Измена. На краю пропасти - Марта Макова

В этот день рано закончил все дела. Раздал последние указания подчинённым и рванул домой. По пути заскочил к Алинке в цветочный. Решил, что давно не дарил жене её любимые герберы, прекрасный момент порадовать Лизу не только ранним возвращением с работы, но и приятным подарком.

Девица стояла, облокотившись локтями на прилавок, и о чём-то болтала с Алиной. Смеялась. Звонко и заливисто, как могут только беззаботные девчонки.

Узкие кожаные брючки, обтягивали бесконечные ноги, коротенькая, легкомысленная курточка и розовые волосы. Дерзкая, молодая, с лукавой хитринкой в невероятно голубых глазах.

Она смотрела на меня с таким нескрываемым женским любопытством, что я невольно расправил плечи. Понял, что мне давно не хватало такого живого интереса ко мне со стороны молодых женщин. Что под этим взглядом я снова становлюсь собой, а не будущим дедом.

Вежливо улыбнулся девице, то ли поощряя, то ли запрещая и дальше смотреть на меня с восхищением.

Пока Алина собирала для меня букет, девица смело подошла и протянула узкую ладонь.

— Я Виола, землячка Алины. — обольстительно улыбнулась, и моей груди что-то кувыркнулось, вспыхнуло тяжёлым жаром. — А вы, я так понимаю, отец Алинкиного парня?

— Александр. — посмотрел на тонкие тёплые пальцы и легонько пожал их

Её зрачки расширились, заполнили чернотой почти всю радужку глаз, и было в этой клубящейся темноте обещание чего-то запретного, но яркого и ошеломительного.

Отвёл взгляд. Мне это не нужно.

— Давно не встречала такого красивого и мужественного отца взрослого сына. — певуче, призывно промурчала Виола. — Ещё и прекрасного мужа. Цветы для жены без повода покупает.

Я усмехнулся. Мне никогда не нужны были поводы, чтобы подарить Лизе цветы.

— Алинка, я пошла. — поняв, что я не собираюсь поддерживать разговор, Виола махнула подружке рукой. Алина тоже помахала в ответ.

— Увидимся!

Пока Алина возилась с букетом, выбирая самые свежие цветы, на улице повалил снег. Крупный, мокрый.

— Готово. — подружка сына протянула мне букет. — Я завернула его в бумагу, чтобы цветы не замёрзли.

Моя машина была припаркована в двух шагах от двери, и замёрзнуть цветы не успели бы, но я поблагодарил девушку за заботу и вышел из магазина. Шагнул из-под козырька под падающий крупными хлопьями мокрый снег.

— Подвезёте? — раздался за спиной женский голос, и я обернулся.

Виола стояла под козырьком и с робкой надеждой смотрела на меня. Я окинул девицу взглядом. Одета она была совсем не по погоде. Ботиночки на высокой шпильке, тоненькие брючки, дурацкая курточка из Чебурашки даже задницу не прикрывала, без шапки. Простынет же, дура.

— Садись. — мотнул головой в сторону машины и нажал кнопку, снимая блокировку с дверей. Не бросать же девицу в беде.

— Спасибо. — нырнула в мою машину, как к себе домой. Поёрзала на кожаном сиденье, устраиваясь поудобнее. — Я не рассчитывала на такую погоду.

— Адрес. — я включил обогрев сидений. — И пристегнись.

— Малиновского девять, квартира сорок восемь. — Виола провела языком по пухлой нижней губе, слизывая растаявшую на ней снежинку.

Глава 19

Я расслабился и позволил себе лишнего. Наверно именно так и бывает, когда тебе перевалило за сорок пять и у тебя стабильная жизнь, прекрасная, но привычная жена, взрослые дети не бузят, а только радуют.

Всё в моей жизни было поставлено на надёжные рельсы и шло своим чередом. Бизнес, семья, отношения с женой. Без потрясений, драм и будоражащих событий. Мне было комфортно, мне было надёжно и спокойно. Немного драйва на работе, но дома встречала семья. Улыбающаяся и счастливая жена, шебутной, но добрый и весёлый младший сын. Да и старший Егор радовал своими успехами. Какого чёрта мне не хватало?

Всего несколько брошенных фраз, намёков и я резко сорвался.

Нет, это не было в моём характере. У меня здравый смысл всегда преобладал в принятии решений. Я всё просчитывал на десять ходов вперёд. И всегда с оглядкой на семью. Какого беса меня тогда сорвало? Ведь она мне даже не особо понравилась. Ну девка и девка. Молодая, глазастая, дерзкая. Меня же не на неё повело, меня сама мысль, что может быть что-то иное в жизни, зацепила и потащила в загул.

Мне бы задуматься почему? Вовремя остановиться. Я же точно знал, что всё тайное рано или поздно становится явным. С чего я решил, что со мной этого не произойдёт? Что я, какой-то особенный, честный, потому что никогда не изменял жене и один раз не считается. Мне бы остановиться и подумать, но в тот самый первый раз всё вышло как вышло.

Виола чуть откатила сидение назад, чтобы расслабленно вытянуть свои бесконечные ноги, томно вздохнула и чуть повернула голову в мою сторону.

— А сколько лет вы уже в браке со своей женой, Александр?

— Много. — бросил коротко, стараясь не коситься на комфортно устроившуюся в моей машине девицу. Благо жила она совсем рядом, и дорога займёт несколько минут.

Не понимал своего раздражения. Вопросы не нравились или само присутствие в моей машине заинтересованной во мне Виолы?

— Неужели никогда не изменяли своей жене? — невозмутимо поинтересовалась нахалка. — Даже мыслей не возникало? Не вериться.

Не стал отвечать. Только бросил на неё предупреждающий взгляд, означающий, что не собираюсь обсуждать с ней свою личную жизнь.

Виола не вняла моему призыву заткнуться.

— Просто мне кажется, когда люди живут друг с другом столько лет, они уже не столько любовники, сколько друзья и соседи. — задумчиво провела пальчиком по моему предплечью, и у меня по позвоночнику колючие искры пробежали, в паху горячо потяжелело. — Однообразный секс приедается, ты уже изучил партнёра вдоль и поперёк, знаешь все его эрогенные точки, каждый сантиметр его тела. Становится скучно. Драйва не хватает.

— Откуда такие познания? — раздражённо буркнул я. До дома Виолы оставались считаные метры: свернуть на светофоре направо и в ближайший проезд во двор. Мне не терпелось высадить девку, избавиться от лишних, ненужных эмоций, которые она во мне вызывала.

Виола тихо засмеялась и откинула голову на подголовник. Провела юрким язычком по нижней губе, и я выругался про себя.

— Это же очевидно. — мягко произнесла она. — Разве нет?

— Приехали. — резко затормозил напротив её подъезда.

— Может, зайдёшь? — призывно блеснула яркими глазами и положила узкую ладонь на моё бедро, медленно повела её вверх, до границы допустимого. — Погода дрянная, а я тебя хорошим вином угощу, согреешься.

Смотрел на тонкие пальцы, медленно ползущие к паху, и чувствовал, как отзывается во мне её недвусмысленное приглашение. Нестерпимой тяжестью в паху, болезненными спазмами, расплавленной ртутью, разливающейся по венам.

— Я за