Древняя Русь на международных путях - Назаренко Александр Васильевич

том превеликом храме на Ярославле дворище, в церкви» (НЛ, с. 187-188, 213). Вместе с тем в «Новгородской Третьей летописи» отразилась, несомненно, более поздняя редакция памятника, в которой чудесное обретение иконы св. Николая приурочено к месту, где в 1292 г. новгородским архиепископом Климентом была заложена каменная церковь Николо-Липенского монастыря (НПЛ, с. 327). Эта связь между преданием о создании Николо-Дворищенского собора и Липном еще не прослеживается ни в тексте, изданном Н. К. Никольским, ни в списке, хранившемся в самом соборе, ни в статье «Новгородской Первой летописи» о заложении храма на Липне, но она очевидна в том изводе памятника, который был в распоряжении митрополита Макария (Булгакова) (2, с. 289, примеч. 172; он же, 1995, с. 471, примеч. 172). Его вторичность видна как из языковых поновлений, так и из некоторых деталей, которые объясняются непониманием первоначального текста. Так, в Вологодском списке буря на Ильмене, задержавшая послов Мстислава, описана в следующих словах: «... и от бури ветрения заехаша в некии остров, ожидаху времени, дондеже ветр утихнет, и в том отоце (здесь и ниже курсив наш. — А. Н.) стояху три дня и три нощи». Редкое слово отокъ «остров» не было понято автором «макарьевского» извода, и он «исправил» его на потокъ: «... так же и на месте потока Липенского, идеже чюдотворная та икона обретеся, церковь воздвиже ...». Между тем Липно — это место при впадении реки Мсты в Ильмень и при реке Гнильнице, из Мсты вытекающей в Ильмень же, т. е. в самом деле представляющее собой своего рода остров.

Содержание памятника в общих чертах таково. Новгородского князя Мстислава Святославича (так!), в крещении Георгия (!), внука Ярослава Владимировича, постигает «лютая болезнь»: «яко расслабишася вси кости и уди его, и не можаше двигнутися с места своего». Мстислав молится об исцелении, обращаясь к св. Николаю, мощи которого «в та времена» «неметстии людие» доставили из Мир Ликийских в Бари, при этом упоминаются «русские» чудеса святого: об утопшем детище («... тогда же убо и в богоспасаемом граде Киеве утопшее отроча живо наидоша, лежащее пред иконою Николаа Святителя, еще сущи мокроте текущи от него»: Багрий, 1914, с. 276-279; Подскальски, 1996, с. 217, №б/д; 220-221 [здесь и литература вопроса]) и, кажется, о половчине («о сих... чюдесех Николая Святителя имя простреся во вся вселенныя концы, не токмо на верующих, но и в тех, иже Бога не знающих»: Леонид, 1888, с. 47-54; Подскальски, 1996, с. 217, №б/е; 221-222). В видении князю является св. Николай, веля ему доставить из киевского Софийского собора круглую икону со своим изображением, которая должна принести ему исцеление, если он и в дальнейшем не оставит почитания св. Николая. Посланников князя на Ильмене застает буря, которую они пережидают в течение трех дней, на четвертый же день повар, набирая в озере воду, обнаруживает в нем плывущую круглую доску — ту самую икону, за которой они посланы. Образ доставляют в Новгород, князь получает исцеление и в благодарность он «и баба его, благоверная княгиня Анна», воздвигают каменную церковь св. Николая, куда и помещают чудотворную икону. Произошло же это все в 6621 г. при новгородском архиепископе Никите.

Этот текст содержит целый ряд дополнительных сведений сравнительно с лапидарной заметкой в «Повести временных лет» под 6621 (1113/4) г.: «Мьстислав заложи церковь камяну святаго Николы на княже дворе у торговища Новегороде» (ПСРЛ, 2, стб. 276-277; ср. еще более краткое новгородское сообщение: НПЛ, с. 20, 204). Не все они внушают доверие. Так, явно ошибочна генеалогия Мстислава, который назван Святославичем и внуком Ярослава Мудрого, тогда как он был Владимировичем и правнуком Ярослава; неверно указано и христианское имя князя, нареченного в крещении не Георгием, а Феодором. Известно также, что новгородский епископ Никита скончался 30 января 1109 г. (НПЛ, с. 19, 203; Я. Н. Щапов [1989, с. 208], со ссылкой на Н. Г. Бережкова, относит смерть Никиты к январю 1108 г., что является недосмотром, так как события, описанные в статье 6616 г. «Новгородской Первой летописи», Н. Г. Бережков [1963, с. 229] датирует именно зимой-весной 1109 г.), т. е. за четыре с лишним года до твердо засвидетельствованной летописями даты заложения храма Николы на Дворище.

Что касается крещального имени Мстислава, то эту ошибку, удержавшуюся и в «макарьевском» изводе, и в «Новгородской Третьей летописи», можно было бы объяснить простым недоразумением. В Вологодском списке во фразе «Великии князь Мстислав Святославич, внук великого князя Ярослава Владимировича, нареченный во святом крещении Георгии» слово «нареченный» допустимо трактовать как описку вместо «нареченнаго», так как христианским именем Ярослава Мудрого было именно «Георгий».[57] Однако от источника естественно было бы ждать подробностей о князе-ктиторе (Мстиславе), а не о его далеком предке. Поэтому не исключаем и другой возможности. В 1854 г. под напрестольной доской главного алтаря Никольского собора были найдены древние антиминсы, один из которых имел надпись об освящении «жертвенника святого мученика Георгия» новгородским архиепископом Нифонтом «повелением ростовского епископа Нестора», при князе Георгии, сыне Мономаховом, 1 сентября 6657 г., в 12-й индикт, т. е. при Юрии Владимировиче Долгоруком 1 сентября 1148 г. (Рыбаков, 1964, с. 28, №25, табл. XLII).[58] Архим. Макарий (Миролюбов) (1860, с. 253-254) в свое время считал, что в Никольском соборе на Дворище некогда существовал придел св. Георгия. Это не исключено, хотя согласно так называемой «Семисоборной росписи» новгородских церквей второй половины XV в. (Янин, 1976, с. 108-109), возможно, 1485 г. (Petrov, 1992, 85-87), «на Дворищи Никола» имел только два дополнительных престола «на полатех» (Вознесенский и Зачатьевский), «да придел Варламеи» (Никольский А., 1898, с. 76-81; Янин, 1976, с. 114; Андреев, 1989, с. 222). Для нас, однако, в данном случае не имеет значения, прав или ошибался известный знаток новгородских древностей. Важно другое: логичное умозаключение архим. Макария мог сделать и раньше любой, кто был знаком с надписью на антиминсе 1148 г. и задался вопросом, почему этот последний хранится именно в Никольском соборе, — например, новгородский архиепископ Евфимий II, освящавший главный алтарь собора в 1454 г. (см. ниже). Отсюда, зная о ктиторстве Мстислава, легко было сделать вывод, что именно Мстислав и был тем сыном Мономаховым, который под христианским именем «Георгий» упоминается в надписи. Почему Мстислав назван при этом Святославичем, сказать не беремся.

Представляет интерес упоминание княгини Анны. Дело в том, что вторая жена Всеволода Ярославича, мачеха Владимира Мономаха, отца Мстиславова, названа Анной в «Никоновской летописи» под 6605 (1097/8) г. (ПСРЛ, 9, с. 132) и в