Убийца Шарпа - Бернард Корнуэлл
— Зажигай все, Пэт, — шепнул он.
Огоньки свечей затрепетали, осветив просторную кухню и дверь, ведущую в длинный коридор, откуда вверх уходила величественная мраморная лестница. В доме стояла тишина.
— Со мной, Пэт, — сказал он. — Остальные ждут здесь. И ни звука!
Шарп решил, что, если сразу повести наверх всех людей, будет слишком много шума. Лучше им с Харпером провести разведку вдвоем. Он взял один фонарь, поставил его у подножия огромной изогнутой лестницы и начал подъем. Ступени были каменными, так что шаги были бесшумны. Он нес винтовку с примкнутым штык-ножом. Харпер с залповым ружьем следовал за ним. Их тени плясали по портретам, висевшим вдоль лестничного пролета, что заставило Шарпа вспомнить о Фоксе. На картинах были изображены мужчины и женщины в пышных нарядах и с невероятными прическами. По видимо это были предки графини. Шарп невольно задался вопросом, кем же были его собственные родители. Он знал, что мать звали Лиззи Шарп, но понимал, что ему никогда не узнать, кем же был его отец. Просто очередной мужчина, искавший себе утешение у шлюхи. Пожалуй, лучше и не знать, решил он, добравшись до первой лестничной площадки. Отсюда еще один пролет вел на самый верх, а коридоры расходились налево и направо. Прямо перед ним была дверь, ведущая, как он предположил, в главную спальню. На стенах висело еще больше портретов, а с потолка свисала вычурная люстра, свечи в которой давно погасли. Свет здесь был тусклым. Он подошел к двери и приложил к ней ухо. Харпер стоял прямо за ним.
— Слышишь что-нибудь? — прошептал ирландец.
— Тихо, — шикнул Шарп. Ему показалось, что он слышит мужские голоса, низкие и настойчивые, а затем он отчетливо уловил женский стон. — Постарайся обойтись без залпового ружья, — шепнул он Харперу. — Не стоит будить ублюдков в соседних комнатах.
Харпер закинул ружье за спину и выхватил штык-нож.
— Убиваем?
— Просто спой им колыбельную, Пэт.
Дверная ручка представляла собой рычаг, на который Шарп медленно надавил, поморщившись, когда язычок замка заскрежетал в пазу. С негромким щелчком замок освободил дверь, и Шарп толкнул ее внутрь. Первым, что он увидел, были трое мужчин. Двое были обнажены, а третий развалился в кресле у пустого камина. Голые расположились на огромной кровати, и, когда Шарп вошел в комнату, он увидел, что к ней привязана девушка, ее запястья и лодыжки были прикручены к угловым столбам кровати.
— Займись тем, что в кресле, Пэт, — бросил он и пересек комнату, перехватывая винтовку за ствол.
Один из мужчин испуганно взревел и попытался отползти через кровать. Шарп ударил его латунным затыльником приклада, почувствовав, как от силы удара проломился череп. Второй бросился на Шарпа, но тот успел отступить и махнуть винтовкой так, что штык-нож располосовал нападавшему живот. Мужчина свалился с кровати, распластавшись на ковре, и Шарп ткнул штыком в ребра, затем перевернул оружие и ударил его прикладом.
— Вот тебе и колыбельная, — произнес он, когда тот затих.
— Этот бедолага теперь не разберет, Рождество сегодня или вторник, — заметил Харпер. Шарп обернулся и увидел, что третий мужчина валяется у камина с разбитой головой, явно без сознания.
— Освободи девчонку, Пэт, и дай ей одеяло.
Человек на ковре внезапно попытался броситься Шарпу в ноги, но взвизгнул, когда штык ещё раз полоснул его по ребрам.
— Вот тупой ублюдок, — проворчал Шарп и ударил его сапогом между ног.
Человек взвыл от боли, скрючился и схватился за пах обеими руками. Шарпу не составило труда обрушить приклад на его затылок. На этот раз он ударил сильнее, и малый откинулся назад, перестав шевелиться.
— Бедная крошка, — проговорил Харпер.
Шарп повернулся к девушке. Она сидела на кровати, прикрывая грудь руками, пока Патрик перерезал веревки на ее лодыжках.
— Кто вы, мадемуазель?
— Я служу здесь, месье, — сумела выдавить она. Харпер вытянул одеяло из смятой постели, и она закуталась в него. Девушка плакала, слезы беззвучно катились по ее щекам.
— Отведи ее вниз, Пэт, — распорядился Шарп, — а потом веди остальных сюда. И быстрее, мы наделали слишком много шума.
Девушка пошатнулась, едва встав на ноги, и Харпер просто отбросил залповое ружье на кровать и подхватил ее на руки.
— Я мигом, — бросил он Шарпу и вынес девушку на площадку, а затем вниз по лестнице. Как только шаги Харпера затихли, Шарп услышал топот на чердачном этаже. Он подошел к двери спальни и заглянул на лестницу, ведущую в мансарду. Теперь он отчетливо слышал голоса, мужчины переговаривались где-то в темноте наверху. Ричард закинул винтовку за спину, вернулся к кровати и подобрал залповое ружье Харпера. Он взвел его, с трудом оттянув тугой курок и поморщившись от негромкого щелчка. Инстинктивно он провел пальцем по кремню, проверяя, надежно ли тот сидит, и в этот момент сверху его окликнули:
— Жан?
Шарп вернулся к двери и замер в тени, оставив створку лишь слегка приоткрытой. Верхняя часть чердачной лестницы тонула в темноте, но ему показалось, что на площадке мелькнуло движение.
— Жан! — снова позвал мужчина. Не дождавшись ответа, он что-то буркнул. Шарп услышал приглушенное бормотание, а затем ни с чем не сравнимый щелчок взводимого курка. Шарп оставался в тени, наблюдая, как наверху прямой лестницы зашевелились силуэты.
— Жан! — крикнул кто-то еще громче и начал спускаться. Остальные двинулись следом. По прикидкам Шарпа их там было человек пять-шесть, двое с мушкетами. Один из них выкрикнул что-то подбадривающее, и они ускорили шаг. Шарп резким ударом ноги распахнул дверь спальни настежь, вскинул залповое ружье и спустил курок.
Приклад с неимоверной силой ударил Шарпа в плечо, а грохот залпа, многократно усиленный каменными стенами, едва не оглушил его. Казалось, весь дом содрогнулся. Семь стволов изрыгнули густое облако дыма, и звук заметался в стенах, в то время как семь пуль смели все живое на лестнице. Огромный портрет в золоченой раме на стене лестничного пролета покачнулся, по холсту змеей поползла прореха, и вся эта конструкция рухнула на истошно вопящих людей, истекающих кровью на ступенях. Шарп отбросил залповое ружье обратно на кровать и снял с плеча винтовку. На чердаке закричала женщина.
— Сэр? — тревожно окликнул снизу
