Через тернии к звездам. История создания самой большой сети апарт-отелей. Начало - Кирилл Александрович Кудинов

– Не меньше! А вообще я в очередной раз восхищаюсь нашими продуктами. Ты прикинь, ведь случилось худшее, что могло случиться. Год был полностью без туристов, а инвесторы все равно остались в плюсе, причем доход получили больше, чем при сдаче обычной квартиры. И все это в абсолютно пассивном режиме.

– Инвесторы – в плюсе, а мы вот в серьезном минусе. В общем, вся надежда на этот сезон. Нормально отработаем – закроем кассовый разрыв.

– Точно! И по продукту – предлагаю двигаться вперед. Думаю, пора выходить на уровень четырех звезд, – высказал я свою цель. – Три звезды мы освоили. Причем и в продажах, и в строительстве. С каждым объектом отели Port Comfort становятся лучше и лучше. В своих путешествиях я побывал в десятках отелей по всему миру, и наши лучше большинства, где мне довелось пожить. Совсем другая шумоизоляция, интересный дизайн, практичная комплектация. В общем – на уровне. Самое время брать новую высоту.

– Но апартаменты – минимум 16 квадратных метров. Лифт, кондиционеры, ресторан, большая входная группа и внутренние сервисы, – прикинул Данил. – Это же нужно искать здание как минимум в две-три тысячи квадратов. Не рановато ли?

– В самый раз! Мы на хорошем счету у инвесторов, продукт доказал свою состоятельность даже в пандемию. При полном отсутствии туристов. А это значит, что мы оттолкнулись от дна и дальше будет только лучше. В общем – самое время, – пожал я плечами. – «Александр Невский» и «Блохина» хорошо продаются, и через пару месяцев нам нужен будет новый объект. Пора поднимать и уровень. Думаю, «четверка» – наша главная задача в 2021 году.

– Тогда заряжаем Артема, – согласился Данил. – Пусть ищет подходящие варианты.

– И я думаю, пришло время покорять Москву, – определил я свою следующую цель.

– Ты же не любишь Первопрестольную, – усмехнулся Данил.

– Не люблю, – согласился я. – Но там по нашей модели практически никто не работает, а здания есть, и инвесторов гораздо больше, чем у нас. Так что, думаю, у нас все получится. Начнем с небольшого объекта, метров на 500–700.

– Согласен, – кивнул Данил. – Цель номер три – выйти на Москву. Ну а что насчет «Плаката мечты»?

– Учиться, учиться и еще раз учиться, – процитировал я дедушку Ленина. – Хочу все же в этом году поступить на MBA. А еще хочу машинку для ярких эмоций.

– Без кабриолета и жизнь не жизнь? – улыбнулся Данил. – А что по путешествиям?

– Нагоняю бездарно упущенный год, – сказал я. – Планирую посетить Эмираты, Кубу и Шри-Ланку.

– Как всегда, планов – громадье! – усмехнулся Данил.

– Ну а как же без этого? – усмехнулся и я. – Покой нам только снится!

Машина на тот момент была для меня не «хотелкой», а жизненной необходимостью. Теона уже подросла, Виктория вышла на работу в офис, а у нас был только один автомобиль, что, разумеется, при наших бешеных и непредсказуемых графиках весьма осложняло жизнь.

Поэтому в феврале я отправился в Калининград, где приобрел заранее присмотренный очень редкий Porsche Boxster – ярко-красного красавца с бежевым кожаным салоном. Поскольку в феврале 2021 года границы еще были закрыты, мне пришлось погрузить свою штутгартскую ракету на эвакуатор, который спустя неделю привез его к нашему дому.

Приняв машину, я позвонил Виктории и попросил ее спуститься во двор под каким-то незначительным предлогом. Когда она вышла из подъезда, я протянул ей ключи от Boxster.

– Дорогая, у нас сегодня 13 лет, девять месяцев и 20 дней совместной жизни, – улыбнулся я. – И это тоже дата, которую я бы хотел отметить небольшим подарком.

– Кирилл, это… мне? – не верила своим глазам Виктория. – Но… это же так… дорого! Господи, какой красавец!

Да, мне удалось поразить супругу. Она была очень рада новой машине, но, признаться честно, я частенько и сам катался на ней.

В начале 2021 года Данил вновь приставил мне нож к горлу со своими саентологическими идеями.

– Кир, мы что-то остановились во внедрении административной технологии Хаббарда, – как-то сказал мне он. – Нам пора двигаться дальше, добавлять новые инструменты, работать с персоналом по технологии. У меня есть несколько сильных консультантов, которых можно привлечь к перестроению компании.

– Дань, мы много чего оттуда взяли, что-то докрутили сами. В целом – все работает нормально. Можем, конечно, и еще поучиться, но надо ли нам это?

– Точно нужно! – с жаром ответил Данил. – Там еще очень много всего! Мы даже наполовину не внедрили того, что можем. Особенно в части работы с персоналом.

– Ммм, а с персоналом-то что у нас не так? – изумился я.

– Ну смотри. Все новые сотрудники должны пройти Оксфордский тест перед выходом на работу, – начал объяснять Данил. – Тест покажет, насколько сотрудник нам подходит. И всех наших надо тоже прогнать по тесту. И посмотреть, кто может работать у нас в компании, а кого надо убирать или переучивать.

– Вот это жестко! – не сдержался я. – Ты же понимаешь, что к саентологии у людей отношение неоднозначное? Сейчас мы разошлем тест, и все начнут обсуждать эту историю. Нужно как минимум изначально объяснить, для чего это, какую цель мы преследуем и что конкретно будет дальше с теми, кто получит неудовлетворительные результаты.

– Да не буду я ничего обсуждать! Это желание собственника, – пожал плечами Даня. – Тот, кто нормально работает, – точно тест пройдет. Кто косячит – пойдет на выход. Так и объясним.

– Дань, я не согласен, – решительно сказал я. – Ты же так людей против себя настроишь. Вместо работы они только и будут обсуждать эту тему.

– У меня в компании должны работать этичные и продуктивные сотрудники! И по тесту я смогу это понять! – запальчиво ответил Даня. – И мне все равно, кто там и что подумает. Лене поставлю задачу. Пусть делает.

К сожалению, тест сотрудникам разослали, и, конечно, случилось ровно то, что я сказал. Примерно треть наотрез отказалась его заполнять. Остальные заполнили, но обсуждалось это событие несколько дней. А потом выяснилось, что некоторым нашим сотрудникам стали звонить из хаббардовской церкви, хотя Данил говорил, что такого не может быть. В итоге он очень сильно подорвал свой авторитет и настроил часть сотрудников против себя.

Что касается бизнеса, в том же феврале мы запустили «Садовую, 28–30», ставшую нашим первым объектом, где все пошло сильно не по плану. Как я уже рассказывал, здание оказалось в плачевном состоянии, о чем мы узнали лишь после того, как приняли его и произвели демонтаж. До продажи предыдущий владелец допустил нас лишь в несколько офисов и запретил проводить какую-либо техническую экспертизу. Когда же мы приступили к реновации, то как раз и обнаружили прогнившие деревянные балки