Славянская мифология. Для тех, кто хочет все успеть - Коллектив авторов -- Словари и энциклопедии
На первый взгляд может показаться, что христианство стало официальной религией, а язычество ушло в подполье и со временем растворилось. Мы не уверены в именах древних богов, путаемся в их родстве и функциях, не сохранилось мифов и легенд в их изначальной форме. Однако в XIX веке многие аспекты народной культуры по сути сохраняли языческие корни. В тех регионах, где традиция уцелела как целостная система, она сохранялась вплоть до XX века, а ее отголоски можно встретить и в наши дни. Христианские обряды, мотивы, образы, персонажи, символы и понятия, а также тексты, усвоенные народной традицией, в большинстве случаев подверглись мифологическому переосмыслению и адаптации в соответствии с традиционной дохристианской картиной мира. При этом степень влияния новой религиозной традиции на народную культуру была различной.
ЕЩЕ РАНЕЕ…
Первым массовым крещением на Руси считается так называемое «Фотиево крещение», которое, возможно, имело место в Киеве при Аскольде и Дире. Провел его, как полагают, в 867 году византийский богослов патриарх Фотий. Однако о масштабах и ходе этого крещения известно немного. Во всяком случае, оно не стало столь значимым, как крещение киевлян при Владимире Святом, и христианство тогда еще не сделалось главенствующей религией
В основе славянской народной культуры, тесно переплетенной с христианством, лежал календарь. Он стал фундаментом обрядов и ритуалов, структурируя годовой цикл праздников и будней, постов и периодов мясоедения. Христианский календарь проник в славянскую культуру, изменив восприятие времени. Но несмотря на заимствование структуры, порядка и названий праздников, народное сознание не всегда глубоко воспринимало христианское содержание этих элементов. Вместо этого оно переосмысливало их в соответствии с традиционными мифологическими представлениями о времени и связывало с магическими аспектами сельскохозяйственной практики. Дело в том, что христианский календарь мягко наложился на циклический народный календарь земледельческих работ.
Русское слово «праздник» имеет старославянское происхождение. Оно отражает одну из существенных черт этого понятия – значение «праздный, пустой, свободный от труда». Кроме того, в западнославянских и западной части восточнославянских языков употребляется еще одно праславянское слово – svęto, что буквально означает «святой» (украинское и белорусское – святок, свята, польское – święto, чешское – svatý). Оно добавляет обозначаемому этим словом действию еще одно значение – сакральность.
Праздники языческие и христианские
Мифологическая модель времени в славянском народном календаре основана на противопоставлении «чистого», доброго, священного времени и времени «нечистого», злого, опасного.
Любой праздник – и в языческую эпоху, и позднее – воспринимался как особый сакральный период, когда особенно усиливались проявления как добра, так и зла. Поэтому такие дни требовали особенно строгого соблюдения обрядов. Более того, в некоторых регионах бытовали поверья, что рожденные в канун праздника или в сам праздничный день могут быть «непростыми» – наделенными особенной судьбой или даже сверхъестественными способностями. Например, в южнославянской традиции считалось, что ребенок, рожденный в ночь перед Рождеством, будет жить необычной жизнью, полной испытаний.
Одной из причин крещения князя Владимира и последующего крещения Руси была женитьба на Анне Византийской – сестре византийского императора, выходца из армянской династии Василия II Болгаробойцы
В народной культуре праздник – это не просто день отдыха, а своеобразная пауза во времени, окно в иной мир. Это период, когда граница между нашим и потусторонним мирами становится особенно тонкой, и люди могут оказаться уязвимыми. Именно поэтому требовались специальные меры защиты. Значение отдельных праздников и периодов годового цикла часто имело мифологическую или магическую основу. Даже такие важные даты, как Благовещение, в народном сознании теряли изначальный христианский смысл: «благая весть» воспринималась прежде всего как весть о приходе весны. А Рождество ассоциировалось с началом нового года – с магией первого дня, события, обновления.
Владимир принял решение построить церковь в честь святого Василия Великого на возвышенности, где ранее располагался алтарь Перуна, и заложил каменный храм Успения Пресвятой Богородицы (Десятинный) на месте, где, по преданию, язычниками были убиты несколько киевских христиан
В славянской культуре длительное время происходил процесс замещения. Христианские святые постепенно занимали в народном сознании место языческих богов, перенимая их функции. Так, святой Илия замещал Перуна – бога-громовержца, святой Власий (Бласий) наследовал черты Велеса как покровителя скота, а святая Параскева Пятница переняла функции Мокоши – женского божества плодородия и прядения. Эти замещения помогли смягчить переход от язычества к христианству и облегчить принятие монотеизма.
Со временем христианские святые стали неотъемлемой частью народной культуры, с ними были связаны представления, верования и ритуалы. Их образы в народной традиции зачастую отличались от канонических и претерпели значительные изменения. Это коснулось не только святых, но и образов Бога, Богородицы и других евангельских персонажей. Наряду с церковными текстами существовала богатая устная традиция – рассказы о святых, адаптированные под народное восприятие. В них Бог часто представлялся как мудрый старец, сидящий на облаках и наблюдающий за людьми, но порой спускающийся на землю в образе странника или нищего, чтобы испытать веру и милосердие.
В народной культуре святые становились персонажами мифического характера: обладателями магических способностей, управляющими природой и человеческой судьбой. По образцу языческих богов, каждый святой имел свою «специализацию»: кто-то отвечал за дождь, кто-то – за скот, урожай, пчеловодство, прядение, земледелие, народную медицину. Как и духи предков, они жили будто бы в двух мирах – и в небесном, и в земном. Люди считали, что святые молятся за них, но также могут спуститься на землю, пройти по полям, дорогам, заглянуть в дом и наказать за грех.
Принятие христианства не было окончательным и бесповоротным. Так, в 1024 году в Суздале волхвы подняли восстание против княжеской власти, обвинив ее в плохом урожае. Часть населения их поддержала, надеясь, что возвращение к языческим обычаям поможет умилостивить духов природы. Подобные восстания происходили и позже – в Поволжье и Новгороде
Параскева Пятница, например, по поверьям, могла ночью наказать женщину, нарушившую запрет на работу: запутать пряжу, сломать прялку. Таким образом, она продолжала функции, которые приписывались ранее Мокоши или кикиморе. Обращение к святым напоминало общение с мифическими существами: через молитвы, обеты, дары и заговоры. Люди могли даже «обидеться» на святого, если не получали помощи, – в народной практике зафиксированы случаи, когда иконы отворачивали к стене или прятали, но официальная церковь осуждала такие действия как пережитки язычества.
Во многих заговорах присутствуют прямые обращения к святым. Например,
