Древняя Русь на международных путях - Назаренко Александр Васильевич

идет не о Романе, а об Иоанне Цимисхии (ПСРЛ, 27, с. 312). Так как «Хронограф по великому изложению» был доведен только до Романа I, а греческий оригинал «Летописца вскоре» — до Льва VI и Александра, то на хронологические данные статей, выходящих за эти пределы и скомпилированных на основе различных материалов уже на древнерусской почве, полагаться нельзя. Например, по приведенному выше расчету лет в «Летописце вскоре» видно, что он объединил царствования Романа I и Романа II, из-за чего выпало второе самостоятельное правление Константина VII (с 945 по 959 г.), и опустил царствование Никифора II Фоки (с 963 по 969 г.). При этом подсчеты строятся на двух опорных датах — воцарения Романа I (6428 г.) и крещения Ольги (6463 г.), между которыми, по древнерусскому счету, действительно получается 36 лет (первый год Иоанна Цимисхия совпадает с последним годом Романа). Ясно также, что и указание на гибель Игоря якобы в 27-й год Романа производно от летописной датировки этого события — 6453 г.: Игорь был убит в полюдье осенью («И приспе осень, и нача мыслити на деревляны...»: ПСРЛ, 1, стб. 54; 2, стб. 42), и потому анонимный древнерусский автор, учитывая, что имеет дело с византийским памятником, основанным на сентябрьском годе, аккуратно переводит 6453 мартовский год «Повести временных лет» в 6454 сентябрьский, тем самым получая как раз 27-й год от начала правления Романа I.

Для нас все это нагромождение недоразумений важно лишь постольку, поскольку показывает, что дата 6463 г., под которой уже в «Начальном своде» повествовалось о путешествии княгини Ольги в Царьград и крещении ее там, не просто присутствует в хронографических компиляциях (она ведь могла быть включена в них чисто механически), но и лежит в основе расчета лет; следовательно, мы имеем дело не с несколькими, а с одной традицией, лишь осложненной ошибочными выкладками, так что необходимо сосредоточиться именно на происхождении и степени достоверности датировки 6463 г.

Обсуждая эту тему, в литературе обычно ограничиваются беглыми замечаниями о том, можно ли считать известие Иакова Мниха, что «по святом ... крещении си блаженная княгыни Олга живе лет 15, и угодив Богу добрыми делы своими и успе месяца июля в 11 день в лето 6477-е» (Голубинский, 1/1, с. 242; Зимин, 1963, с. 70), независимым от летописных дат крещения и преставления св. Ольги или, напротив, высчитанным на их основе. Зависимость могла быть, разумеется, и обратной, если допустить, что Иаков Мних сохранил древнюю относительную хронологию, исходя из которой летописец определил год крещения: 6477−15=6463 (на Руси, напомним, учитывался как первый, так и последний год временного отрезка). Ответы на этот вопрос давались разные, но наиболее правильным был бы тот, что однозначному решению проблема не поддается. Вместе с тем, независимо от взаимоотношений между летописной традицией и той, которая представлена у Иакова Мниха, сама по себе датировка 6463 г. источниковедческой проверке, в сущности, не подвергалась. Те исследователи, которые придерживались мнения, что Ольга крестилась в 957 г. в ходе своего визита в Константинополь, считали уже само отличие летописной датировки от извлекаемой из «De cerimoniis» достаточным опровержением первой (любопытным исключением был Η. М. Карамзин [1, примеч. 378], который свое примечание-экскурс о крещении Ольги начал словами: «Мы следуем Несторовой хронологии, но...», — а заключил признанием: «...надобно, чтобы Ольга крестилась в 957 году»). Большинством же историков летописная дата признавалась достойной доверия; еще А. А. Шахматов (1908в, с. 118) находил возможным считать ее «первой достоверной датой в Начальном своде», ибо она «не выдумана и не заимствована из греческого хронографа».

Насколько нам известно, единственная попытка оспорить датировку 6463 г. средствами внутренней критики текста была предпринята Л. Мюллером. Известный немецкий славист отметил, что летописная статья о крещении Ольги находится в окружении «пустых» годов; промежуток между последней статьей о мероприятиях Ольги после гибели Игоря (6455 г. — «уставление» Новгородской земли: ПСРЛ, 1, стб. 60; 2, стб. 48-49) и статьей о начале самостоятельного правления Святослава (6472 г.: там же, 1, стб. 64-65; 2, стб. 52-53) насчитывает шестнадцать лет, а рассказ о путешествии Ольги в Царьград помещен ровно посередине этого промежутка — на восьмой год после объезда Новгородчины и за восемь лет до статьи «Князю Святославу възрастшю и възмужавшю...». По мнению Л. Мюллера, такая симметричность может служить свидетельством искусственного происхождения даты 6463 г. (Müller L., 1988, s. 790-791). При всем остроумии это предположение не убеждает. Исследователь отвергает гипотезу А. А. Шахматова о древнейшей церковной повести об Ольге, которая содержала даты крещения и смерти княгини, но вместо этого готов конструировать целую летопись X в. с датами походов киевских князей, начала и окончания их княжений. В это крайне трудно поверить. О том, что по крайней мере летописная дата смерти князя Игоря (6453 г.), ключевая для построения Л. Мюллера, сомнительна, уже говорилось выше: данные De cerim. II, 48 дают основание думать, что Игорь погиб не ранее 946 г.

Опираясь на летописную датировку крещения Ольги 6463 г. или, наоборот, отвергая ее, историки почему-то обошли вниманием весьма важный момент: указанная датировка, действительно, господствует в древнерусских источниках, но, вообще говоря, она не единственная. В свое время А. А. Шахматов (1908в, с. 117, примеч. 1) мимоходом заметил: «Составитель Новгородской 4-й летописи исправил 6463 год на 6466 (ПСРЛ, 4, с. 41. — А. Н.). Поправка эта в высшей степени интересна. Кажется, она восходит к Ростовской летописи, по которой Новгородская 4-я правила свой основной источник — свод 1448 года». Несмотря на то, что сам исследователь считал эту альтернативную дату «в высшей степени интересной», он не уделил ей никакого внимания и даже не поставил естественного вопроса: а откуда же она могла взяться в самом летописном своде ростовского архиепископа Ефрема (1427—1454), одном из источников «Новгородской Четвертой летописи» (Шахматов, 1938, с. 186-187)? Кроме А. А. Шахматова, о наличии датировки 6466 г. упомянул лишь О. Прицак, который, однако, почему-то уверен, будто дата 6466 г. встречается только в «Новгородской Пятой летописи» (Pritsak, 1985, р. 15), хотя известно, что в части до 1446 г. последняя представляет собой одну из редакций «Новгородской Четвертой летописи» (Лурье, 1989а, с. 56), в примечаниях к которой она и издана. Со своей стороны отметим, что крещение Ольги отнесено к 6466 г. еще в «Новгородской Карамзинской летописи» (РНБ [бывшая ГПБ], F. IV. 606, л. 208), которая, вероятно, представляет собой архетип «Новгородской Четвертой», т. е. новгородскую переработку «Свода 1448 г.», предшествовавшую «Новгородской Четвертой» (Лурье, 1974, с. 207-213; он же,