Падшие Боги - Рэйчел Ван Дайкен

— Я люблю обниматься!

Пожалуйста, не трогай меня. Пожалуйста, не трогай…

Она протягивает ко мне руку, затем резко отдергивает и трясет ею.

— Ого! Удар током. У тебя острая аура!

Я вынуждено смеюсь.

— Статика. Бывает.

Все взгляды устремляются на меня. Черт. Моя очередь.

— Привет всем. Я Рей, — я намеренно не называю фамилию и мягко толкаю Эфирный Зов. Не настолько, чтобы оттолкнуть, просто чтобы отвлечь. — Пока не определилась со специальностью. Но с нетерпением жду, когда найду путь, который мне предназначен. Жизнь — это путешествие, знаете ли.

— Точно сказано, — Зива кашляет справа от меня.

Я улыбаюсь ей в ответ. Да, она едва меня знает, а уже понимает, что я несу чушь. Ну, по крайней мере, есть один человек, который на моей стороне.

Я сажусь обратно под хор голосов:

— Привет, Рей!

Дальше мы знакомимся с Джеймсоном Джейкобсом. Милый, хоть и слишком книжный парень с челкой, падающей на лоб, и завидно идеальной кожей, которому не повезло быть названным в честь порно звезды. Я бы и не знала об этом, но он сам об этом рассказал.

Джиллиан Мерритт из Аризоны изучает психологию. И играет в баскетбольной команде.

Гектор Салас из Калифорнии, будущий врач.

Инженерия. Финансы. Английская литература. Биохимия.

Дюжина совершенно незнакомых людей делится своими целями и рассказывают о себе.

И меня будто бы бьет молнией, я завидую. И не чуть-чуть. Я завидую так, что у меня горят глаза.

Каково это — печь капкейки и устраивать совместные занятия? Вступать в женское общество? Планировать будущее, настоящее будущее, в котором нет крови, смерти и насилия?

Я поднимаю глаза, и замираю.

Арик.

Он смотрит на меня с другого конца зала.

Сердце бешено колотится в груди, будто умоляет, чтобы его заметили, услышали. По венам хлещет адреналин. Он — моя цель. Мой враг. Первый и единственный человек, который по-настоящему меня увидел.

И именно поэтому его отказ тогда, много лет назад, был для меня таким болезненным.

Как раз, когда я думаю, что мне придется отвести взгляд, он делает это первым. Как будто я не заслуживаю того, чтобы на меня смотрели.

Студенты вокруг продолжают болтать, но я не могу избавиться от мучительного чувства в животе. Оказавшись в центре обычного школьного кампуса, я не ожидала, что так сильно выбьюсь из колеи.

То, как эти люди живут бок о бок, не имея ни малейшего понятия о войне, которая изменила мир.

То, как они могут надеяться и мечтать. А я никогда не смогу.

Я годами была заперта и изолирована вместе с отцом, но еще никогда не чувствовала себя такой одинокой, как сейчас.

Здесь нет места чувствам, напоминаю я себе. И потому закапываю их. Глубоко.

Круг представлений продолжается, пока очередь не доходит до Эйры Хелиан. Она приподнимает бровь.

— Мы уже знакомы, Рей, — говорит она мне.

Мы уже?

— Мой отец работает в Odin Enterprises.

Это компания моего отца, конечно, но я бы предпочла, чтобы об этом не было широко известно. Зива наклоняется ближе ко мне. Но я легко отодвигаю ее.

— Я не очень вовлечена в дела отца.

Ложь.

— Но очень приятно познакомиться, — я сильнее надавливаю на свой Эфирный Зов, и внимание студентов вокруг смещается с меня. — Расскажи лучше о себе, Эйра.

Она делает долгий, выравнивающий дыхание вдох. Впрочем, не для того, чтобы успокоиться или собраться с мыслями, как я вскоре понимаю, — она набирает воздуха, чтобы выдать, возможно, одну из самых длинных речей, известных человечеству. Ладно, это преувеличение. Но вы знаете таких людей. Они зависимы от звука собственного голоса. Отчаянно нуждаются в постоянном внимании.

— Ну, во-первых, мой день начался просто ужасно. У нас закончились бананы…

Хоть раз мне хотелось бы ошибиться в таких моментах.

Она закатывает глаза.

— Естественно, я уволила домработницу. Не только из-за бананов, я же не полный монстр. Она знала, что сегодня день моего переезда, и снова забыла список продуктов. Она без конца переписывается со своей семьей! У нее одна работа.

— Какая наглость, — бормочу я себе под нос. Переписываться с семьей, какой ужас.

— Правда? — выкрикивает она. — Спасибо!

Не понимает сарказма. Понятно.

— В любом случае, — она делает, как я полагаю, успокаивающий вдох. — Перевозчики уронили два моих любимых суккулента, разбив их на куски. Они жили у меня как минимум полгода.

Господи Боже, дай этой женщине медаль.

— А потом я приехала сюда… Никто, кажется, не понимает, насколько это для меня важно, включая моих родителей, и моя комната совершенно не такая, какой я себе ее представляла, она даже близко не такая большая, как в брошюре, и я почти уверена, что соседка по комнате шипела на меня.

Она оставляет столько возможностей для ответа, что сложно не ответить. Я прикусываю язык, киваю и вместе со всеми говорю:

— Привет, Эйра.

Еще один тяжелый выдох срывается с ее ярко-красных губ.

— Ага, ну да, привет, — говорит она. — О, моя еда почти готова, — она начинает стучать по телефону, как будто Бананагейт никогда не происходил и мир снова в порядке.

— Такое и не придумаешь, — шепчу я Зиве.

— Точно.

К тому моменту, как Сигурд призывает собрание к порядку, у меня начинает дергаться правый глаз. Студенты вокруг затихают, когда он продолжает свою речь, а я полностью отключаюсь. Относительная тишина после всего этого общения, настоящее блаженство.

Зива протягивает мне пачку Oreo.

— Думаю, я тебя люблю, — говорю я.

— Я часто это слышу.

Я разрываю упаковку с печеньем и с трудом сдерживаю стон.

Только я начинаю расслабляться, как мой телефон вибрирует в кармане. Не переставая жевать, свободной рукой я достаю его и смотрю на экран.

Отец Один: Тик-так.

Сукин сын.

Ладони начинают потеть. Печенье мгновенно теряет вкус, когда следом приходит еще одно сообщение.

Это просто фотография шахматной доски.

В то время как Коза Ностра вручает тебе святых покровителей после первого убийства, Один дарит шахматную доску.

С этого момента ты играешь в его игру.

Я увеличиваю изображение.

На доске не хватает королевы.

Он не прислал мне фотографию любой доски.

Он прислал фотографию своей.

Его способ сказать, что игра началась, и он готов пожертвовать мной, чтобы выиграть.

Глава 24

Рей

Я проверяю время на телефоне. За последние девяносто минут у меня заболела задница от сидения, и я нервничаю.

Как все могло казаться таким простым всего двадцать четыре часа назад? Разбудить спящего Великана. Угрожать ему, или кому угодно, если понадобится, чтобы он привел тебя к Мьёльниру, украсть его и