Измена. На краю пропасти - Марта Макова

Я дико скучал по жене. Мне казалось, что я живу в какой-то параллельной реальности, в жутком, кошмарном сне, в котором у меня нет Лизы, в котором я потерял её и не могу вернуть. Потому что, то, что случилось с ней, — это результат моего поступка.

У меня не было возможностей для контакта с Лизой. Я, конечно, мог таскаться к нашему дому, в её Юников, подлавливать её у дверей. Мог даже напрямую заявиться в квартиру, хотя меня и выгнали оттуда, но это был наш общий дом, там жил мой сын, оставались ещё какие-то мои вещи, но я не делал этого. Я давал ей время. Я ждал.

И Лиза позвонила. Сама.

Глава 39

— Почему такая тишина? — чуть повернув голову в сторону двери, прислушался Саша. — Обычно у тебя здесь шум и гам.

— Групповые занятия будут вечером, а сейчас только первоклашки на продлёнке и у них обед. Все в столовой. Садись, Саш. — я показала на стул для посетителей. — Пальто можешь повесить в шкафчик, у нас здесь очень тепло.

Прихрамывая, обогнула стол и осторожно опустилась в своё директорское кресло. Машинально перебрала руками бумаги, лежащие на столе, засунула в органайзер ручки и карандаши, поправила съехавшую набок стопку методичек и только после этого подняла глаза на мужа. И легонько нахмурилась. Мне не понравилось, как Саша выглядел. Синева вокруг его губ насторожила и тёмные тени под глазами. Да и сами глаза будто ввалились.

— Как ты себя чувствуешь? — невольно вырвалось, прежде чем успела сообразить, что это неуместный вопрос в нашей ситуации. Мы больше не муж и жена, и нужно привыкать к новым реалиям. Сашина жизнь больше не касалась меня.

— Всё нормально, Лиз. — отмахнулся муж, и я опустила глаза.

Было странно и немного непонятно, как вести себя с Сашей. Нам нужно налаживать новый формат общения. Учиться взаимодействовать, как бывшим супругам, у которых есть общие дети. И это было сложно, потому что муж не помогал в этом. Саша смотрел на меня жадно, неотрывно скользил внимательным взглядом по моему лицу.

Синяки и ссадины на нём сошли, и на их месте теперь неприятными пятнами розовела тонкая кожа, шрам, рассекающий мой лоб, тоже выглядел не ахти, но я прятала его под прядью волос, а губы… Ну с губами было получше, они зажили, хотя розовая кромка вокруг них тоже была.

Я не наносила макияж на лицо, давая коже дышать и естественным образом заживать. Меня немного смущали взгляды несведущих людей, но я старалась относиться к этому спокойно. Рано или поздно все шрамы на лице заживут, а те, что остались на сердце… они никому не видны, и демонстрировать их я не собиралась. Тем более мужу.

— Как ты, Лиза? — Саша, наконец, перестал меня рассматривать с болезненным интересом, положил руки на стол и сцепил пальцы в замок. — Ты хотела поговорить?

— О разделе имущества. — сразу пресекла надежду в голосе мужа. — О том, как будем делить нажитое в браке.

— Забирай всё. — ошарашил Саша. — Я отдам вам с сыновьями всё, Лиз. Мне ничего не нужно. Всё, что создавалось эти годы, это всё было для вас. Для тебя, Егора и Антона.

Я моргнула и уставилась на Сашу. Нет, я помнила, что, выставляя его из нашей квартиры, я в пылу обиды и злости заявила, что оберу Сашу до нитки. Что ничего из нажитого не достанется его любовнице и их с Сашей ребёнку. В тот момент я была искренне уверена, что это будет правильно. Что это будет справедливо. Но сейчас я немного успокоилась и хорошенько подумала.

— Всё — это и бизнес тоже?

— Бизнес тоже. — подтвердил Саша.

Я задумчиво постучала кончиком ручки по столу. Что мне делать с этим бизнесом? Я ничего в Сашиных делах не смыслила, никогда не лезла туда, не вникала.

— Я оформлю его на тебя, Лиза. Он будет целиком принадлежать тебе, а я просто останусь в роли директора. Всё останется по-прежнему, всё будет работать под моим руководством как часы, но с одной разницей — хозяйкой и владельцем будешь ты.

Мы смотрели друг на друга. Сашин взгляд был прямым и уверенным, а мой растерянно метался по лицу мужа.

— Вся недвижка, машины, всё остаётся вам. Я только свой мерс себе оставлю, если ты не против. Привык к нему, сросся уже.

Я проглотила слюну и медленно кивнула. Зачем мне его огромный мерс? Он был слишком большой для меня, если я садилась в него за руль, всегда с трудом осваивалась с его габаритами при парковке. Да и на дороге тоже.

— С недвижкой я согласна, Саш. Машина твоя мне не нужна. А вот с бизнесом. — я осторожно, чтобы не задеть шрам на лбу, потёрла пальцем между бровями. У меня вообще все эти шрамы и заживающие ссадины постоянно чесались и зудели. — Я считаю, что справедливо будет поделить его в равных долях между всеми нами. Мной, тобой, Егором и Антоном. Лезть в твою работу я не буду. Можешь платить алименты Антону до его совершеннолетия. Мне от тебя никаких денежных компенсаций и содержания не надо. Себя я и сама прокормлю. Если ты согласен с моими условиями, то звони моему адвокату.

— Всё вот так закончится, Лиз?

В голосе мужа было столько горечи, что у меня сердце ёкнуло. Я поджала губы и медленно положила на стол ручку, которую всё это время вертела в пальцах.

— Тебя что-то не устраивает в условиях? Озвучь, Саш. Мы попробуем найти компромисс.

— Плевать на условия, Лиза. Я сказал, что всё отдам. Без вас мне ни хрена не нужно. Я не хочу, чтобы мы расстались врагами.

— Мы не враги, Саша. — я поёрзала в кресле, устраиваясь поудобнее, перенося вес на правую сторону, потому что левая нога уже затекла и онемела. — Не враги. Мы просто больше не родные друг другу.

— Родные. — перебил меня Саша. — Мы самые родные друг другу люди, Лиз. Этого ничто не изменит. Ни развод, ни раздел имущества, ни ссоры. Для меня так точно. Ты была, есть и будешь самым близким мне человеком. Ты моя душа, Лиза. Моя жизнь.

Мне хотелось прокричать ему в лицо: “За что растоптал?!”

Но я только крепче сцепила зубы.

— Я знаю,