Православные подвижницы XX столетия - Светлана Владимировна Девятова

— Ну, коль все же собираешься к Дунюшке, — попросила сестра, — то на всякий случай вспомни перед ней и обо мне.

— Хорошо, — пообещал я, — обязательно скажу, обязательно!

Наутро с бардовозами я прибыл в поселок Хлыстово. Мне указали дом, где проживала блаженная. С трепетом открыл я дверь и, войдя, произнес:

— Здравствуйте!

— Здравствуйте, — ответила бабушка. В переднем углу висели образа, пред которыми теплилась лампада. Сама блаженная была старенькая и чрезмерно высохшая. Сидела она за столиком, и перед ней лежали, как мы уже упоминали, тряпочки и ниточки. Я уже догадался, что таким вот образом она прикрывала свой благодатный дар, данный ей от Бога, — врачевания всяких болезней. Помолится матушка о пришедшем, благословит тряпочку и даст ее просителю. После этого всякую болезнь и боль как рукой снимает. Я рад был, что застал ее дома, потому что ее часто увозили на машинах в свои дома большие начальники к больным детям.

— Зачем ты пришел? — спросила она меня.

— Ищу блаженную Евдокию.

— А зачем она тебе?

— Я верю, что она помогает, и поэтому приехал.

— Ну, это я и буду, подойди ко мне.

Я подошел, а она еще раз спросила:

— Ну, что у тебя?

— Матушка, руки болят и ничего держать не могут. Потрудился, поусердствовал, наверное, не по разуму, вот они и отказали мне.

— Пройдет, на тебе тряпочку, да на ночь-то привяжи на кисти рук, и, Бог даст, все пройдет.

А я еще ей говорю:

— Матушка, меня сестра просила сказать вам о ней. У нее очень болит спина.

— Кто-о-о-о?

— Сестра, — говорю, — Нина.

— А ей-то зачем ко мне обращаться? Я — необразованная бабка, только всего и имею, тряпочки да ниточки, как ты теперь сам видишь. Пусть она идет к врачам, все же у них есть и уколы, и таблетки, да всевозможные профилактики. Там гарантии-то больше, чем у меня.

— Да уж прости нас, матушка!

— Ну, ладно, ради тебя и ей дам.

И вот сколько времени прошло с той поры, и мои руки, и спина сестры более не болят. Я от нее вышел окрыленный, а ее прозорливость просто поразила меня…»

Уральские старицы

Схиигумения Магдалина (Досманова)

(1847–1934)

Схиигумения Магдалина (в миру Пелагия Стефановна Досманова) родилась в 1847 году в купеческой семье в городе Ирбит Пермской губернии. В 1859 году благочестивые родители привезли двенадцатилетнюю дочь в Ново-Тихвинский монастырь17 (г. Екатеринбург).

Первое послушание Пелагея несла на свечном заводе, позже ее перевели в число послушниц при настоятельских кельях.

С 1871 года послушница Пелагия стала келейницей настоятельницы Магдалины (Неустроевой), исполняла и различные поручения по хозяйству обители, вела хозяйственные дела епархиального женского училища, состоящего при монастыре.

Игуменья Магдалина высоко ценила ее душевные качества и трудолюбие, перед кончиною матушка Магдалина просила епархиальное начальство способствовать назначению новой настоятельницей послушницы Пелагии Досмановой.

10 января 1893 года, после кончины игуменьи Магдалины, новой настоятельницей монастыря назначили монахиню Агнию. Тем временем послушница Пелагия была пострижена в рясофор, затем 19 января 1893 года ее постригли в мантию и нарекли Магдалиной. С января 1893 года монахиня Магдалина — казначея монастыря.

10 февраля 1897 года последовал указ об утверждении настоятельницей обители монахини Магдалины, а 23 февраля 1897 года она была возведена в сан игуменьи, с возложением золотого наперсного креста.

В 1900 году игуменья Магдалина была назначена попечительницей церковно-приходских школ епархии. За свои труды по благоустройству обители матушка Магдалина была награждена 5 крестами и медалями.

С 1897 по 1919 год монастырь достиг своего наивысшего расцвета, монастырь стал третьим по величине в России.

Из воспоминаний схимонахини Николаи: «Монастырь Ново-Тихвинский закрыли в 1922 году, а перед 1920 годом Магдалину с игумений сняли… Стала Хиония игуменьей. Матушка уехала на Чусовую, на дачу, а Хиония стала. А когда монастырь закрыли в двадцать втором, Хионию арестовали. Так она в тюрьме и умерла. Получается, матушку игуменью Магдалину Бог миловал.

Папина двоюродная сестра тетя Анна (монахиня Ангелина) жила раньше послушницей у матушки игуменьи Магдалины в Ново-Тихвинском монастыре. Через нее я и с матушкой Магдалиной познакомилась. Когда монастырь закрыли, то все равно ходили к матушке и жили у нее общиною на квартире. Она на Четвертой Загородной улице жила, ныне улица Шмидта. Было нас человек восемнадцать… Одеяла шили, молились. Вся молодежь была на казенной работе, поэтому собирались вечерами…»

Приходили к матушке Магдалине и новые послушницы. Община старалась жить по-монашески, соблюдая иноческие обеты. Начались аресты. В заключении оказались и многие сестры Ново-Тихвинского монастыря. (Тюрьма находилась недалеко от Ивановской церкви.)

Матушку Магдалину арестовывали восемь раз. На допросах старица юродствовала — на вопросы: «Чем в монастыре монашки занимались?» — отвечала: «Да были у нас в монастыре платочки, тряпочки, мы их складывали, раскладывали, разглаживали». Следователи кричали, а старица невозмутимо разглаживала на коленях платочек и повторяла: «Раскладывали, разглаживали…» Чекисты, продержав монахиню в тюрьме два-три месяца, выпускали ее.

В тюрьме старицу подвергали и изощренным пыткам, одна из них — «трамвай»: большую группу заключенных загоняли в тесную камеру и заставляли сутками стоять. В переполненной камере невозможно было не только присесть, но даже пошевельнуть рукой. Люди, сочувствуя престарелой женщине, сумели освободить место, чтобы старица могла сесть на пол. На холодном цементном полу старица Магдалина простудила ноги, последние годы жизни очень страдала от болезни ног.

Бывшие монахини, послушницы Ново-Тихвинского монастыря, верующие, нуждающиеся в духовной наставнице, собирались вечерами в доме старицы: вычитывали молитвенное правило, а в полночь читали акафист Тихвинской иконе Богородицы.

Старица любила повторять: «Тяготы друг друга носите, и этим исполните закон Христов, ведь на телесные подвиги мы не способны, только одним можем закон исполнить — тяготы друг друга носить». Учила начинать и заканчивать день Иисусовой молитвой, заполнять ею свободное время. Сама она с четками не расставалась и творила три тысячи Иисусовых молитв каждый день. Матушка Магдалина очень любила молитву «Владычице моя Пресвятая…» И еще говорила: «Чтобы записаться в Книге Жизни, читайте молитву “Господи, не лиши меня Небесных Твоих благ…”»

Многих своих послушниц старица облекала в рясофор. Из воспоминаний схимонахини Николаи: «Когда матушка одела меня в монашескую одежду, я несколько дней была сама не своя… Я забыла, что такое есть, что такое спать. Матушка говорит: «Сегодня,