Принц и квакерша - Виктория Холт

Августа медленно кивнула.

— Не задерживайся, Джон. Без тебя я как без рук.

Он нежно поцеловал её.

До чего же удачно всё складывалось: и король, и вдовствующая принцесса не могли без него и шагу ступить. И он, конечно же, приложит всё свое немалое влияние, чтобы сохранить такое положение дел.

***

Георг прочел письмо лорда Бьюта и с улыбкой спрятал его в ящик стола. Разумеется, его дорогой друг еще не понимает, насколько глубоки его чувства. Когда поймет, то увидит, что брак с Сарой — единственный выход.

Он сумеет убедить лорда Бьюта… и мать. А если они не согласятся?

«Что ж, — сказал он себе, — в конце концов, ты — король».

Сегодня он отправится на прием, и она будет там. Она почти всегда там бывает. Должно быть, её родные смекнули, как он рад её видеть, и потому повсюду берут её с собой. Иногда он заговаривал с ней, иногда лишь любовался издали. Лицом к лицу он немного тушевался и вечно не знал, что сказать. В её глазах плясали озорные огоньки, которые и восхищали, и сбивали его с толку. Георг был уверен: в глубине души она серьезна и станет идеальной королевой, просто ей нравится смеяться и поддразнивать его. Наедине, должно быть, это очаровательно и будоражит кровь, но на людях — немного пугает.

Она была совсем не похожа на Ханну. Разительнее контраста и не придумаешь. Быть может, именно поэтому она так его пленяла? Быть может, он просто хотел забыть, что Ханна когда-то существовала? Воспоминания причиняли боль; теперь, когда он думал о ней, в голову сразу лезли мысли о том, что сталось бы, будь она жива: как бы он открыл тайну своего брака министрам? От одной этой мысли его пробирала дрожь. Он легко мог вообразить реакцию мистера Питта; да и Ньюкасл, при всей своей глупости, был прежде всего политиком. Представить только, что началось бы на улицах… сплетни, пересуды, скандал. Это было бы невыносимо. Лорд Бьют как-то сказал, когда они коснулись этой темы, что такой поворот пошатнул бы трон. Король должен взвешивать каждый шаг. Он в ответе перед престолом и народом.

Что ж, о Ханне думать нельзя. Всё кончено. Она покоится под могильной плитой с именем Ребекки Пауэлл. А её дети? При воспоминании о них сердце болезненно сжалось. Но о них заботятся, он в этом удостоверился. Ему регулярно доставляли отчеты об их благополучии. Он даже видел их разок-другой. Но лорд Бьют указал на безрассудство таких визитов: дети растут и скоро начнут узнавать его. Его лицо слишком хорошо известно, особенно теперь, когда он стал королем.

— Довольствуйтесь знанием, что они ни в чем не нуждаются, — советовал ему дорогой друг и наставник. — А когда они подрастут, вы позаботитесь об их месте в мире. Их мать не просила бы от вас большего, ибо так лучше для всех. А теперь осталось лишь одно: забыть, что всё это было. Забыть… забыть…

Именно этого он и желал, и всякий раз, когда память возвращала его в прошлое, он поспешно гнал эти мысли прочь.

И лучше всех помочь ему забыться могла Сара… женщина, которая была прямой противоположностью Ханны.

Сара — чарующая, ветреная, жизнерадостная, дразнящая, искушающая, и притом — с королевской кровью в жилах.

Она пришла на прием. Пока Георг принимал гостей, он видел её на другом конце залы вместе с сестрой, леди Каролиной Фокс, и то и дело украдкой бросал на неё взгляды. О, как она была хороша! С каждой встречей она казалась ему всё прекраснее. Пожалуй, стоит подойти. Но что сказать? Как бы ему хотелось уметь изъясняться остроумно и блестяще. Впрочем, он на ней женится. Он решил это в ту же секунду. Ничто не принесет ему покоя, кроме брака с леди Сарой.

Леди Сьюзен Фокс-Стрэнгуэйс была представлена ему своей сестрой Анной, супругой графа Албемарла. Приятная девушка. Она нравилась Георгу; он нашел бы её прехорошенькой, если бы его мысли не были заняты ослепительным совершенством леди Сары.

Он жестом предложил леди Сьюзен присесть и устроился рядом. Она была ему по-своему дорога, ведь он знал, что Сьюзен — ближайшая подруга Сары, а говорить о Саре ему было куда легче с подругой, чем с ней самой. К тому же Сара стояла на другом конце комнаты, и он мог беспрестанно на неё поглядывать.

Запинаясь, он промолвил, что рад видеть леди Сьюзен на своем приеме. Он выразил сожаление, что она редко балует двор своим присутствием, но, насколько ему известно, её дом находится в Сомерсете.

— Всё так, сир.

— Сомерсет… Должно быть, это прелестное графство.

— Весьма прелестное, Ваше Величество.

— И поместье лорда Илчестера тоже весьма… весьма… прелестно.

— О да, сир, дом моего отца очень хорош.

— Вы ведь скоро уедете туда, полагаю?

— Да, сир, на всё лето.

— И ничто не заставит вас вернуться… до самой зимы?

— Мне о том неведомо.

Король замолчал, и Сьюзен становилось всё более неловко. Правила не позволяли самой заводить разговор с монархом, приходилось лишь отвечать, но как же это было скучно! К тому же она чувствовала на себе взгляд Сары. Подруга смотрела с хитрым прищуром; она наверняка обвинит её в попытке увести короля — так же, как сама когда-то увела Ньюбаттла у Каролины Рассел.

— А приехали бы вы… приехали бы вы ради коронации? — спросил король.

— О да, сир, я бы очень надеялась на это посмотреть.

— Я отложил коронацию на время. У меня есть на то причина.

— Не сомневаюсь, сир.

— Я рассудил, что коронация вместе с королевой будет куда более величественным зрелищем, чем без неё.

— Несомненно, сир.

Король посмотрел на неё так пристально, что леди Сьюзен не на шутку испугалась. «Боже правый, — подумала она, — неужели он делает мне предложение? Неужели я всё не так поняла? Неужели ему нужна я… а не Сара…»

Она не смела поднять глаз на короля, а когда всё же решилась, увидела, что Сара буквально испепеляет её взглядом. Подруга потребует подробнейшего отчета об этой беседе.

— Я получил множество предложений из-за границы, — доверительно продолжал король. — Иностранные принцессы. Но эта затея мне не по душе.

— Нет, Ваше Величество.

Он посмотрел на неё с тоской.

— А из дома я не получил ни одного предложения. —