Путеводитель по венчуру. Начинающим частным инвесторам - Василий Коновалов

приходится возвращаться к математическим и статистическим закономерностям. Низкая вероятность успеха в отдельно взятом проекте соседствует с очень высокой прибылью при оптимистичном сценарии. Достаточно посмотреть на оценку крупнейших компаний стадий pre-IPO или уже вышедших на биржу, чтобы на ретроспективных данных убедиться в потрясающих цифрах прироста оценочной стоимости их бизнеса в сравнении с ранними стадиями, которые они когда-то проходили. Рост капитализации может составлять и 30х, и 100х, и даже 1000х. Только вот ошибка выжившего здесь выражена настолько ярко, что способна сыграть очень злую шутку с нашей жадностью. Мы склонны наблюдать за мегауспешными чемпионами, победителями жесточайшего конкурентного отбора, за единицами миллиардных бизнесов, выросших с нуля за несколько лет. Они, безусловно, купаются в лучах славы, к ним прикованы взгляды всего человечества. А вот огромное безмолвное кладбище тысяч стартапов, унесших в небытие капиталы инвесторов, лишено всеобщего внимания. История любит победителей и умалчивает о проигравших. Но если отмотать пленку немного назад, будущие чемпионы мало чем выделялись на общем фоне, а вероятность выбрать именно их в начале пути вряд ли была существенно выше.

Конечно, кто из нас не хотел бы приобрести акции Apple, Amazon или, например, SpaceX на заре существования этих компаний? Но попробуйте сейчас безошибочно определить, кто станет лидером мировой экономики через 10–15 лет. Конечно же, появятся новые имена, новые грандиозные истории успеха. Но пока эти будущие гиганты могут быть совершенно незаметны на общем фоне.

Счастливые случаи не перестают происходить даже в периоды неблагоприятной ситуации на рынке, длящейся годами. Например, бывший сотрудник российского подразделения JP Morgan после кризиса 2008 года долго обивал пороги отечественных компаний с целью найти финансирование под собственный FinTech-проект на европейском рынке. Не найдя необходимых средств в России, проект переехал в Лондон и с нуля запустил бренд Revolut. Сейчас это одна из самых дорогих в мире частных компаний стадии pre-IPO с капитализацией около 75 млрд долларов, уступающая по оценке бизнеса только таким монстрам, как SpaceX, BiteDance (TikTok), OpenAI и еще нескольким громким именам.

Интуитивные или даже подкрепленные качественным аналитическим бэкграундом попытки поймать птицу счастья за хвост, вытянуть счастливый лотерейный билетик очень заманчивы, но крайне редко бывают удачными.

Тем не менее существует стратегия, позволяющая достигать положительного результата от инвестиций в ранние стадии венчура. Она заключается в гипердиверсификации портфеля венчурных проектов. Если мы считаем, что умеем осуществлять отбор не хуже профессионалов из Y Combinator, нам необходимо поместить в собственный портфель как минимум 30–35 независимых друг от друга проектов, чтобы иметь статистически высокие шансы на успех хотя бы одного из них. В этом случае всего лишь один–два выигрышных проекта способны существенно перекрыть убытки от всех остальных. Такое количество венчурных проектов ранних стадий в портфеле частного инвестора является минимальным и само по себе не гарантирует успеха, но значительно повышает шансы на общий успех портфеля. Здесь уже нет ничего общего с покупкой с лотерейного билета или попыткой сорвать джекпот в казино. Подобная стратегия инвестирования опирается на математику, статистику, на тяжелый, кропотливый системный труд. Она не про получение иксов прибыли, отнюдь.

Статистическая необходимость гипердиверсификации портфеля венчурных проектов ранних стадий привлекает на этот рынок инвесторов с визионерскими целями и задачами, для которых финансовый результат далеко не всегда является высшим приоритетом.

Бизнесы, подобные Y Combinator, имеют огромное социально-экономическое значение. Они помогают сотням и тысячам начинающих предпринимателей найти минимальное финансирование на развитие своих бизнес-идей; способствуют как технологическому прогрессу национальных экономик, так и прогрессу в целом, в масштабах человечества. Мотивируют, заряжают энергией и идеями новые поколения, создают фундамент развития общества. В США, например, инкубаторы и акселераторы, наряду с университетами, дающими молодым людям необходимый минимум для осознанного запуска своих бизнес-проектов, являются душой и сердцем экономики, причем не только в Кремниевой долине.

Однако суть в другом! У меня нет цели углубляться в философские и психологические аспекты привлекательности венчура. Здесь я рассматриваю его как направление для частного инвестирования. Теперь попробуйте сами себе ответить на вопрос: «Готов ли я взвалить на свои плечи все тяготы, лишения и труд по построению и ведению собственной инвестиционной инфраструктуры, подобной Y Combinator?» И если нет, то к ранним стадиям венчура остается применять только стратегию лотерейных билетиков. И вам не следует расстраиваться из-за финансовых потерь от нескольких случайно выбранных стартапов. В ваших неудачах, скорее всего, не будут виноваты нерадивые начинающие предприниматели. Математику винить по крайней мере глупо. Вы просто не вытащили счастливый билет. А если потратили на него слишком много, то это был ваш выбор.

Принцип № 3. Цена гипердиверсификации

Допустим, самых упрямых или отчаянных частных инвесторов не страшат никакие трудности, они готовы двигаться дальше и создавать портфель из 50–60 венчурных проектов. Давайте попробуем разобраться, какую цену им придется заплатить за построение такого портфеля и управление им.

Классическим порогом участия в синдикате инвесторов в капитал крупных частных компаний на международном рынке является сумма в 50 тысяч долларов. В зависимости от специфики фонда-синдикатора или объекта инвестирования входной порог варьируется как в бóльшую, так и в меньшую сторону. В России участие в синдикате инвесторов в капитал венчурных проектов поздних стадий и pre-IPO может начинаться с более скромных цифр, например от 1 млн рублей. А с запуском проектов pre-IPO на базе инфраструктуры Московской биржи за счет цифровизации взаимодействия с инвесторами входной порог может радикально снижаться и даже приближаться к порогу доступности приобретения акций публичных компаний на бирже.

С ранними стадиями венчура дело обстоит несколько иначе. Общепринятый на международном венчурном рынке порог входа при синдикации сделок на уровне специализированных венчурных фондов существенно ниже, обычно от 10–25 тысяч долларов, так как потребности начинающих бизнесов в финансировании гораздо скромнее по сравнению с крупными компаниями. А вот при прямом участии инвестора даже в ранних раундах чек, наоборот, выше из-за отсутствия розничной синдикации.

Допустим, что все проекты для формирования портфеля доступны по минимальной границе участия в 10 тысяч долларов через специализированных синдикаторов, фонды ранних стадий. Тогда для формирования портфеля венчурных проектов ранних стадий с потенциально достаточным уровнем диверсификации и статистически приемлемыми шансами на совокупный успех от инвестора потребуется капитал не менее 500 тысяч долларов.

Но цена такого решения имеет не только и даже не столько денежное выражение. В данном случае высокие требования к величине капитала – как раз меньшее из зол. Формирование и поддержание портфеля из 50+ венчурных проектов требует колоссальных ресурсов, главным из которых является, безусловно, время.

Начнем с простого. Чтобы выбрать 50+ активов, инвестору необходимо рассмотреть несколько сотен