Мерцающий остров - Елена Владимировна Крыжановская
Мне не было никакого дела до мёртвого тайного советника. Я выжидала момент, прыгнуть в окно. Высокий второй этаж, следователь не думал, что я могла бежать оттуда. Но у меня пространственная память, я не была в этой комнате, но знала, куда выходят окна. И помнила, что там внизу брезентовый навес какой-то лавки. Я попросила воды, следователь отвлёкся, и я выскочила мимо него в окно. Упала на косой навес, съехала по нему и спрыгнула на улицу. Когда из парадных дверей «Хризанты» выбежали полицейские, я была уже на другой улице. А там — до вечера петляла по трущобам.
— Это почти совпадает с тем, что ты говорила раньше, — заметила Аванта. — Кроме подробностей, как именно и когда ты сбежала через окно.
— Нет, я сказала, что пряталась в трущобах, но этого не было, — возразила Бабочка. — Я знала, что по городу пойдут облавы. И первое место, где меня будут искать — среди нищих, в беднейших кварталах. Там меня бы, как приютили за монетку, так бы и сразу выдали властям. Я быстренько купила старое платье за гроши, переоделась, потом пошла в более приличный магазин, купила новое, похожее на дорожный наряд скромной учительницы музыки. Прихватила папку с нотами и устроилась в другую гостиницу. Старое платье, в котором меня видели в магазине, сожгла. Хотела сжечь и голубое, да пожалела, оно было дорогим и совсем новым. Такая глупая ошибка, чисто женская…
Неделю я сидела как мышь в дешевой комнатке, только время от времени выходила в холл на этаже, играла самые нудные произведения. По улицам прокатывались облавы, в гостиницу тоже заходили, но меня не узнали. Я жила очень скромно, мне приносили газету с объявлениями, по которым гувернантки, компаньонки и прочие небогатые барышни ищут приличную работу. Но я не собиралась оставаться в Стильоне, я только и мечтала сбежать оттуда. Когда я рискнула наконец покинуть своё убежище и уехать в вечернем дилижансе из города, в воротах меня узнали по приметам и арестовали. Приметы были такие: «Задерживать для выяснения личности всех женщин любого возраста, со спутниками и без». Всех, кого наловили за день, допрашивал тот самый агент из гостиницы. И он меня узнал, как я ни старалась изменить голос и внешность. Сказал, что меня выдали глаза. А потом нашёл платье и убедился.
— Выходит, сестрёнка, ты первый раз попала на заметку к тайной полиции, примерно, в те же дни, что и я, — проговорил Шакли.
— На три дня раньше, если я правильно считала. А что? Тебя радует или огорчает это совпадение?
— Я думаю, что твой Донатон — большая шишка в тайной полиции, был заместителем главы. Ведь сразу, как его убили, Фанбран стал новым тайным советником. И у меня такое чувство, что не секретные документы были целью убийц, а сделать так, чтобы освободилась должность.
— Ты думаешь?.. Он сам убил и занял его место? — сообразили все.
— Чужими руками, разумеется. Но именно так и думаю. Он мог убить. По срокам сходится. Но ты попала в лапы не к нему?
— Нет. Тот следователь, что упустил меня, видно, считал своим личным долгом заставить меня на них работать. За то время, пока я пряталась, не знаю как, но тайнецы выяснили, кто я на самом деле. А у меня семья… как бы сказать… — Бабочка опустила глаза.
— Слишком знатная? — угадал Сильф. — Ты похожа на беглую принцессу.
— Ну, не настолько знатная, — криво улыбнулась Бабочка. — Моего отца не называли его высочеством, только сиятельством, но этого достаточно, чтобы неблагонадёжная дочь очень осложнила им жизнь. Хоть он действительно профессор математики, но только одной ногой отец в научном кругу, а другой… Слухи, светские сплетни, репутация в обществе, в их мире это страшное оружие.
— А почему ты сбежала от семьи? — спросил Шакли. — Надоело быть слишком хорошей девочкой?
— И это тоже. Хотелось жить без правил. Вернее, по своим правилам. Я жаждала свободы. Но могла бы ещё долго не решиться, если бы не глупое решение родителей устроить мне помолвку. Смешно, но перспектива замужества не с тем, с кем хочет невеста, или с кем хотят родители, — самая частая причина для «принцесс» начать самостоятельную жизнь. Не думала, что окажусь рядом с ними в этой статистике. Привыкла считать, что у меня более широкое взаимопонимание с родителями. С отцом — да, но этого оказалось мало.
— Тайнецы пригрозили выдать тебя родным?
— И это тоже. Как вариант. Меня могли отправить на каторгу за убийство, которого я не совершала, могли созвать газетчиков и выдать сенсацию, что дочь знатного рода стала мошенницей и перебивается случайными подачками от богатых мужчин. Могли… всё, что угодно. Я быстро подписала согласие, в обмен на неразглашение моей тайны и свободу от тюрьмы. Мне сразу дали первое задание. Самой найти Мерцающий остров и встретить там связного. «Бавваон» — моё новое имя в списках агентов и наш пароль. Я его не выбирала.
— А что ты подумала, когда разгадывала шифр в моём письме? — спросила Аванта.
— Сначала я не знала, какая именно комбинация букв нам нужна. Потом решила, что речь о том связном. У них есть другой агент в городе, который ждёт меня, он связан с изобретениями, всё сходилось.
— В чём суть твоей встречи с агентом? — хмуро спросил Шакли. — И как они рассчитывали, что ты найдешь неуловимый остров? Ты знала способ?
— Тот же, что и все — нанять ловкого проводника. Мне не давали инструкций, как пройти ворота, как найти остров, только сказали: каждый полдень в течение месяца связной ждёт на перекрёстке возле площади Тени. Там должна быть оплетенная виноградом арка. Сама площадь маленькая, на углу каждого дома — дерево, они дают тень. Меня
