчитывала Холли. Что ж, это вполне допустимо, если каждый действительно накупит сладостей на десять фунтов. Хотя они ведь подростки, всего лишь студенты колледжа…

– Ты не беспокойся, – сказала Дрей, заметив по лицу Холли, что та немного нервничает. – Они хорошие ребята. И потом, вряд ли кто-то из них хочет произвести на меня плохое впечатление.

– Ого! – восхитилась Холли. – Ну что ж, отлично. Я полностью доверяю твоему мнению.

И она действительно ей доверяла. Мало того, пообещала себе, что больше никогда не усомнится в Дрей, хотя так и не рассказала ей о причине временного закрытия магазина – попросту не успела.

Снова повернувшись к Кэролайн, Холли спросила:

– Ты уверена, что можешь остаться? Это ничего?

– Конечно ничего. Вообще-то, я надеюсь, что, как только дела у тебя пойдут на лад, ты меня и на постоянную работу возьмешь.

– Давай уж в порядке очередности. Для начала мы должны заработать достаточно, чтобы дали ипотеку.

Пока они втроем вовсю торговали, Бен, нахально завладев банковским принтером, напечатал сотню карточек размером 3 на 4, придуманных Дрей, и теперь раздавал их туристам на лужайке перед магазином. Холли улучила минутку, чтобы посмотреть, как он неуклюже движется от одного к другому, и сердце ее исполнилось благодарностью. Она прекрасно знала, что больше всего на свете Бен ненавидит разговаривать с незнакомцами, однако сейчас он именно этим и занимался – и все ради нее!

– Холли-медвежонок, это выглядит просто великолепно! Совершенно очаровательно!

– Мама! – Услышав голос матери, Холли тут же отвлеклась от созерцания Бена. Чуть задыхаясь от волнения, она вылетела из-за прилавка и чмокнула Венди в щеку. – Спасибо большое, что пришла!

– Не говори глупостей. Я жалею, что не пришла раньше. Твой магазин выглядит просто фантастически. Столько покупателей!

– Я очень надеюсь, что их окажется достаточно много. Тебе удалось еще кому-нибудь сказать насчет сегодняшнего дня? Кто-нибудь еще обещал прийти? Как насчет тети Джун? Или дяди Генри?

– Извини, но мне так и не удалось должным образом на них повлиять.

– Ничего страшного. – Холли продолжала улыбаться, хоть и была несколько разочарована. Конечно, это всего двое, но сегодня был важен каждый покупатель.

– Зато мне удалось собрать еще одну небольшую компанию, – сказала Венди.

Холли нахмурилась. В данный момент в магазине почти никого не осталось, никто не собирался туда входить, да и снаружи тоже вроде бы никого заметно не было. Впрочем, возможно, это из-за огромного, только что подъехавшего автобуса, который перегородил все подступы к кондитерской. Венди продолжала широко улыбаться – точно безумный Чеширский кот, подумала Холли, – и тут из автобуса медленно вышла сперва одна женщина, затем другая, третья, и все они явно направлялись в кондитерскую. Только тут Холли обратила внимание на то, что написано на боковой стенке автобуса: «Хор Котсуолдской общины».

– Мама… – Она просто слов не находила.

– К сожалению, в одном автобусе все уместиться не смогли, остальных через полчаса подвезут на мини-автобусе и легковушках. А теперь скажи, какие сласти ты могла бы особенно рекомендовать певцам?

Казалось, в этот день каждый, кто умеет ходить, добрался до кондитерской. Джейми, например, сумела убедить зайти туда не только работяг с той стройки, где в данный момент трудилась и она сама, но и волонтеров из дома престарелых, и добрую половину тех, с кем она регулярно встречалась на дегустациях скрампи, а также целую группу женщин, с которыми познакомилась во время девичников, ею же самой и устроенных. Явились и приятели Дрей, и члены ее семьи, и даже пара ее преподавателей. А уж что касается туристов, то в этом отношении день выдался, пожалуй, самым бойким за все последнее время. К половине шестого, когда они наконец собрались закрывать магазин, там царили разгром и опустошение – но в самом лучшем смысле этого слова. Многие колбы совершенно опустели, даже на полках зияли дыры